«Император, пусть этот индивид заткнется!» — взмолился Траззен, по списку проверяя готовность флота к нападению. «Иммобилизирующие-418» и «Доминаторы» сейчас занимали позиции в тылу. Крейсер-разрушитель-крейсер-разрушитель — построение в форме «полукруга» и все гравитационные проекторы этих кораблей на много сотен стандартных единиц перекрывают любые пути отхода «Химеры». При прикрытии шести «Ланцетов» и аналогичного количества «Головорезов», расположившихся в эшелонах выше и ниже заградителей, эта позиция являлась непреодолимой.

Особенно для тех, кто не знал или не понимал разницы между «Иммобилизирующим-418» и «Головорезом». Ведь выглядели эти крейсера одинаково. Но последние имели гораздо больший арсенал вооружения, большее количество реакторов питания, и, как следствие, большую огневую мощь. Полудюжина таких звездолетов вполне легко могла связать боем и как следует потрепать (а то и победить) «имперский»-«единичку».

Ларм продолжал разглагольствовать до тех пор, пока не заткнулся, услышав шаги позади себя. Он остановился прямо по центру, степенно развернулся на каблуках, словно на параде, и уперся взглядом в Траззена.

— Слушаю вас, капитан, — оливково-серая форма адмирала выглядела неряшливо, учитывая тот факт, как он оказался далек от стандартов физической формы для имперских военнослужащих.

Офицер отдал приветствие по всей форме и остался стоять на ступеньку ниже мостика.

— Сдерживающий отряд занял позиции, — сообщил Траззен. — «Обличитель» сохраняет центральную позицию в построении захвата…

— И только ради этого вы прервали мой монолог? — фыркнул Ларм, картинно указывая на тактический голопроектор. А тот, меж тем, демонстрировал, как «Обличитель» двигается по центру «полукруга». Два других «Имперских» расположились на флангах на дистанции в пятьдесят единиц, а между этой тройкой держались обе «Победы». Шесть «Уланов» и аналогичное количество «Грабителей» передвигались равными отрядами на правом и левом фланге. В случае, если «Химера» попытается убраться на любой из флангов, чтобы выбраться из ловушки, крейсера и корветы перехватят ее и свяжут боем до тех пор, пока не подойдут главные силы. У сдерживающего отряда аналогичных приказ — в случае попыток бегства, один из кораблей отделяется от остальных и устанавливает поперек курса противника очередную зону искусственной гравитации.

Какое бы решение не принял Тшель, но прорваться сквозь подобный заслон ему не удастся. Сбежать «влево-вправо» — так же, его перехватят. Как и «вверх-вниз». А вот «назад», обойти Таммуз-ан и попытаться сбежать на другой его стороне… что ж, астронавигация весьма интересная штука. Космос необъятен, но нельзя прыгать в любую удобную точку — опасно. Проще говоря, силы Ларма вошли в систему по одному-единственному известному вектору входа-выхода.

— Нет, сэр, — начал он, — я предложил бы связаться с капитаном Тшелем и дать ему выбор…

— Выбор? — перебил его адмирал. — Застрелиться или быть застреленным?

— Сдаться, — поправил Траззен. — Тшель не идиот, хоть и молод. Он не найдет отсюда выхода. Его корабль нужно принудить к капитуляции, чтобы захватить «Химеру» боеспособной.

— И для чего же? — Ларм однозначно заскучал.

— Чтобы продемонстрировать Империи что мы победили максимально виртуозным способом, — терпеливо пояснил Траззен. — Вернули свое, не сделав ни одного выстрела. Это может сподвигнуть остальных мятежников сдаться…

— Капитан, — багровея, перебил его адмирал. — Мне и Империи не нужны сдавшиеся предатели. Они должны быть убиты максимально жестоким способом. Во имя Императора и как назидание остальным.

— И в чем смысл? — не выдержал Траззен. — Мы убьем Тшеля, убьем его экипаж. Покажем всей галактике — мы убили экипаж мятежников, бойтесь нас.

— Все так, — подтвердил Ларм.

— И для чего так делать? Если мы не намерены брать их в плен?

— Чтобы сломить их волю к сопротивлению, — любезно раскрыл секрет идиотизма адмирал. — Они устрашатся нас…

В самом деле — Ларм не умеет импровизировать. Учебники по тактике как раз предписывали истреблять врагов и перебежчиков максимально жестоким способом, чтобы союзники врагов Империи оказались деморализованы подобным. Кажется, Ларм вовсе не способен проявить тактическую инициативу. Зачем тратить время и ресурсы на сражения с мятежниками, если им можно предложить сохранение жизней и тем самым позволить им добровольно сложить оружие? Тот же результат, но с меньшими потерями…

— Вы ведь учились вместе с Тшелем, не так ли? — задал Ларм внезапный вопрос. Траззен опешил.

— Как и тысячи других, сэр, — ответил он. — Тшель только поступил, а я уже выпускался из Академии. Некоторое время мы вместе посещали некоторые занятия… Контрразведка уже допрашивала меня по этому поводу.

— Думаю, они бы не отпустили вас так просто, если бы знали, что вы используете должностное положение, чтобы сохранить жизнь мятежникам, — скривился Ларм. — Но я сообщу об этом в Убикторат, как только мы закончим.

«Да чтоб ты пил неочищенную мочу!» — мысленно вскипел Траззен. Кажется, он только что получил немало проблем на ровном месте. И все из-за того, что продемонстрировал свои навыки тактической инициативы.

— Адмирал, сэр, — подал голос вахтенный. — Нас вызывают с «Химеры».

— Кажется ваш дружок решил заранее попросить о снисхождении, — надменно произнес Ларм, глядя на Траззена. — Но ему не будет пощады. И его бандитам тоже.

— Разумеется, — нахмурился Траззен. Что-то не так. — Каким каналом связи мы получили это сообщение?

— Коммуникационная передача высшего уровня, сэр, — вахтенный ответил на вопрос. Но, если это обычная передача, то… Как она вообще возможна на дальности в почти сотню единиц? Стандартное коммуникационное оборудование не работает на таких дальностях. А ретранслятор сектора выведен из строя. — Голопроекция, сэр.

Вот даже как?

— Свяжите меня с этим отбросом, — приказал Ларм.

— Сэр, что-то не так, — предупредил Траззен. — На «Химере», скорее всего, используется усовершенствованное коммуникационное оборудование. Только так они могли «добить» до нас.

— И что с того?

— Я советую быть настороже, — развил мысль Траззен. — Возможно, что более мощные передатчики — это не единственное новшество на борту этого корабля.

— Да хоть пусть суперлазер прячут на ангарной палубе, — раздраженно отмахнулся Ларм. — Ну, будет связь или нет?

— Соединяю! — вахтенный, обратившись к офицеру связи, предпочел минимизировать свои возможные проступки.

Первое, что удивило Траззена, когда появилось голографическое изображение, это даже не сам факт голопроекции. В Уставе Имперского Звездного флота прямо прописано, что голосвязь является коммуникационным каналом связи высочайшего уровня доступа. То есть использовать ее могут исключительно те, кто стоят в имперской иерархии власти гораздо выше командиров имперских звездных разрушителей. Император, Исполнитель, гранд-адмиралы, гранд-моффы, моффы, адмиралы… Но последние две категории, пусть и применяли подобный формат связи, то лишь по той причине, что на подобное смотрели «закрыв глаза». При желании, такие эпизоды нарушения субординации могли иметь далеко идущие последствия.

Использование Тшелем голосвязи это фактически вызов имперским военным традициям и законам.

И его внешность — полное спокойствия лицо, не скованные движения и стойка, уверенный тон и слова, которыми он обратился к командованию «Обличающего», тому подтверждение. И, если использование голосвязи можно было списать на иные порядки, царящие в Доминионе, то обращение Тшеля — чистейшее оскорбление.

— На связи звездный разрушитель Доминиона «Химера». Я — флаг-капитан Тшель. Сектор Таммуз и планета Тамузз-ан находятся под протекторатом Доминиона. Предписываю имперскому флоту под лидерством звездного разрушителя «Обличающий» немедленно прекратить нарушение суверенного пространства королевского дома Тамуз-ана и добровольно покинуть территорию сектора. Пространственные карты с астрономическими ориентирами границ сектора прилагаются к настоящему сообщению…