Себастьен нажал на кнопку в подлокотнике своего кресла — и в дверь тут же вошёл слуга.

— Принеси кофе, самый лучший, что есть на этой станции, — спокойно произнёс дипломат.

Слуга поклонился и вышел.

Себастьен поставил бутылку на стол и откинулся в кресле.

— Так и будете молчать? — усмехнулся я.

— Хочу дождаться кофе. Знаете ли, князь, не люблю, когда приходится прерываться. Теряется нить разговора, — улыбнулся дипломат.

— Тогда, если вы не против, я задам вам пару вопросов, — я выжидательно смотрел на Себастьена.

— Разумеется, — ответил дипломат.

— Кто вам рассказал про меня? — я не надеялся получить ответ, поэтому сильно удивился, когда дипломат заговорил.

— Герцог Гильом де Мерови, глава Великого Дома Меровингов. Нам пришлось списать ему долг в десять миллиардов кредитов и пообещать, что, если мы получим от вас технологию создания тел из ДНК и переноса сознания, то поделимся ею с ним. Как видите, я с вами абсолютно честен. — Себастьен хотел добавить что-то ещё, но в это время в дверь постучали.

— О чём я вам и говорил, князь. Всегда прерывают на самом интересном месте, — улыбнулся дипломат. — Войдите.

В кабинет вошёл слуга, неся на подносе большой кофейник и две чашки.

Как только слуга вышел, Себастьен налил нам кофе и, опустившись в кресло, заговорил:

— Дом Валуа желает сделать вам предложение. — Дипломат замолчал и сделал пару глотков кофе, явно ожидая от меня проявления заинтересованности.

Но мне было плевать на Дом Валуа, так что я молчал.

— Мы хотим купить технологию. И готовы заплатить сто миллиардов кредитов, а также выдать вам в долг любую сумму, которая вам потребуется, под очень низкий процент, — произнёс Себастьен Клод де Монжуа.

Я засмеялся.

— Себастьен, вы зря потратили свои десять миллиардов, — сквозь смех произнёс я.

— Вы так считаете? — в его тихом голосе прозвучала угроза.

— Себастьен, я тоже хочу быть с вами предельно честным, — мой голос стал серьёзным. — Если бы я и мог продать вам эту технологию, то она стоила бы в десятки раз дороже ста миллиардов. Но, к сожалению, я не могу вам её продать.

— Назовите сумму, Ратибор Святославович, — произнёс дипломат.

— Вы верно меня не услышали, Себастьен. Я не то что не хочу — не могу. Понимаете, в чём разница? — я внимательно смотрел на него.

— Но вы не отрицаете, что такая технология существует? — уточнил дипломат.

— Не отрицаю. И даже больше: я подтверждаю, что обладаю такой технологией, — я улыбнулся и наконец-то сделал первый глоток кофе.

Себастьен обратил на это внимание и спросил:

— Как вам кофе на этой орбитальной станции?

— Знаете, хозяин этой станции знает толк в кофе. Очень редкий земной сорт, и сварен хорошо, — ответил я, делая новый глоток и наслаждаясь вкусом.

Дипломат тоже сделал пару глотков кофе и, откинувшись в кресле, снова заговорил:

— Значит, мы всё-таки не зря потратили свои десять миллиардов. По крайней мере, теперь мы точно знаем, что такая технология сохранилась. Осталось решить, как нам её получить.

— К сожалению, никак, Себастьен. Я, может, и рад был бы вам её продать, но не могу. И на это есть ряд причин, о которых я не желаю с вами говорить. Но… — я задумался.

Может, предложить им услуги? При необходимости я могу создавать им новые тела и переносить сознания. Процесс будет под моим контролем.

— Но? — Себастьен ухватился за моё «но» и ждал продолжения, внимательно следя за мной.

— Я подумаю, что могу вам предложить, — произнёс я.

— Думайте, но не слишком долго, князь. Если вы покинете эту систему, то окажетесь в наших владениях, и там Дом Валуа не сможет гарантировать вам безопасность, — спокойным голосом проговорил Себастьен Клод де Монжуа.

— Себастьен, — я улыбнулся, — чтобы покинуть это место, мне не надо следовать через ваши звёздные системы. Подумайте хорошо, Себастьен, прежде чем угрожать мне. Так мы с вами никогда не договоримся.

— Из этой звёздной системы только один путь — в «Сокровищницу Гермеса», так что мимо вы не сможете пролететь, — дипломат пристально смотрел на меня.

— Хорошо, Себастьен, я поясню вам. Раз вы не понимаете, — я ухмыльнулся, — как только я погибну здесь, то смогу возродиться в новом теле в моей звёздной системе. Технология, о которой мы с вами говорим, позволяет это сделать. Теперь вы понимаете, Себастьен?

Он не сводил с меня пристального взгляда, а я продолжал улыбаться.

— Хорошо, давайте пока отпустим тему с технологией, — дипломат наконец улыбнулся, что-то для себя решив. — Расскажите о своих планах. Возможно, Дом Валуа сможет вам помочь.

Я сильно задумался. Помня о том, что рассказывал Рэттен, когда мы прилетели в «Сокровищницу Гермеса», связываться с Домом Валуа не хотелось. В то же время мне нужны были кредиты для ведения войны — очень много кредитов, пока я сам не смогу оплачивать свои затраты.

Но какие отношения между моими ближайшими врагами и Домом Валуа? Судя по всему, Меровинги должны им денег. А Синдикат? А Оболенские? Какие у них связи?

— Себастьен, — начал я, — я не понимаю, чем вы можете мне помочь, если половина галактики должна вам огромные суммы кредитов. А если я начну воевать с вашим должником, что тогда? На чью вы встанете сторону?

Дипломат сделал пару глотков кофе и поставил чашку на стол:

— Нам без разницы, кто и с кем воюет. Мы будем давать кредиты обеим сторонам — при условии, что они их смогут вернуть. Это знают все влиятельные Дома в галактике, ну, может, почти все. Для нас любая война — это способ заработать. Вы понимаете?

Наш Дом очень сильно заинтересован в получении вашей технологии, и мы сделаем всё, чтобы она была у нас. Вам нужны кредиты? Назовите сумму — и через минуту она будет на вашем личном счёте, привязанном к вашему нейроинтерфейсу. Не сможете вовремя расплатиться — рассчитаетесь своей технологией. Всё просто, — Себастьен взял кофейник и подлил себе горячего кофе.

— Хорошо, Себастьен. Я подумаю, нужна ли мне ваша помощь, — задумчиво произнёс я.

— И наш король Луи-Рене де Валуа будет ждать вашего решения касательно продажи технологии, — напомнил мне Себастьен.

Я вздохнул и поставил чашку на стол.

— Себастьен, Великий Дом Северных Медведей никогда не передаст эту технологию никому. Но я подумаю, смогу ли я предложить вам вариант её использования. — Упёртый Дом Валуа… Этот дипломат уже начинает меня раздражать. Хотя…

Я налил себе кофе, обдумывая дальнейшие слова. Себастьен молчал, тоже погрузившись в свои мысли.

— Себастьен, я готов пойти вам навстречу и продемонстрировать, как работает технология, чтобы у вас отпали все сомнения в том, что я вас обманываю. Но сразу предупреждаю: во-первых, это будет не бесплатно; во-вторых, даже не пытайтесь заполучить её силой или попытаться выкрасть. Это просто невозможно. Но наши отношения будут испорчены навсегда. — Я взял кружку со свежим кофе и откинулся в кресле.

Дипломат поднял на меня взгляд и внимательно посмотрел.

— Ну и как это будет выглядеть? — ухмыльнулся он.

— На этой орбитальной станции есть девушка, которая смертельно больна неизлечимой болезнью. Я заберу её и через месяц верну абсолютно здоровой, — произнёс я.

Себастьен засмеялся.

— Нет, дорогой князь. Так не пойдёт. Может, вы её просто вылечите. — Дипломат на мгновение замолчал. — Вы заберёте её на неделю. А через месяц мы убьём её. Если вы вернёте нам её в целости и сохранности — и при этом не больную, — мы перечислим вам всю запрашиваемую вами сумму.

— Для таких радикальных мер требуется согласие девушки и её отца, — сказал я.

— Думаю, я смогу договориться с Лордом пояса астероидов. Ведь только его дочь, Милослава, болеет неизлечимой болезнью, которую и мы в том числе изучаем уже очень давно. И причин найти не можем. Ей осталось недолго — год, может, два. Я думаю, Георгий Норд согласится, — Себастьен смотрел на мою реакцию, я же был абсолютно спокоен.