Мудрое лидерство Гименея на поверку оказалось не таким уж и мудрым, и даже почти не лидерством. Хнум был мёртв, как Цю Юй. Наверняка Арьямана и Бастет постигла та же участь, учитывая, как долго они не возвращались с, казалось бы, элементарной разборки с какими-то людьми.

Да и весь план с призывом Богов через жертвоприношение на площади казался им несколько наивным.

Наверное, так, как они смотрели на Гименея, в казино смотрят на заложившего последние часы в ломбарде неудачника, тщетно старающегося отыграться в последней отчаянной надежде на успех.

Сам же Гименей больше даже не ходил туда-сюда по комнате. Он лишь неподвижно смотрел в окно, иногда лишь изредка дёргая лицом в болезненной гримасе.

Так он и провёл последние несколько часов. Парализованный страхом и неуверенностью.

— Они думают… загнали меня в угол…

Ашвини с Фу Си снова переглянулись.

— Вы о чём?

— Они думают… что с будущим верховным Богом… можно вот так…

— Гименей?

Гименей резко развернулся.

— У нас всё ещё есть преимущество, — слегка безумно расмеялся Гименей. — Люди думают, что у них есть время до вечера. У них его нет.

Гименей резко подошёл к Фу Си.

— Ты, — он ткнул пальцем прямо в костяной шлем азиатского божества. — Собери этих студентов на площади. Прямо сейчас. Мы начинаем ритуал.

На площади было весело. Если под весельем подразумевать сдавленные крики сотни или около того студентов, которые были прижаты к земле в не совсем естественных позах магией подавления.

Фу Си ходил по периметру и следил за тем, чтобы никто лишний раз не дёргался, а чары оставались прочными. Ашвини же партиями приводили всё новых и новых студентов к месту расправы.

Кто-то пытался бежать, кто-то послушно падал на землю. В конечном итоге подавление скашивало всех.

Гименею же во всём этом действе была отведена главная роль. Он стоял на привычном месте на подиуме и с какой-то полубезумной улыбкой толкал уже полностью безумную речь о превосходстве божественной расы.

— Мерзкие твари! — то и дело повторял он. — Мы пришли к вам со светом, и что вы сделали⁈

Ответить ему никто из студентов не мог, даже если хотел бы.

— Вы потушили! Растоптали его! Прямо как во время войны! — Гименей расхохотался. — Но ничего, скоро вы всё поймете! Вернее… вы уже-то ничего не поймёте. Поймут ваши любимые и близкие!

И без того испуганные глаза студентов исказил животный ужас.

— Может быть, сейчас вам так и не кажется, но вам повезло! Одна весточка, которую я передам с помощью вас, изменит всё в этом мире! Вы, неблагодарные ублюдки, по моей милости подохнете очень быстро! А вот все остальные…

Он гневно топнул ногой.

— Все остальные познают божественный гнев, которые мы вынашивали к вам внутри долгие года! Скоро к вам домой придут мои братья и сёстры, и тогда вы все будете умолять о смерти!..

— Как сладко ты поёшь для такого некомпетентного неудачника, Гименей.

Гименей резко дёрнулся, словно ударенный током. Что, не ожидал, что тебе здесь кто-то может ответить?

— Кто это сказал⁈ — гневно рявкнул он с подиума.

— Да я это сказал, не кипишуй ты так, — я вышел из-за угла площади. — У тебя небольшие проблемы с охраной периметра.

Фу Си, что сейчас находился в другом конце площади, распахнул узкие глаза и стремительно рванул в мою сторону.

— На чём я остановился? — я шел вперёд, переступая лежавших на земле студентов — Ах да, на твоей некомпетентности.

Гименей, пусть и стоял далеко, но даже оттуда умудрялся прожигать меня взглядом.

— Серьёзно, из всех вариантов того, как разобраться с тем, что я прикончил твоего дружка Локи — ты выбрал самый идиотский, — я усмехнулся, параллельно глянув на замерших Ашвини. — Заточить себя и друзей, по сути, в тюрьму на территории чужой страны. Что это за план?

Гименей, кажется, старался меня не слушать. Он поспешил скорее спуститься с подиума и махнул рукой в сторону Фу Си.

— Фу Си! Почему эта мразь ещё говорит⁈

Фу Си же гневно зарычал и ускорил бег. Он будет возле меня где-то через пять секунд.

— Понятно. К диалогу не расположены.

Я остановился на месте и посмотрел на несущегося прямо на меня Фу Си.

Три секунды.

Две секунды.

— Тц-тц! — я быстро цокнул языком.

Глаза Фу Си при виде адского пламени стали даже шире, чем у Пети. А спустя мгновение из огня показался Берик и бросился прямо костяную башку Фу Си.

Крики у Богов совсем такие же, как и у людей. Пес рвал Фу Си на куски и метал во все стороны, пока наконец-то не бросил практически бездыханную тушу Фу Си мне под ноги.

— Ты подохнешь, сволочь! — уже успевший спуститься с подиума Гименей подбежал к Ашвини.

Оба Бога стояли метрах в семи от меня.

Я вздохнул и закатил глаза.

— Снова ты не хочешь идти на контакт, да?

Я резко выхватил меч из ножен, и прокрутив его в руке, вонзил лезвие прямо в лицо Фу Си. Агония божества прекратилась.

— Чего ты хочешь от нас, ублюдок⁈

Я расплылся в улыбке.

— Да сколько можно повторять… — я глянул на лежащих на земле студентов. — Просто поговорить.

— Чего-чего? — голос Гименея звучал подчёркнуто презрительно и насмешливо, как будто сам факт того, что он вообще соизволил ответить — уже великая милость. — Поговорить? С тобой?

Он покачал головой, закатив глаза.

— Что дальше? Боги начнут проводить переговоры с муравьями? Или вон, — он покосился на Берика, что весело доедал останки Фу Си у меня под ногами, — с собаками?

Ухмылка сползла с моего лица. Честно говоря, это всё начинало мне надоедать. Я сделал шаг вперёд, крепко сжимая в руке меч.

— Если вытащишь наконец-то свою голову из задницы, — отрезал я, разминая шею, — то проведёшь как миленький.

Гименей открыл рот. Ну нет. Если ты планируешь снова начать нести весь этот высокопарный бред про превосходство Богов и про то, что предназначение людей — быть стадом, то в другой раз, Гименей. Не дожидаясь, пока он начнёт, я перебил его:

— Если бы муравьи и собаки внезапно начали вырезать моих друзей, как беспомощных ягнят, то я бы, как минимум, задумался над тем, что следить перед ними за своим языком, дружище.

Я улыбнулся.

— Ну же. Я ведь прекрасно понимаю, что среди своих друзяшек ты самый смышлёный. Так, может, не будешь лезть из кожи вон, чтобы доказать мне обратное, а?

Гименей скривился. Похоже, несмотря на всю свою наглую спесь, где-то в глубине души он понимал, что в моих словах есть смысл.

— Если бы ты мог убить меня сразу, то уже убил бы, — сухо произнёс он. — Разве не так? К чему тогда все эти разговоры?

Я поднял перед собой меч, по которому всё ещё стекала кровь Фу Си.

— А я могу, — я покосился на Гименея, — Правда могу. Но, в отличие от тебя, мне ещё есть что терять на этой земле.

Я посмотрел на сотню студентов, что лежали на земле, прекрасно понимая, что каждая следующая секунда может стать для них последней. В общем-то, они и были причиной, по которой я до сих пор не напал на Гименея.

Помимо очевидного гуманизма и нежелания видеть столько мертвых детей по моей, хоть и косвенной, вине, у меня был ещё и довольно прагматичный мотив. Когда всё это закончится и купол спадёт… гораздо лучше прослыть спасителем детишек влиятельных аристократов, нежели тем, из-за кого на местных кладбищах цены резко взлетели вверх.

Я давно решил, что в Академии мне ловить больше нечего. Да и не уверен, что после всей этой истории она вообще будет функционировать как положено. Зная, что Боги активно готовятся к войне, довольно глупо сидеть на парах. Однако… для того, чтобы действительно иметь влияние на военную ситуацию, мне нужна будет сильная поддержка и отсутствие палок в колесах. Конечно, даже в самом худшем варианте развития событий я бы разобрался со всеми, у кого на меня зуб…

Однако зачем, если можно этого избежать? Ведь предложение для Гименея я подготовил действительно неплохое.