Я взглянул на тактический шар: флот бунтовщиков был выстроен так, как и сообщали Каэль с Милославой. Их корабли стали медленно разворачиваться, пытаясь перестроиться и встать к нам передними щитами.

— Начинаю захват трёх линкоров, включая флагман, — сообщил Яр. Он прикрыл глаза, полностью уйдя в режим боя. — Иду на сближение для нанесения выстрела. Игнат, как обычно ремонтные доки с первого по третий.

— Принято, — отозвался Громов и отдал приказ своему заместителю. Артём Порецкий сорвался с места, быстро покинув штаб.

— Яр, как только отстреляешься и пристыкуешь линкоры, прыгай на тысячу километров от них, — приказал Марк. Он стоял у тактического стола, не отрывая взгляда от проекции. — Будем формировать боевую формацию.

— Будет сделано, флот‑адмирал, — ответил Яр. — Захват осуществлён. Тридцать секунд до выстрела.

Три тяжёлых линкора уже набирали скорость и разворачивались, ломая строй флота противника. Их манёвры вызвали панику среди бунтовщиков: крейсеры и эсминцы начали хаотично менять курс, а фрегаты и тяжёлые истребители пытались уйти в сторону, мешая друг другу.

«Стальная Берлога» приближалась на дальность выстрела. Я почувствовал, как корабль слегка дрогнул — это включились стабилизаторы для точного прицеливания.

— Пять секунд до залпа, — произнёс Яр. — Залп!

«Стальная Берлога» вздрогнула, когда восемь плазменных орудий одновременно выпустили огромные плазменные шары. Гигантские сгустки энергии, пылающие бело‑алым, вырвались из стволов, оставляя за собой дымные следы ионизированного газа.

— Перезарядка — две минуты. Успеем сделать ещё один залп, — сообщил Яр. Марк кивнул, подтверждая, что слышал Яра, и не отрывал взгляда от голографической проекции боя.

Плазменные шары неслись к кораблям противника, которые уже успели встать к нам правым бортом, не успев полностью развернуться передними щитами. Но Яр не дал им шанса. Он не стал рисковать и распылять огонь по всему строю: вместо этого атаковал два тяжёлых линкора, выстрелив в каждый из четырёх орудий.

Первые выстрелы врезались в щиты линкоров. Щиты вспыхнули ярким синим цветом — словно два гигантских электрических шара окутали корабли, — и тут же потухли, не выдержав мощи выстрелов. Энергия разрядов пробежала по поверхности корпусов искрящимися всполохами.

Плазменные шары врубились в борта линкоров, прожигая огромные дыры. Металл плавился и вскипал, испаряясь в вакууме космоса. Вслед за первым ударом последовали остальные — каждый плазменный сгусток пробивал броню, проникал вглубь корабля и вызывал цепную реакцию взрывов.

Первый линкор содрогнулся. Из пробоин вырвались языки пламени и облака раскалённого газа. Один из взрывов произошёл в районе стыковочных шлюзов — корпус лопнул, как перезрелый плод, и из разлома вылетели обломки гигантских бронеплит. Они разлетались во все стороны с чудовищной скоростью: одна плита, размером с десантный корабль, зацепила соседний эсминец, снесла его энергощиты и, пробив его левый борт, вызвала пожар на корабле.

Второй линкор попытался сманеврировать, но было поздно. Ещё один плазменный шар угодил прямо в район стыковки орудийных башен. Башня сорвалась с креплений и, кувыркаясь, улетела в сторону, снося по пути антенны и мачты. В корпусе образовалась зияющая рана — через неё были видны внутренние отсеки, охваченные огнём.

Из пробоин вырывались клубы дыма и пара, смешиваясь с обломками конструкций. От корабля отлетали фрагменты обшивки, фрагменты орудий, куски переборок. Некоторые обломки, раскручиваясь, цепляли другие корабли бунтовщиков: один из них пробил корпус фрегата — тот вспыхнул, как факел, и начал разваливаться на части.

— Поразительно… — прошептал лейтенант‑тактик, не отрывая глаз от экранов. — Они разваливаются на глазах.

Яр продолжал сидеть, прикрыв глаза:

— Первый линкор уничтожен, — докладывал он. — Второй линкор уничтожен.

Марк усмехнулся:

— Отличная работа, Яр. Готовь следующий залп. Пусть остальные видят, что бывает с теми, кто бросает вызов Великому Дому Северных Медведей.

Я посмотрел на голографический экран: два изувеченных линкора медленно дрейфовали в космосе, теряя форму и постепенно разваливаясь. Вокруг них клубились облака обломков, а рядом уже взрывались несколько повреждённых тяжёлых истребителей, задетых крупными осколками.

«Стальная Берлога» слегка изменила курс, готовясь к следующему залпу. В отсеках слышался гул работающих систем, а на экранах уже высвечивались новые цели. Битва только начиналась, но первый серьёзный удар был нанесён — и он показал противнику, что с нами шутки плохи.

— Захваченные линкоры пристыкованы. Игнат, жду команды на открытие шлюзов, — произнёс Яр.

— Открывай, штурмовики на месте, — спустя несколько секунд ответил Громов, уточнив готовность у спейс‑майора Порецкого.

— Готово, — ответил Яр и добавил: — Выстрел через тридцать секунд и начинаю разгон для прыжка.

— Отлично, Яр, — улыбнулся Марк.

— Залп! — предупредил Яр, и корпус «Стальной Берлоги» снова вздрогнул.

В этот раз Яр атаковал сразу четыре тяжёлых крейсера, которые замешкались и не успели развернуться передними щитами. В каждый крейсер устремилось по два плазменных шара. Я точно знал, что этого хватит, чтобы пробить энергощиты и нанести серьёзный урон кораблям. Я внимательно смотрел на голографический экран.

Плазменные сгустки, раскалённые до температуры звёздного ядра, неслись к целям с неумолимой точностью. Первый шар врезался в щит тяжелого крейсера — он вспыхнул ослепительно‑белым, на мгновение задержав удар, но тут же рассыпался искрящимися всполохами, не выдержав нагрузки. Следующий удар прошил ослабленную защиту и вонзился в корпус.

Борт крейсера взорвался огненными фонтанами. Из пробоин вырвались языки пламени и клубы раскалённого пара. Плазменный заряд попал в район орудийной палубы — последовал мощный вторичный взрыв, разметавший фрагменты орудийных установок на десятки метров вокруг. Гигантская бронеплита, оторванная ударной волной, пролетела мимо соседнего крейсера и, зацепив его антенную решётку, вызвала короткое замыкание в системе связи.

Остальные крейсера постигла та же участь. Плазменные шары методично поражали цели один за другим. Второй крейсер содрогнулся, когда оба заряда попали в район стыковки топливных магистралей. Оглушительный взрыв разорвал корабль пополам: носовая часть, кувыркаясь, улетела в сторону, а кормовая, объятая пламенем, медленно дрейфовала, выбрасывая в космос потоки искр и обломков.

Третий крейсер попытался уйти от удара, резко изменив курс, но было поздно. Заряды настигли его в момент манёвра, когда щиты перераспределяли энергию. Один шар пробил борт возле отсека с накопителями энергии, вызвав серию взрывов внутри корпуса. Второй угодил в командный мостик — в палубе появилась огромная дыра, обнажив искорёженные панели управления и обгоревшие тела людей.

Четвёртый крейсер, самый удачливый, успел частично развернуться передними щитами, но и они не спасли его. Плазменные сгустки прожгли броню в районе грузового отсека. Взрыв разнёс переборки, выбросив в космос контейнеры, оборудование и фрагменты палуб. Корабль потерял управление и начал беспорядочно вращаться, посылая в эфир панические сигналы бедствия.

— Цели поражены, — хладнокровно доложил Яр. — Два крейсера полностью выведены из строя, два потеряли боеспособность и управление. Фиксирую многочисленные повреждения на соседних кораблях — обломки задевают их корпуса, вызывают пожары и разгерметизацию.

Марк удовлетворённо кивнул:

— Отличная работа. Теперь — прыжок. Отходим на тысячу километров, выпускаем наши корабли и формируем боевую формацию. Игнат, докладывай о ходе зачистки захваченных линкоров.

— Штурмовые группы проникли на борт, — тут же отозвался Громов. — Порецкий сообщает, что сопротивление минимальное: экипажи деморализованы. Зачистка идёт полным ходом. Боевые роботы уже продвинулись к командным палубам. Противник сдаётся, практически не оказывая сопротивления.