— Ирталь, Сайрин, Корвос, Талис — ко мне. Через десять минут в малом кабинете. Остальные — свободны.

Малый кабинет Логриса был куда менее торжественным, чем зал Совета, но в каком-то смысле гораздо страшнее.

В зале Властителей говорили о судьбах государств так, чтобы каждое слово могло выдержать вес печати, протокола и будущей хроники. Здесь же говорили о том, что потом превращалось в приказы, назначения, внезапные отставки, закрытые бюджеты и очень быстрые визиты контрразведки к людям, ещё утром считавшим себя неприкосновенными.

На столе уже лежали другие папки. Операция в Старых Горах, Тихий Камень, закрытый объект, рапорта и протоколы допросов, медицинские заключения по Ардору, отдельно представление Корпуса Егерей и записка из Генерального штаба. И поверх короткая, но крайне забавная бумага из Министерства эфиристики, где обер-маршал Гарладо Корнрас требовал немедленного допуска своих специалистов ко всем материалам.

Эту бумагу Логрис, демонстративно взял кончиками пальцев и положил в урну, будто она дурно пахла.

В кабинет вошли Ингро Талис, военный министр Элтор Ирталь, начальник Генерального штаба Дальгор Сайрин и командующий Корпусом Егерей Зендо Корвос.

Корвос выглядел так, как обычно выглядели люди, чьи подчинённые одновременно совершили подвиг, создали политический кризис, добыли государству неоценимый трофей и заставили начальство полночи объяснять другим властителям, почему всё это вообще произошло.

То есть гордо, мрачно и с лёгким желанием пристрелить кого-нибудь не ниже майора.

— Садитесь, господа, — сказал Логрис. — Теперь поговорим о нашем невозможном подполковнике.

— Уже подполковнике? — уточнил Талис.

Ирталь нахмурился.

— Вот именно об этом я и хотел бы поговорить. Мы не можем каждый раз, когда Таргор-Увир находит очередную мерзость государственного масштаба, немедленно поднимать его в звании.

— Почему? — спросил Логрис.

Военный министр посмотрел на него с подозрением, пытаясь понять, шутит король или просто издевается.

— Потому что, ваша милость, такими темпами через год он будет генералом.

— Через год он, если его не учить, будет либо трупом, либо проблемой такого масштаба, что генералы покажутся мелочью, — сказал Сайрин. — Ирталь прав только в одном: обычная кадровая логика здесь уже не работает.

Корвос положил на стол свою папку.

— Он давно перерос майора, по фактическому уровню задач. Его батальон действует как самостоятельная рейдовая группа фронтового значения. Он координируется с Восьмой бригадой, пехотой, армейской авиацией, контрразведкой, военной прокуратурой, местной администрацией и уже умудрился принести нам проблему Совета Властителей. Держать его майором дальше — значит лгать самим себе.

— А дать подполковника? — спросил Ирталь. — Ему и так двадцать два года. Старшие офицеры с тридцатилетней выслугой начнут скрипеть зубами.

Корвос усмехнулся.

— Пусть скрипят в ритме кавалерийской рыси. Может, хоть польза будет.

— Зендо?

— Элтор, я не собираюсь делать вид, будто возраст важнее результата. Он взял балларийскую ракетную базу, сохранил оборудование, вытащил пленных, обнаружил и вскрыл Тихий Камень. А, что особенно неприятно, он оказался единственным человеком на месте, понявшим, что обнаруженную установку нельзя отдавать обычному ведомственному стаду с гаечными ключами.

При слове «установку» все на мгновение замолчали.

Логрис сцепил пальцы.

— О ней в представлении не будет ни слова.

— Разумеется, — сказал Талис. — В открытой формулировке: «за выявление и пресечение деятельности секретного вражеского комплекса, спасение подданных Короны и обеспечение сохранности материалов высшей государственной важности».

— Сухо, — сказал Корвос.

— Зато не звучит как «наш подполковник нашёл запрещённую копию того, о чём половина двора не должна знать даже в кошмарах», — спокойно ответил Талис.

— Согласен, — сказал Логрис. — Орден?

Сайрин открыл свою папку.

— Генеральный штаб предлагает Звезду Юга сразу золотой степени.

Ирталь тихо выдохнул.

— Сразу золотой? Это же…

— Много, — закончил за него Логрис. — Да. Про бронзу вообще не говорю, но, если дать серебро, это будет выглядеть так, будто мы сами не поняли, что он сделал.

— Звезда Юга золотой степени обычно даётся генералам за кампании, — сказал Ирталь.

— Ну, для начала у него уже есть Звезда севера, и один раз он уже принёс нам победу в кампании, уничтожив опорный склад армии Гиллара. А сейчас он снова за месяц принёс нам победу в новой кампании, — сказал Корвос. — Только без парада, с кровью из глаз и котёнком за пазухой.

Логрис моргнул.

— С чем?

Талис впервые за вечер посмотрел в бумаги не потому, что требовалось уточнение, а потому что ему явно хотелось спрятать выражение лица.

— В ходе зачистки Тихого Камня подполковник… тогда ещё майор Таргор-Увир спас из-под завала чёрного котёнка с фиолетовыми глазами. Котёнок прошёл проверку магомедиков. Предварительно — результат опытов, но не опасен.

Логрис некоторое время молчал.

Потом медленно повернулся к Корвосу.

— Ваш майор в ходе операции по захвату объекта трактатного уровня нашёл котёнка?

— Да, ваша милость.

— И забрал?

— Да, ваша милость.

— Домой?

— Насколько я понимаю, да.

Сайрин сухо добавил:

— Это, вероятно, было тактически верное решение. Маркиза Лиара после объяснения причин с меньшей вероятностью убьёт его за очередное ранение.

Ирталь закрыл глаза.

— Боги милосердные, надо было уходить в отставку три года назад.

Логрис вдруг рассмеялся. Негромко, устало, но почти искренне.

— Вот за это я его и люблю. Стоит на краю бездны, держит в руках доказательство преступления против человечества, за спиной лаборатория с рабами, а он вытаскивает котёнка и тащит домой. И ведь именно поэтому народ потом будет орать его имя так, что у дворян начнётся икота.

Корвос буркнул:

— Народ уже орёт.

— Пусть тренируется. Вернёмся к делу. Звезда Юга золотой степени, подполковник. Возражения?

Ирталь поднял руку не как человек, желающий спорить, а как министр, обязанный до конца испортить всем настроение.

— Я не против награждения. Я против того, чтобы он сразу после этого вернулся к батальону.

— Вот, — сказал Логрис. — Наконец-то разумная мысль. Поэтому второй вопрос: Академия?

Корвос заметно напрягся.

— Ваша милость…

— Зендо, не начинайте. Вы сами докладывали, что его дар уровня архимага без системного обучения опасен. Вы сами писали, что он действует на уровне интуиции и чудовищного резерва. Вы сами просили боевого мага-наставника. Дарна Нургос уже делает всё, что может, но она не заменит Академию.

— Батальон сейчас в работе.

— Батальон всегда будет в работе. Граница всегда будет грязной. Пустоши всегда будут подкидывать новые норы. Да, перебрось их сейчас на самый спокойный участок, и там найдутся проблемы. Если ждать идеального момента, мы отправим его учиться уже памятником.

Сайрин кивнул.

— Сейчас действительно образуется окно. После решения Совета Баллария будет занята внутренним пожаром, инспекциями и попыткой удержать союзников. Истар учится жить с протекторатом. Основные боевые действия на юге можно притормозить, перевести в режим блокпостов, зачисток и следственной работы. Это не мир, но вполне приличная пауза.

— Именно, — сказал Логрис. — И эту паузу мы используем.

Корвос сжал губы.

— На сколько?

— Два года.

— Много.

— Мало, — сказал Сайрин. — Для Академии Генерального штаба и Высшей боевой эфиристики два года — это даже не полноценная подготовка, а попытка вбить в голову одарённому отморозку основы, прежде чем он начнёт принимать решения уровня корпуса и армии.

— Он их уже принимает, — тихо сказал Талис.

— Вот именно, — сказал Логрис. — Поэтому приказ такой. Он сдаёт батальон заместителю. Не бросает, не исчезает, не изображает незаменимую часть мироздания. Готовит передачу, выстраивает штаб, добивает текущие хвосты, оформляет людей, склады, взаимодействие с Восьмой и администрацией протектората. После этого прибывает в столицу.