Что ж... Каин не был знаком с Флорией Селит, но, пожалуй, мог пожелать Менесу Тролу победы. По крайней мере, это был действительно неплохой парень с хорошим моральным кодексом.

– Впрочем, не забывайте – Боги есть Боги, и они любят удивлять нас, смертных! – заключил ведущий. – И, несмотря на все прогнозы жрецов, Избранным может стать кто-то другой, о ком сейчас никто даже не помышляет.

– Отец, – Каин выключил телевизор и поглядел на Саула. – Когда было последнее Возвышение?

– Лет... – Саул задумался, – пятьдесят назад? Я сам в то время был мальчишкой, и помню не слишком много.

– Но ты помнишь, проходило ли оно с таким же размахом? – спросил Каин. – Меня... просто удивляет, как их события духовного, мистического и даже сакрального делают какое-то шоу.

– Да уж, – согласился Саул. – Три кандидата, поглядите-ка на них... Хорошо ещё, что тотализатор не организовали.

– Подкинь идею кому-нибудь предприимчивому – и непременно организуют, – согласился Каин. – Неужели для Церемонии не подходит больше... ну, не знаю – атмосфера тишины и спокойствия?

– Пантеон... – Каин покачал головой. – Да простят меня Боги за эти слова, но ведь два последних Божества тоже были людьми – такими, как нынешние Чемпионы. Ходят даже слухи, что весь Пантеон – это сумевшие возвыситься над человеческой природой люди.

– Ты клонишь к тому, что и вкусы у них остались человеческие? – догадался Каин.

– Верно, сын. Им поклоняются, при виде них испытывают трепет и экстаз – а им это нравится. Наверное, это нормально, любому бы нравилось...

– Да, любому, – согласился Каин, думая о Крысе и о том, как тот кайфовал от своего «геройского» статуса. Тут то же самое, только в десятки раз больше. Да что там – в тысячи!

Хм... Значит, именно эти существа – людьми они уже вряд ли являлись – свергли Архонтов. Обычная смена власти, рядовое дело в политике.

А ему теперь предстоит скинуть Пантеон обратно с их поднебесных высот на грешную землю? Каин покачал головой. По нему ли эта работа? Не сорвётся ли он первым?..

В последний день перед Церемонией Возвышения Каин решил поменьше бывать где-либо, особенно один — на всякий случай. В конце концов, если ничего не делать, то и меньше шансов влипнуть в неприятности. По крайней мере, хоть ненамного.

Крысы, разумеется, дома не было весь день; Каин совершенно не интересовался, где именно тот шлялся, и лишь надеялся, что его любовные похождения или понтование своим «героизмом» не приведёт к неприятным последствиям для всего клана. Впрочем, на это с ним был Крест.

Отец тоже отсутствовал всю первую половину дня; затем он тоже решил последовать примеру Каина, и время до позднего вечера они коротали за просмотром телевизора и едой, решив, что даже главе клана Смерти и его наследнику порой следует расслабиться.

Но вот день всё же закончился, а затем наступил следующий. День Церемонии.

Каин вовсе не планировал вскакивать ни свет ни заря, но всех разбудил Крыса.

— Пора выезжать! — он бесцеремонно тряс спящего отца за плечи. – Вы совсем с ума посходили? Скоро там будет кто-то из Пантеона, а вы...

Ну вот, отлично началось утро, с досадой подумал Каин. Когда его разбудили среди ночи и отправили с бой с Плотью — это и то было не так раздражающе, как это, когда он просыпается от криков безумного братца.

— Авель... — Саул зашевелился в постели. – Ты видел часы? Ещё даже не рассвело... ради Богов...

– Вот именно, ради них! – идиотски-радостным тоном подтвердил Крыса. — Вы представляете, сколько там будет людей? Понимаете вообще, как тяжело будет пробиться в этой толпе в центр и добраться до Богов?

– Ох... — Каин застонал и накрыл голову подушкой. — Только не говорите мне, что дело будет происходить на сцене, а? Я не выдержу этого...

– Зачем на сцене? – Саул, видимо, сообразив, что поспать ему всё равно больше не дадут, медленно сполз с кровати. – На арене. Такой же, на какой были вы во время Суда Пантеона. Недаром круг, замкнутая окружность — символ Пантеона, как силы бесконечной и черпающей мощь в самом себе!

Бесконечной, ага, как же. Каин мысленно вздохнул и тоже принялся вставать.

Бесконечность. Что за лицемерие!.. Интересно, это люди придумали дать Пантеону такой символ – или же Боги сами подсуетились в этом? Скорее, они: те, кто может являться своим последователям во плоти в любой момент, проконтролируют, чтобы те поклонялись им правильно, в точности по их собственным заветам.

А если так -- то что это, как не комплексы? Желание сделать своим символом бесконечность, чтобы хоть самим себе доказать, что это они тут главные, и были таковыми всегда?

– Как давно Империя поклоняется Пантеону? – пробормотал Каин сонным голосом.

Все замерли. На Каина уставились две пары глаз (Крест ночевал в другой комнате), ошарашенных донельзя.

– Сын, ты... – пробормотал Саул изменившимся голосом. – Ты чего? Что значит – как давно?

– То и значит, – Каин пожал плечами. – Я ни разу не встречал упоминания об этом в книгах. Ни в религиозных, ни в исторических...

– Слушай, – Крыса покачал головой. – Я не знаю, что ты задумал, и связано ли это с тем, чтобы испортить мне сегодняшний день, но засунь свою ересь себе поглубже в...

– Авель! – прикрикнул на него отец. – Никто и не думает о том, чтобы всё тебе испортить, дело не в этом, просто...

– Ага, как же, – скривился Крыса. – Он просто бесится, что вся слава за Высшую Гимназию и смерть Каледов досталась не ему! Бесится – и старается при каждом удобном случае меня подставить! Он даже в битве с Плотью умудрился...

Каин заскрипел зубами. Ему вдруг отчаянно захотелось дать Крысе по морде, да так, чтобы вылетели все зубы. Что за эгоцентричный тупица! Искренне считать, будто все вокруг только и думают, что о нём и о том, как бы его, драгоценного, обидеть!

– Замолчи, Авель, – резко оборвал его отец. – И вообще – выйди отсюда. Когда мы будем готовы, то направимся в Храм Небес, а пока дай спокойно собраться и прийти в себя.

– Я запомню это! – злобно бросил Крыса, глядя на Каина. – Если ты попробуешь выкинуть хоть что-нибудь, чтобы подставить меня перед Пантеоном... если ты... ты пожалеешь, это я тебе точно обещаю! У меня есть покровители!

Покровителям глубоко плевать на тебя, с раздражением подумал Каин. Им не плевать на то, чтобы их власть никто не мог поколебать, а остальное...

– Авель! – прикрикнул отец, и Крыса, решив больше не искушать судьбу, поспешно ретировался за дверь. Саул тяжело поглядел на Каина.

– Ну? – спросил он. – И что это было?

– О чём ты? – Каин понимал, что вопрос вызван его фразой о Пантеоне, но по-прежнему не мог взять в толк, почему именно. Нет, ясно, что он нарушил какой-то очередной неписанный закон, сакральный и незыблемый, и всё такое... вот только как узнать, что это конкретно за закон?

– Ты спросил, как давно Империя поклоняется Пантеону! – вспылил отец, который уже и так был за взводе из-за Крысы. – Тебе не кажется, что это странный и идиотский вопрос?

– Ничуть, – пожал плечами Каин. – Я понимаю, что поклоняться начали не сотни и, возможно, даже не тысячи лет назад. Но я хочу узнать, когда именно...

– Пантеон создал наш мир! – Саул стукнул кулаком по столу. – Создал его весь, в том числе и Империю! И именно Империя стала центом священной веры! Вопрос «сколько времени» неуместен там, где идёт речь обо всём времени с начала существования мира!

Каин пожал плечами. Ему было решительно непонятно, с чего отец так выбесился. Да, возможно, с точки зрения местного богословия, от сейчас сказал и глупость, и ересь, и всё такое. Но Саул-то! С каких пор он стал таким яростным фанатиком и приверженцем духовных скреп?

– Разве Пантеон создал этот мир? – он покачал головой. – А как же Архонты?

Саул вытаращил на него глаза и, казалось, вообще перестал дышать. В комнате повисла тишина настолько гробовая, что захотелось крикнуть что-нибудь, только бы прервать её.