— Спасибо, — сказала она.

— Не за что, — буркнул Рикон. — Босс сказал — перемирие. Значит, перемирие.

Гринд продолжался. С шестью бойцами мы зачищали Каменный Предел методично, как лесной пожар. Ким обстреливала, Рикон крушил, Шафак обращала в камень, Вин пожирал, Камилла смывала. Я координировал, призывал кристаллические души для отвлечения — матку плевунов в качестве живого щита, панцирного жука для абсорбции урона, горного медведя для атак.

Уровни шли рекой.

Внимание! Получен Уровень 16.

Внимание! Получен Уровень 17.

Внимание! Получен Уровень 18.

Внимание! Получен Уровень 19.

Внимание! Получен Уровень 20.

Пятый раз на двадцатом. Мана — пятьсот сорок. Пора призывать сильнейших — Король Варваров Джума.

Джуму был членом Белого Лотоса — ордена, стоящего выше Владык. Король Варваров, правивший полконтинента, воин, чья сила измерялась не уровнями, а эпохами.

Я помнил его смутно — наш бой был хаотичным, отчаянным, и я победил не благодаря умению, а благодаря прикосновению смерти. Но я помнил его сущность. Помнил его рёв, от которого содрогались горы. Его честь — дикую, первобытную, но настоящую. Он сражался не из злобы. Он выполнял долг перед Белым Лотосом, веря, что защищает мир от таких, как я.

— Воскрешение из Памяти. Король Варваров Джума.

Способность Воскрешение из Памяти — Активировано!

Стоимость: 500 манны, 5 уровней.

Текущий уровень: 20 → 15.

Багровая нить взорвалась. Не вспыхнула — именно взорвалась, как граната, обдав меня волной жара. Из этого жара выступила фигура — и земля под ней треснула.

Он был огромен. Два с половиной метра роста, плечи — как ворота амбара, руки — как брёвна. Кожа — тёмная, покрытая ритуальными шрамами, каждый из которых рассказывал историю. Голова обрита, на висках — татуировки в виде черепов. В руке — двуручная палица из чёрного дерева, обитая железом, с навершием в форме сжатого кулака.

Джума открыл глаза. Золотые, звериные, горящие.

Он посмотрел на меня. И я физически ощутил давление его взгляда — как стоять перед горной лавиной и знать, что она вот-вот сойдёт.

— Ты, — его голос был низким, как гул подземного грома. — Легат Душ. Эмиссар Смерти. Ты убил меня.

— Убил, — подтвердил я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Получилось плохо. — А теперь вернул.

— Зачем?

— Потому что Хранитель Баланса мёртв. Белый Лотус разрушен. Хранитель Знаний поглотил Владык и Хранителей. Мир, который ты защищал, больше не существует. И единственный шанс его восстановить — это армия из тех, кого он считает мёртвыми.

Джума молчал. Его золотые глаза сверлили меня, как буравы. Потом он обвёл взглядом остальных — Рикона (кивнул, узнавая воина), Вина (поморщился, узнавая Пожирателя), Камиллу (прищурился), Ким и Шафак (скользнул равнодушно), Элару (задержался — что-то в кошачьих глазах девочки привлекло его внимание).

— Ты собрал армию из врагов, — сказал он наконец.

— Из тех, кто готов драться, — поправил я. — Враг у нас теперь один. Общий.

Джума воткнул палицу в землю. Она вошла на полметра, как в масло. Потом он скрестил руки на груди и посмотрел на небо.

— Белый Лотус поклялся защищать Мироздание, — произнёс он. — Я был верен этой клятве. Даже в смерти. Если ты говоришь правду — если Хранитель Знаний действительно пожрал Баланс, — то мой долг остаётся. Я буду сражаться. Не за тебя, Легат. За Мироздание.

Он выдернул палицу из земли одним рывком.

— Но когда всё закончится, — добавил он, глядя на меня сверху вниз, — мы с тобой поговорим.

— Договорились, — сказал я.

Мы устроили лагерь в трёх днях пути к югу от Железных Холмов, в долине, укрытой со всех сторон скалами. Место выбирала Ким — и выбрала идеально: единственный подход с запада, узкий, как горлышко бутылки, просматриваемый с трёх точек. Даже марионетки Хранителя не подобрались бы незамеченными.

Костёр горел в центре лагеря, бросая тени на лица семерых. Восьмая — Элара — сидела чуть поодаль, но слушала, прижав колени к груди, её кошачьи зрачки ловили каждое движение губ.

Это был наш первый совет войны. И, если быть честным, самый странный военный совет в истории: библиотекарь, лучница-призрак, однорукий варвар, безголовая княгиня (теперь с головой), пожиратель людей, бывшая убийца с водяной магией, и двухметровый король дикарей с палицей.

— Начнём с того, что мы знаем, — сказал я, разложив на камне кусок пергамента с записями. — Хранитель Знаний базируется в башне на Железных Холмах. У него — фонарь, содержащий души Лотфи, Кроуфорда, Газели, Марти, Оливии и, вероятно, десятков других. Он использует эти души как марионеток — мы видели пятерых. Физический урон их не берёт.

— Не совсем, — поправил Джума. Его бас заполнял долину, отражаясь от скал. — Физический урон не уничтожает оболочку. Но замедляет. Ваш варвар попал ему в колено — и кукла пошатнулась. Значит, энергия, удерживающая тело, конечна. Если бить достаточно сильно и долго — оболочка рассыплется. Но душа вернётся в фонарь.

— То есть мы можем вырубить марионетку, но не убить, — подытожил я. — Она просто возродится.

— Пока фонарь цел — да, — кивнул Джума. — Фонарь — ключ. Разбей фонарь, и все души освободятся. Но для этого нужно до него добраться. А Хранитель не дурак.

— Он не дурак, — согласился Вин, ковыряя землю когтем. Его чёрные глаза поблёскивали в свете костра. — Он тот, кто знает всё. Каждый шаг, который мы запланируем, он предвидит. Каждую тактику, которую мы придумаем, он просчитал на три хода вперёд.

— Не нас, — напомнил я. — Нас он предсказать не может. Мы — аномалии.

— Аномалии, у которых пятнадцатый уровень, — фыркнул Вин. — Против существа, поглотившего Владык.

Тишина. Огонь потрескивал, искры улетали в чёрное небо.

— Есть ещё кое-что, — сказал я и рассказал про рисунки в башне. Про фигуры на стенах — каталог жертв Хранителя. Про красные крестики на тех, кого он уже поглотил. И про тех, кого ещё нет. — Три фигуры без крестиков. Воин с молотом, женщина в пламени и существо с четырьмя руками и бычьей головой.

Джума медленно выпрямился. Его золотые глаза сузились.

— Четыре руки. Бычья голова, — повторил он. — Я знаю это существо. Его имя — Балгарот. Титан. Первородный. Белый Лотос не запечатывал его — у нас не хватило бы сил. Кто-то другой приковал его тысячелетия назад.

— Хранитель Знаний хочет его поглотить, — сказал я.

— Разумеется, — Джума кивнул. — Балгарот — одно из древнейших существ в Мироздании. Его сила… — он помолчал, подбирая слова. — Представьте Владыку Тьмы. Теперь умножьте на десять. И вы получите примерное представление о Балгароте.

Рикон присвистнул.

— Десять Владык Тьмы? В одном теле?

— Грубо говоря — да, — подтвердил Джума. — Вот почему Хранитель Знаний пришёл в прошлое. Не за мелкими душами, не за героями. За Балгаротом. Если он поглотит Титана, никто в Мироздании не сможет его остановить. Ни Владыки, ни Хранители, ни Белый Лотус. Никто.

Тишина стала физически ощутимой. Я чувствовал, как она давит на плечи, как атмосфера на дне океана.

— Замечательно, — сказал Вин без всякого выражения. — Мы собрались воевать с кем-то, кто хочет сожрать бога. Я люблю свою работу.

Камилла молчала весь первый час совета. Сидела на камне, обняв колени, и слушала, уставившись в огонь. Её лицо было непроницаемым — та самая маска, за которой когда-то пряталась девочка-сирота, а теперь — женщина, потерявшая всё.

Когда заговорили о фонаре и о том, что разбить его можно только добравшись до Хранителя, она подняла голову.

— Не обязательно, — сказала она.

Все повернулись к ней.

— Не обязательно — что? — спросил я.

— Не обязательно разбивать фонарь в лоб, — Камилла встала, скрестив руки. В свете костра её глаза блеснули — не пустотой, а чем-то острым, хищным. — Вы все думаете о том, как победить Хранителя. А нужно думать о том, как не дать ему стать непобедимым.