Но вот Рендел заметил рану. Взмах жезла покрыл мою кожу чистой магией, его сила вывела на моей шкуре зеленые руны, и сразу боль отступила, а стремительно регенерирующая кожа зачесалась. Убедившись, что теперь я в порядке, Рендел обернулся к Зверю.

– Ты должен был ее уберечь!

От этого возгласа у меня сердце в пятки ушло. Уж больно грозным и командным он оказался.

– Я старался, но ваше сердце не понимает, что такое спрятаться и не высовываться! – неожиданно прорычал Зверь, чем вогнал в ступор не только меня, но и Сайруса Гворда.

Если сначала появление Рендела его до того обрадовало, что он прервал нескончаемый поток безумных каршанцев, то сейчас жрец озадаченно хмурился. А потом мотнул головой и взмахнул жезлом.

– Ты подчиняешься мне, тварь!

Когда барс смеется во всю звериную глотку, это жутко. У меня прямо холодок вдоль позвоночника от его рыка побежал, где стояла, там и села. Зверь сменил ипостась легко, словно до этого и не старался изо всех сил прервать принудительную трансформацию. Когда же мужчина встал на ноги, жрец попятился к алтарю под защиту парящих в воздухе рун. Наивный! Не помогут. Или не того фамильяра именовали Древним и сильнейшим.

Внезапно алые руны вспыхнули так ярко, что мне пришлось зажмуриться, следом раздался оглушительный грохот, похожий на раскат грома. Когда я открыла глаза, алтаря больше не было, лишь горстка камней. Нечто обратило артефакт темных жрецов в пыль. Ого! Я и не подозревала, что Зверь настолько крут.

Нет, не он, а тот, кто также владел тайной магией.

Вокруг Рендела Аратейра снова раскручивалась спираль из темных протуберанцев, а глаза горели фиолетовым.

– Не может быть! Ты же всего лишь маг. Тебя обучали как мага. И сдохнуть ты должен был как маг.

На алтаре.

Сайрус Гворд не сказал об этом прямо, но темные жрецы не брезговали силой одаренных.

– Ошибаешься. Я больше не маг.

В доказательство своих слов Рендел призвал свой жезл. Точнее, то, во что тот превратился. Вместо артефакта с короткой рукоятью Рендел сжимал длинный посох с темно-фиолетовым набалдашником и серповидным лезвием на конце.

Жуть, да и только! Бр!

Кажется, я что-то мяукнула, потому что Рендел посмотрел на меня и нахмурился. На его лице промелькнула тень неуверенности. Неужели счел, что я его испугалась? Не удержавшись, я потерлась о Рендела боком, тем самым, который он только что залечил. В ответ мне улыбнулись и подали руку.

Ну раз ему так хочется.

Стоило мне подняться на ноги, как я очутилась в объятиях, и внезапно осознала, что Рендел изменился сильнее, чем мне казалось. Он стал выше, раздался в плечах, а еще совершенно крышесносно целовался. Остатки мозга напоминали, что у нас межмировой гад за спиной, а мы тут стоим и целуемся, словно подростки, дорвавшиеся друг до друга. Так горячо и сладко.

Идиллию безжалостно разрушил громкий мужской вопль, визгливый и противный, словно поросячий. Соотнесла с тем, куда направлялся Зверь, когда меня совершенно волшебно отвлекли, и ноги стали ватными.

Еще один крик.

– Ты можешь это прекратить?

– Могу, но не буду. Он вправе убить своего мучителя так, как считает нужным.

Земля покачнулась еще раз, и совсем я не нежная, просто осознала, как Рендел мог бы все прекратить. В моем понимании Сайруса Гворда надо было передать дознавателям Содружества и судить. Все-таки я очень цивилизованная боброкошка.

Рендел окутал нас иллюзией беседки из фруктового сада Арриотэ, растворяя ужас этого дня в зелени и цветах.

– Котенок мой неугомонный, думал, сойду с ума от тревоги. – Рендел покрывал мое лицо поцелуями.

– Ты видел записи испытаний?

– Конечно. Орланд пересылал, как только кристаллы появлялись в Арриотэ. Горжусь. Бесконечно горжусь…

Тревога. Нежность. Страх. И понимание.

Обстоятельства нас разделили, но, останься Рендел в Кар-Граде, все равно отпустил бы меня. Как сильнейший фамильяр, я попала бы в команду. И Рендел все равно ждал бы, встречал у портала, а потом готовил к следующим испытаниям.

– Сайрус Гворд сказал, что весь этот турнир – ловушка. Все было подстроено?

– Его союзники очень постарались, чтобы изменить условия межмирового состязания. И тем самым выдали себя. В Арриотэ до сих пор продолжаются аресты. Вычислили тех, кто особо радел за перемены, с ними плотно пообщаются менталисты.

– Сайрус Гворд так рвался в Кар-Шан. Хотел добраться до тайника темных жрецов? – Я посмотрела через плечо, но вместо черного, покрытого алыми символами камня увидела лишь густые заросли цветущей лианы.

– Все несколько сложнее… – Рендел сцепил руки на моей талии, не желая ни на секунду размыкать объятия. – Гворду было нужно новое тело. Причем такое, которое смогло бы использовать тайную магию.

Жрец рассчитывал переродиться и для этого дела наметил того, кто не выгорит от использования тайной магии.

Осознание всей чудовищности его плана заставило меня выпалить на одном дыхании:

– Ему нужен был ты, Рендел Аратейр, правнук последнего императора Кар-Шана и Хранителя этого мира. Владеющий тайной магией, но не умеющий управлять своим даром.

Губы Рендела дрогнули в улыбке.

– Поправка. Раньше не умевший. Хранителю не пристало быть неумехой.

Я дотронулась до короны на голове Рендела, и наполненные чернотой глаза архимага вспыхнули фиолетовым.

– Император Тадиус Второй…

– Умер в день моего прибытия в Кар-Шан. Поэтому я столь поспешно отбыл на родину матери.

Страх за любимого ударил в грудь ледяной волной, я обхватила Рендела руками и спрятала лицо на его груди.

– Кар-Шан…

– Мы достигли взаимопонимания.

Рендел взял меня за руку и поцеловал палец, на котором сияло помолвочное кольцо.

– Я приму любое твое решение. Ты мое сердце, Даниэлла, но я не вправе тебя ограничивать.

От удивительной нежности его голоса у меня за спиной словно выросли крылья, а в ушах звучал тихий голос Оракула Сан-Дрима:

«Мир не может жить без сердца. Когда придет время, слушай свое. Вспомни, чему учат воды Сан-Дрима, о чем поет ветер. И да пребудет с тобой свет…»

Рендел изменился. Приняв свой дар и став Хранителем магии Кар-Шана, он стал другим, но… Какая разница истинному фамильяру, волшебному созданию, что за магия плещется в истоке любимого?! Магия – всего лишь инструмент, а сила – средство достижения цели. Мы сами решаем, какими нам быть, и я знала, что себе Рендел никогда не изменит.

– Уверена, в Кар-Шане, состоящем из Верхнего и Нижнего миров и населенном столь необычными существами, найдется чем заняться боевому фамильяру. Например, я могу изучать местного императора.

Глаза Рендела изумленно округлились, а потом в них вспыхнуло пламя. В нем была и радость, и ликование, и страсть…

Тихий вскрик замер на моих губах, растворившись в теплоте глубокого, бесконечно нежного поцелуя. Я почувствовала, что падаю, но мне не дали упасть. Рендел подхватил меня на руки и шагнул к открывшемуся порталу.

– Даниэлла Тихая, хочу предложить тебе одну должность.

– Ответственную?

– Безусловно.

От нежности его взгляда у меня закружилась голова.

– Опасную? – еле слышно шепнула я.

– Мы справимся с любой опасностью, – выдохнул он мне в губы.

– И будем вместе?

– Всю жизнь. Всегда. Потому что я не мыслю свою жизнь без тебя.

Зверь не оставил Сайрусу Гворду и шанса. Жрец сам загнал себя в ловушку, когда сунулся в закрытый мир. Он и его сторонники сделали все, чтобы вынудить Рендела вернуться в Кар-Шан. Сайрус Гворд знал, что мир будет в восторге от появления в нем потенциального Хранителя и ускорит пробуждение магии крови Рендела. Умирающий, полубезумный, не сумевший обуздать свой дар император не смог бы помочь своему преемнику освоить тайную магию. И все же кое в чем Гворд не сомневался: Рендел пришел бы на помощь своей невесте, а потом, измотанный физически и морально, угодил бы на алтарь.