Отринуть то, что стало частью их жизни за последние десятилетия, или убраться из родных мест, потому что они не смогли адаптироваться к изменившимся условиям? Асвальд не допускал и мысли о том, чтобы сопротивляться Доминиону. Они в свое время не смогли противостоять Кроналу и его армии. А Доминион буквально вытер кроналовской армией ноги и не сбавил темп…

Чем больше Клеф думал о финале Мореллианской кампании, тем чаще его посещала мысль о том, что у Выживших просто нет другого шанса продолжить свою жизнь. Лететь в новую и неизвестную для тебя галактику, чтобы стать частью сообщества, которому ты и даром-то не нужен? Или остаться и измениться? Вместо налетов на конвои и грабежей — честный труд, стабильная работа на стройке или какой-нибудь фабрике, заработная плата… Звучит привлекательно.

Но в одном Клеф не сомневался — большинство выберут совершенно иной путь. Они останутся пиратами и разбойниками навсегда. Асвальд, лишь поверхностно знакомый с гранд-адмиралом, почему-то не сомневался в том, что тот не позволит пиратам выбраться за пределы Доминиона.

Этот не человек мыслит совершенно иными категориями. И едва ли в его планы входит снабдить пиратов, потенциально владеющих секретной информацией о войсках и планах Доминиона, Кронале и его армии, возможностями обустроиться за границей Доминиона. И уж тем более, он точно не даст никому из пиратов разболтать о том, что должно быть сохранено в тайне.

Быть может госпожа Директор как раз об этом хочет поговорить?

К его большому удивлению, стоило только приблизиться к кабинету Директора, охраняемого несколькими рослыми бойцами в черно-красных доспехах, его не просто не промариновали перед дверью. Даже без сопровождения его запустили внутрь. Неужели стали настолько доверять?

Стоило только переступить порог, как Асвальд заметил разницу между интерьером отсеков и отделкой этого кабинета. Деревянные панно с резными рисунками, смысла которых он не понимал, кроме как то, что они отображают какие-то сражения треугольных кораблей с округлыми звездолетами. Мягкий свет в стилизованных под дерево светильниках. Тяжелый, массивный, вырезанный из дерева рабочий стол, в который гармонично инсталлированы предметы электроники. Даже кресло с высокой спинкой, в котором сидела женщина в алом адмиральском мундире с черными как смоль волосами и парой белоснежных прядей, обрамляющих ее лицо, и то было выполнено из дерева. Или просто так казалось?

Перед ней, не по строевому, как штурмовик, но вполне себе цивильно, с уважением к старшему по должности и положению, стоял мужчина средних лет в сером кителей. Клеф уже научился разбираться в системе знаков различия Доминиона и уверенно мог сказать, что присутствующий — флотский капитан. А нашивка на плече его кителя гласила: «Линейный крейсер 'Преследователь».

Интересно… А ведь точно, такие нашивки имелись у членов команд тех кораблей Доминиона, на которых Клеф уже был. Но на «Лусанкии» он ничего подобного у членов экипажа не замечал? Хотя, казалось бы, шеврон принадлежности к какому-либо экипажу корабля логичен для флотской иерархии… Но «лусанкия»… Может этот гигантский звездолет находится выше остальных экипажей в этой иерархии? И его экипаж себя не идентифицирует…

Клефа поразила другая мысль. А ведь Исанне Айсард, Директор Разведки и мундир носит неуставного цвета. Все офицеры носят мундир серого цвета. Исключение лишь для гранд-адмирала, белый цвет. Может все эти не состыковки происходят из-за того, что не только Айсард — не часть флотской структуры, но и сама «Лусанкия», ее экипаж — не часть Регулярного Флота?

— Благодарю за доклад, капитан Никит, — произнесла Айсард. — Исправьте повреждения как можно быстрее. Я хочу, чтобы корабль был готов к орбитальной бомбардировке, если она потребуется.

— Да, мэм, — кивнув головой, офицер, не обращая внимания на Клефа, покинул кабинет.

— Леди Айсард, — уже знакомый с правилами обращения, подал голос Асвальд. Видя что госпожа Директор уставилась в экран деки, он решил напомнить о себе. — Я прибыл…

— Я в курсе, господин Клеф, — не отрывая взгляда от деки, произнесла женщина. — Вы явились по моему приказу.

— Да, мэм. Чем могу быть полезен?

— Что вам известно об этом квадрате? — без лишних слов, Айсард включила голопроектор и карту Мореллианского содружества. Один из внешних регионов моргнул красным и увеличился в масштабе.

— Насколько мне известно, этот регион необитаем, — осторожно произнес Клеф. Экспедиционный Корпус зачастую прибегал к познаниям Выживших касательно астрографии Содружества. Но, их познания не бесконечны — во многие части Содружества даже при живых мореллианцах другие народы не могли сунуться, не рискуя столкнуться с местными стражами порядка. А при Кронале такие исследования запросто могли стоить жизни.

— Как оказывается, нет, — прокомментировала Айсард. — Здесь присутствует звездная система со звездой класса G, планетарной системой и планетой, в «поясе жизни».

— А… что значит последнее?

— «Пояс жизни» — это уловная область внутризвездной системы, где условия — тепло, радиация, гравитационные силы и многое другое — сформированы так, что это позволяет существовать разумной жизни на планете, в этой области, — Клефу показалось, что объяснение довольно громоздкое. — И на планете в этой системе есть жизнь. Есть кислородная атмосфера. И есть разумная жизнь, не вышедшая еще в космос.

— Ну, так бывает, — пожал плечами Клеф. — Многие Выжившие родились на похожих планетах и проживали там. И большинство не были знакомы с гиперпространством, пока все не началось.

— Именно это обстоятельство меня и заинтересовало, господин Клеф, — Айсард оторвалась от своей работы и посмотрела на гостя. Пусть у нее всего пара глаз, но под их взором пирату стало неуютно. — Мы проанализировали данные о местных видах Выживших и планетах, на которых они возникли. Как удивительно, но ни один из видов даже близко не похож на человеческий. Хотя условия в ряде случаев вполне подходящие. Даже больше, чем на этой планете.

— К чему вы клоните, госпожа Директор? — нахмурился Клеф.

— К этому, — несколько манипуляций на деке, и голограмма участка космоса сменилась изображением планеты, пронизанной множеством тоннелей и, судя по всему, рукотворных пещер. — Этот мир — база маршала клона-коммандера Бакары, действующего лидера кроналовских клонов. Некоторое время назад мы направили туда разведывательно-диверсионную группу, которая попала в плен. На данный момент известно, что на планете некогда существовала цивилизация почти людей. Подземные тоннели, пещеры и постройки — по большей части их заслуга. Однако, по данным разведки, проведенной капитаном Никитом и его линейным крейсером, мы узнали еще немало интересного об обороне этого мира. Это знание стоило нам повреждения линейного крейсера, однако, сверхточные сенсоры установили на поверхности этого мира имеются следы сверхмощных атомных боеголовок…

— Похоже, что Бакара безжалостно зачищал планету от аборигенов…

— Так и показалось, — улыбнулась оскалом хищника Айсард. — Вот только радиационный след не характерен для технологий известной части галактики. Да и применялось это вооружение довольно давно… Сопоставив это с тем, что мы знаем о вас, получили весьма интересные результаты…

— Вы хотите сказать, что мы нападали на эту планету? — возмутился Клеф. — Даже если это так, то нет доказательств того, что нападавшие еще живы или… Вы сами сказали, что произошло это давно! Вы что, хотите отомстить за действия, которые произошли возможно сотни лет назад?

— Господин Клеф, я не люблю, когда меня перебивают, — с угрозой в голосе пояснила Директор. — Сигнатура последствий бомбардировки соответствует сигнатурам оружия и реакторов на кораблях некоторых Выживших. И, более того, как мы знаем, это звездолеты не из числа тех, которые попали к вам из известной галактики. Что вы скажете о них?

Изображение снова изменилось, и на этот раз Клеф увидел большие пузатые голограммы, больше похожие на гусениц, к которым приделали двигатели.