И вот, кореллианцы держат в заложниках собственных соседей, драллов.
Дралл.
Со средним ростом не выше полтора метров, покрытые шерстью с ног до головы, эти существа, должно быть, буквально страдали в жаре производственных цехов.
— Как часто драллы умирают из-а жары здесь? — спросил Инек, видимо подумавший о том же.
— Умирают? — удивился директор. — Господин проверяющий. На их планете, Дралле, температуры едва ли не такие же как здесь. Так что им вполне комфортно. Собственно, — он усмехнулся, — потому они здесь и работают. Так что, мы закончили?
— Нет, — заявил Инек, посмотрев на сопровождающих его настоящих проверяющих. — Займитесь осмотром цехов. Я хочу знать точные цифры.
— Да, конечно, — кореллианцы поспешили к спуску с галереи, делая вид, будто сами заинтересованы в проведении не формальной инспекции.
Директор погладил блестящую чёрную бородку, тщетно пытаясь скрыть волнение. Каким бы ни было предприятие, в каком бы уголке галактики оно не находилось, едва ли оно готово к настоящей инспекции по всем фронтам и направлениям. Обычно проверяющие, если и работают как задумано, то ограничиваются исключительно поверхностным вниманием. Дотошность в проверке — это сигнал руководству о том, что они попали в немилость. Так что неудивительно волнение местного главнюка.
— Как видите, — сказал директор, откашлявшись, — наши конвейеры работают на полную мощность, без перерыва. Взятые на себя обязательства перед Дикттом мы выполняем вовремя. И новые поставки будут в точно оговоренный срок, — директор приосанился. — Или, даже, немного раньше.
Агент Доминиона откашлялся — сухой воздух раздражал носоглотку.
— Раньше — это хорошо, — кивнул он. — Главное, чтобы торпеды были так же хороши, как и предыдущие.
— Можете не сомневаться, — заверил директор. — Мы полностью соблюдаем технологические требования. Никаких отклонений от спецификаций!
— Хотелось бы поверить вам на слово, но лучше взгляну своими глазами, — невинно заявил Инек. — Где находится ваш офис?
— Мой офис? — удивился директор. — Н-но… зачем?
— Затем, что я устал стоять, — если бы холод голоса доминионского агента мог понижать температуру окружающей среды, в раскаленном цеху все замерзло. — И хочу ознакомиться с документами в комфорте.
— С документами? — озадачился директор.
— Именно, — рассеянно кивнул Торин, бросив взгляд на производственный цех. — А так же на накладные на поставки торпед.
— Не понимаю… Мы пока что только подготовили новую партию и не отгружали…
— Мы говорим не о новых партиях, а о предыдущих, — пояснил Торин.
— Не понимаю, — кажется директор или полный кретин, или старается им прикинутся. Какой бы из вариантов не был верен — все это грустно.
— Тогда я объясню, — хмыкнул Инек. — Слышали, наверное, что недавно Империя напала на Ботавуи?
— Да, конечно слышал, Империя наглядно показала уничтожения планет в своих агитационных роликах по ГолоНету, все новостные каналы их показывали… Но, — директор наморщил лоб, — кажется, родина ботанов не пострадала…
— И не только она, — Инек изобразил заговорщицкий тон. — Разведка полагает, что республиканские свиньи могли украсть часть наших новейших торпед и с их помощью остановить имперцев.
— Невозможно! — горячо заспорил директор. — На нашем предприятии подобного произойти просто не могло!
— Ну вот мы и проверим, могло или нет, — хмыкнул Инек. — И у вас, и в других местах. Если кто-то сочувствует этим ублюдкам и передал им наше новейшее оружие — все соучастники жестоко пожалеют о своих поступках. Мы уже идем в ваш кабинет или как?
— Да. Да. Конечно, конечно, — залепетал директор.
Элес прислушивался к разговору между людьми, но больше все же полагался на Силу. И последняя подсказывала — директор уж очень сильно напуган. Если бы он был уверен в непричастности своего предприятия, то, волнение, конечно же, присутствовало. Но в гораздо менее объемных флуктуациях.
Он окунулся глубже в Силу, чтобы охватить как можно большее пространство вокруг себя.
Помещение производственного цеха было настолько просторным, что здесь мог разместиться ангар со станцией технического обслуживания для целого авиакрыла истребителей. Высокие дюрабетонные перегородки делили пространство на восемь зон, в каждой из которых располагался сборочный конвейер. Заготовки поступали через небольшие двери в стене, двигались по блестяще-белым конвейерным лентам и исчезали в дверях в стене напротив. По бокам лент рабочие-пленники занимались проверкой заготовок тестовым оборудованием и откладывали с конвейеров те из них, что имели брак.
Если бы Элес побывал когда-нибудь на производственных линиях Доминина, то он, несомненно, смог бы сравнить два процесса работы. Но ни в Доминионе, ни в Империи, нигде еще он настолько близко с производством оружия не сталкивался.
Сейчас у него был шанс ознакомиться. Пока троица шла в дальнюю часть галереи, Элес с помощью Силы мог наблюдать за конвейерами. Восемь блестящих линий вывозили из окон различного рода детали. На первой, дальней от них, было какое-то оборудование, небольшого размера. На второй и далее — побольше.
Как только детали поступали на рабочее место к контролеру, то он и роботизированные механизмы тут же подключали к ним тестеры, чтобы убедиться в качестве запчастей. Сразу после этого рабочий вводил команду на своем компьютере, и клешня, свешивающаяся с направляющих полозьев над рабочем месте, забирала деталь у первой ленты, переносила ее ко второй. Там детали соединялись между собой и перебрасывались на третью линию. И так до последней, где все помещалось в полый корпус боеприпаса. И вновь работали тестеры, проверяя благонадежность сборки. После подтверждения оптимальных значений, восьмой конвейер сдвигался вперед, входя в массивный короб с прозрачной транспаристиловой крышей. Там работали уже не драллы, а разумные покрупнее, но гуманоиды.
Они носили костюмы высшей защиты и занимались только одним — помещали в корпус боеприпаса запаянный цилиндр со знаком высокой детонирующей опасности. Судя по всему, это как раз начинка боеголовки.
После этого практически готовый боеприпас снова двигался по конвейеру к дверям. И перед ними уже его проверяли еще раз и только после этого запаивали, подключая закрывающую крышку множеством проводов к контейнеру со взрывчатым веществом. Вслед за этим готовый боеприпас покидал сборочный цех.
Итак, в среднем, за пять минут работы только в этом цеху собирают одну «чудо-торпеду». И, похоже на то, что под конец их запаивают и стремятся оборудовать устройствами не извлечения, осуществляющими детонацию боеприпаса при попытке разборки. Кореллианцы, похоже, стали радикально подходить к вопросу сохранения технологических секретов.
— Вот, — директор указал на неприметную дверь в стене. — Вы можете разместиться здесь.
— Договорились, — хмыкнул Торин, проходя внутрь и знаком приглашая присоединиться к нему остальных. — Надеюсь технологические специализации у вас не далеко?
— В защищенном месте, как и предписано протоколами безопасности, — директор вытер платком испарину на лице. — Надежная физическая и программная защита. Никаких посторонних. А все чертежи разбиты по этапам и каждый рабочий имеет доступ только к своей части сборки и тому, что должен проверить.
— Так вы изолируете работников от полноты информации, — закивал Инек, оглядываясь.
Даже без настоящих глаз, миралука мог понять где они находятся.
Просторное помещение четыре на восемь метров. Никаких окон, искусственное освещение. Пара рабочих столов и станций, стеллаж с информационными чипами, некоторые чертежи, явно не имеющие отношения к сборке торпед.
— Принесите файл с полным набором чертежей, — приказал Инек.
— Зачем? — округлил глаза директор.
— Для начала, — агент продолжал отыгрывать роль надменного проверяющего, наслаждающегося властью и положением, — потому что я так сказал. А сказал я это потому, что мне нужно знать — не снимал ли с ваших чертежей кто-то копию.
