— Нам это и не нужно, — отозвался я.

— Тогда чего мы ждём? — бомж нетерпеливо вскинул дробовик.

— Ты знаешь, чего, — кивнул я. — Дочка Дэна Леканова ещё внутри. Пока не вытащим её — не начнём.

— И долго ты, бл*, будешь ждать? — бомж недоверчиво нахмурился. — Внутрь-то мы не попадём, пока не начнём. А она внутри.

Я криво улыбнулся.

— Не переживай, старик. Внутри уже есть… кое-кто.

Отойдя чуть вбок от шумящей толпы, я достал телефон.

— Приём, что там у вас? Как она?

— Приём, глава, — тут же откликнулся Славик. — В здании переполох, все бегают, но на нас пока внимания не обращают.

Я кивнул. Хорошо всё-таки иметь личного ассасина. Конечно, основной род занятий Славика в клане — это убийства и прочая кровавая резня. Но всё-таки ассасин — это ещё и тот, кто может проникнуть куда-то тайно, не привлекая внимания.

Вы же не думали, что я пойду искать Дэна, не озаботившись безопасностью Алисы.

— Она почти отошла, — сообщил мне Славик. — Наверное, ещё немного…

А затем Алиса вырвала трубку из его рук.

— Привет, Макс, — её голос звучал более сухо, чем обычно. — Рада, что ты вернулся.

— Я тоже рад тебя слышать целой и невредимой, — отозвался я. — И… мне жаль, что так вышло с твоим отцом.

— Наверное, я знала это, — заметила она. — Знала… но надеялась до последнего.

Жестоко ли было пересылать Славику запись разговора с кузеном Мэлсором, а затем и файл, на котором отчётливо видна смерть Дэна? Наверное, жестоко. Но лучше жестокая реальность, чем мечты в розовых очках.

— У нас мало времени, — напомнил я. — Больжедор пока не знает о том, что ты в курсе. Но он точно заметил бунтующую толпу у себя под окном. Да и я её долго не удержу — вот-вот они схлестнутся.

— Дай мне ещё пять минут, — на фоне пальцы Алисы застучали по клавиатуре. — Больжедор ещё ничего не знает, ага. И все доступы пока у меня.

— И что ты делаешь? — уточнил я.

— Выдаю его зондер-командам задания, — в голосе Алисы звучали ярость и месть. — Объявляю операцию по зачистке «предателей». Каждая из команд сейчас получит задание напасть на другую. Пусть сожрут друг друга.

— Хороший ход, — похвалил я (на что-то такое я и рассчитывал). — Но что с охраной мэрии? Можешь её убрать? Если начнётся бойня — а она начнётся, и уже вот-вот — я бы хотел снизить ущерб с нашей стороны.

—…пять минут, говорю же, — откликнулась Алиса. — Пять минут, Макс.

Я хотел было ответить что-то ещё, но меня отвлёк раздавшийся шум.

Вот чёрт, начинается. Раньше, чем я планировал.

— Пять минут, — сообщил я. — Здесь становится жарко, постарайся как только можешь. Славик — ты знаешь, что делать. Алиса не должна пострадать.

Не для того я собрал толпу и явился штурмовать мэрию, чтобы она нелепо погибла в процессе. По счастью, я знал, что на Славика в этом смысле всегда можно было положиться.

А я же в это время…

Выстрел.

По толпе разошёлся шум, в первых рядах раздались крики. На крыльце мэрии стояли охранники с заряжённые автоматами.

— Больжедора!! — ревела толпа. — Больжедора к ответу!!

— Назад! Назад, или будем стрелять на поражение!!!

— Больжедора на мыло!! Пусть ответит за всё!!!

Новые выстрелы, новые крики.

Началось.

— Крамер, — я набрал на телефоне ещё один номер. — Твой выход.

— Уже на позиции, — отозвался тот. — И эта прелестная семейная чета тоже. Интересные люди, парень, нужно будет потом поближе с ними познакомиться.

Ага. Родители Славика тоже на месте.

Я бесстрастно наблюдал за происходящим. На крыльцо выскакивали всё новые и новые охранники, рассыпаясь строем напротив входа; люди напирали, но в то же время не решались подставляться после первых трупов — никто не хотел быть следующим.

Нужен был… толчок.

Выстрел — и голова одного из охранников разлетается в кровавом облаке.

Второй.

Третий…

Я обернулся на высотку напротив. Хорошо, что у нас были не только дробовики, но и снайперки. Больжедора, запершегося внутри, так не достать, а охрану на крыльце — только так.

На крыльце уже началась паника: охрана не понимала, кто по ним стреляет, и заметалась, не желая умирать; протестующие — тоже не сообразили, что происходит, но увидели это и стали напирать вперёд.

Бунт — это всегда хаос. Им невозможно управлять, невозможно дирижировать.

Но можно… подтолкнуть.

Я видел, как мой знакомец взмахнул дробовиком, увлекая всех вперёд.

Видел, как толпа смела охранников и устремилась внутрь. Человеческий поток неостановимо заполнял пространство, выламывал двери, падал и напирал вновь…

— Пошли, — я махнул рукой окружавшим меня Тёмным. — Мы идём вторыми.

Пусть бомжи и обитатели трущоб отыграются. Пусть сделают работу начерно…

Мы пройдём следом, чтобы сделать всё начисто.

Этаж перед кабинетом мэра больше напоминала военный бункер. От обилия вооружённых людей здесь было тесно. Стоять и не пускать чернь к Больжедору, любой ценой охранять господина мэра — этот приказ был выдан каждому здесь.

Сам Больжедор пребывал в своём кабинете в одиночестве.

В ловушке. В ловушке!!

Почему он не оборудовал себе штаб где-нибудь в подвале? С чёрным ходом, чтобы бежать, в случае чего…

Чёрт. Он не думал, что всё так закончится.

Тьфу ты! Ничего не закончилось! Он прогонит эту чернь, а затем… затем переловит всех Тёмных до единого, а Макса… он пока ещё сам не знал, какую казнь он выдумает для него.

— Что там происходит?!! — Больжедор нажал на кнопку коммуникатора. — Почему не слышно выстрелов? Они не хотят стрелять?

— Г-господин мэр, протестующие уже на третьем этаже… — голос секретарши дрожал. — Всё зашло слишком далеко…

— Я без тебя знаю, дура, куда всё зашло! — заорал мэр. — Для этого у нас и есть охрана! Почему они не стреляют? Почему не прикончат их всех? Это всего лишь бродяги с вилами и камнями!

— Внизу среди охраны уже есть жертвы, много… — секретарша сделала паузу. — Они не хотят умирать…

— Думаешь, мне есть дело до того, чего они хотят или не хотят?!! — Больжедор перешёл на визг. — Это их задача! Сдохнуть, бл*ть!! Хоть всем разом, но остановить ублюдков! Пусть идут, убивают и умирают! Они такой же мусор, только для этого и нужны!!!

Он еле сдержался чтобы не швырнуть коммуникатор в стену.

Бой и правда шёл серьёзный.

Бомж с дробовиком отстреливался с мясницким хэканьем. Ему пока везло оставаться целым. А вот некоторым из его товарищей уже увидеть победу было не суждено. Ступеньки и полы мэрии были залиты кровью, однако пока мы не продвинулись дальше третьего этажа.

Больжедор засел на седьмом. И я был уверен, что на седьмом нас встретит столько охраны, что эта бойня покажется ерундой.

Я крутанул в руке топор на длинной ручке. Всё-таки пожарный куда удобнее обычного — и вес лучше распределяется, и лезвие острее…

Вытащив топор из черепа одного из охранников, я еле услышал за шумом боя, как пиликнул телефон.

Самое время для СМСок.

«Есть кое-что. Смогла подключиться к его коммуникатору. Будет интересно, надеюсь, сработает. Алиса».

А затем — из динамиков полился знакомый мне с самого детства каркающий голос дядюшки Больжедора.

—…думаешь, мне есть дело до того, чего они хотят или не хотят?!! Это их задача! Сдохнуть, бл*ть!! Хоть всем разом, но остановить ублюдков! Пусть идут, убивают и умирают! Они такой же мусор, только для этого и нужны!!!

Бой замер.

И защитники мэрии, и атакующие — все смотрели наверх, на динамики.

— Они должны защитить меня!! Меня, понимаешь, тупая ты сука?!! Единственного Человека в этом здании! В этом городе! Если ради этого им нужно сдохнуть, пусть сдохнут!

— Господин мэр, возможно…

— Заткнись!! Твоя работа — делать мне кофе, а не давать советы! Весь этот город существует только для того, чтобы делать мне кофе, что неясного!

…охранники поглядели друг на друга.