— Марфа Петровна, я вместе с вашим фельдшером пришёл. Доктор, которого вы вызывали — это я, — пришлось немного солгать, чтобы не усложнять историю. — Для желудка вашего я таблетки выпишу. Быстро полегчает. Только расскажите, что вас так испугало?

— Мужик, — заявила она. — Огромный пришёл. Настоящий великан! — последние слова она прошептала так, будто опасалась, что кто-то услышит наш разговор. — Я его чудом заперла в погребе. Повезло, что он выбраться оттуда не смог.

/Анализ завершён. Зарегистрировано отравление спорыньёй/

Так вот оно что… Чего-то подобного я и ожидал. Спорынья — это гриб. Часто паразитирует на колосьях. Если съесть хлеб или изготовленную из этих колосьев муку — можно подхватить опасное состояние. В медицине его называют «эрготизм».

Но в давние времена, если не ошибаюсь, как раз такое отравление часто обзывали «ведьминой корчей». Не удивлюсь, если Марфа специально собирала именно заражённые колоски. Зачем? Да чёрт знает! Валентина ведь сказала, что она уже давно всякими отварами балуется. Вот и до спорыньи добралась.

Только ей крупно повезло. Сейчас отравление уже сходит на нет. Если бы выпила больше этой дряни — могла бы заболеть или вовсе погибнуть.

А Жаров — просто жертва обстоятельств. Марфа говорит, что испугалась гигантского мужика. Но Андрей Александрович ростом не вышел от слова совсем. Едва ли сто шестьдесят пять сантиметров насчитается.

Всё дело в той самой спорынье. Она может вызывать искажение размеров. Человеку может показаться, что он маленький, а все окружающие вокруг него люди и предметы — гигантские.

В психиатрии и наркологии это часто называют «синдромом Алисы в стране чудес».

Я успокоил пациентку разговором, убедил, что ей ничего не угрожает, а затем сбегал в машину за своей укладкой. Убедившись, что спорынья уже не действует, вколол женщине лёгкие успокоительные. Для купирования отравления дал сорбенты и несколько препаратов, защищающих кишечник и желудок.

А затем рассказал фельдшеру, как стоит поступить дальше.

— Валентина Ивановна, одну её оставлять больше нельзя. Женщина абсолютно нормальная. Да, есть проблемы с умом, но за собой она ухаживает, пенсию получает. Странно только, что мне до сих пор не сообщили о её существовании, — произнёс я. — Должна ведь стоять у меня на учёте!

Вот и всплыла проблема, о которой постоянно говорил Жаров. Местная фельдшер слишком поздно подаёт отчёты о своих пациентах.

— Моя вина, Алексей Сергеевич. Каюсь, — вздохнула женщина. — Давно её надо было к вам направить. Обещаю, что буду следить за ней тщательнее.

— У вас времени на это нет, — помотал головой я. — Последите до конца праздников. А на следующей неделе я оформлю ей документы, чтобы сюда прислали социального работника. И таблетки буду высылать бесплатные, чтобы не появлялось желаний гадость всякую варить.

— Ой, доктор, да кто ж сюда поедет? — махнула рукой фельдшер. — Сказки рассказываете! Какой ещё социальный работник? Никому мы тут не нужны.

— Это вы зря говорите, — возразил я. — В Тиховолжске социальная служба хорошо развита. Я многим своим пациентам подписываю бумаги от этой организации. Наверняка найдётся человек, который согласится пожить в деревне. А даже если не найдётся — эту задачу сможете решить вы.

— Я? Как же?

— Поищите в деревне добрую женщину без работы. Я свяжусь с соцслужбой. Её устроят, будут платить за уход. Всем от этого будет одна сплошная польза, — объяснил я. — Только объясните людям, что Марфа Петровна — не ведьма. Зря психику человеку портят. Всё понятно?

— Поняла, Алексей Сергеевич. Хорошо, что вы всё объяснили. Я ведь и не знала, что так можно! Ой… Спасибо вам большое. Даже не знаю, чем вас и отблагодарить за суету. Может, чайку попить зайдёте?

От чая я отказался. На часах уже два ночи. Не хватало ещё, чтобы вслед за Жаровым и я куда-нибудь провалился.

Наконец, наше ночное приключение подошло к концу. Мы погрузились в машину и поехали назад — в Тиховолжск. Как оказалось, больше всего после сегодняшнего пострадал телефон Жарова. Разбился, когда тот упал в погреб. Поэтому мы и не могли до него дозвониться.

Вскоре я набрал номер Володина и сообщил, что сельский терапевт нашёлся. И даже выбил для друга лишний выходной. Ясное дело, что после такого выходить на работу ему строго противопоказано. Андрей и сам стресс пережил. Не говоря уже о том, что ему за последние трое суток поспать удалось разве что в погребе.

Макс развёз нас по домам, и этот сумасшедший день наконец-то закончился.

На следующий день я проснулся уже после обеда. Лена встала гораздо раньше меня и куда-то ушла. Позже я нашёл записку. Девушка предупредила, что решила сегодня ещё немного поработать в профилактическом отделении. До конца дня её не будет.

М-да, неправильно я вчера мысль сформулировал. Меня окружают не только сумасшедшие, но ещё и трудоголики! Хотя от последних я сам недалеко ушёл. Почти всё своё время провожу на работе.

Сегодня нужно хорошо отдохнуть. Я заварил кофе, чтобы немного взбодрить заспанный мозг, и присел за свой ноутбук. Решил проверить почту. Раз в неделю по подписке мне приходят статьи со свежими новостями психиатрии и психотерапии.

Я, конечно, жил в будущем, и мои знания в этой стезе сильно опережают ныне живущих врачей, но всё же иногда не помешает освежить память.

Вот только на этот раз мне пришло письмо не от ассоциации психиатров. Вместо него со мной связался неизвестный человек. И прочитав его сообщение, я чуть не пролил свой кофе на ноутбук.

Это ещё что такое…

Отдых отменяется. Теперь меня волнуют только два вопроса. Кто написал это сообщение и откуда этот человек узнал то, чего не мог знать?

«Здравствуйте, Алексей Сергеевич. Я обратил внимание, что вы заинтересованы старыми больницами, построенными Фёдором фон Бергом. Отсюда делаю вывод, что вы можете чувствовать „места силы“. Если хотите узнать больше, напишите мне ответное сообщение».

Я несколько раз перечитал это короткое сообщение. Изучил адрес электронной почты отправителя, но там был лишь набор английских букв и случайные числа. Никаких подсказок, намекающих на личность незнакомца, я не обнаружил.

Интересно… Что ж, не могу сказать, будто это письмо — какая-то проблема. Это не угроза от очередного таинственного врага. Скорее, желание поговорить и обменяться информацией. Странно только, откуда этому человеку в принципе известно о моей заинтересованности зданиями фон Берга.

Да ещё и упоминание мест силы… Я ведь давно хотел выяснить, что это такое. Но стоит отметить, что я нахожу эти места с помощью системы. Без неё я бы даже не узнал, что они существуют.

Напрашивается главный вопрос — как же тогда узнал об этом приславший письмо человек? Неужели… Нет, быть того не может! Вряд ли кто-то ещё попал сюда из будущего вместе со своим нейроинтерфейсом.

Я здесь оказался из-за того, что тестировал на себе более продвинутое подключение к информационному полю. И подозреваю, что именно из-за этого моё сознание через это поле переместилось назад — в прошлое.

Но что, если кто-то сделал то же, что и я?

Есть только один способ узнать правду. Я морально подготовил себя к непростому разговору. Сделал глубокий вдох, набрал номер, указанный в письме, и принялся слушать гудки.

Не прошло и полминуты, как из телефона послышался мужской голос.

— Слушаю вас.

— С вами говорит Астахов Алексей Сергеевич, — представился я. — Звоню по поводу вашего сообщения.

— А-а! Доктор Астахов, — в голосе незнакомца послышались нотки радости. — Приятный сюрприз. Не ожидал, что вы так быстро выйдете со мной на связь. Обычно, по моим наблюдениям, вы действуете крайне аккуратно. Я полагал, что вы позвоните мне через пару дней или даже неделю.

— Мне не знаком ваш голос, — отметил я. — Мы уже встречались где-нибудь или это наша первая беседа?