Сев на место пилота, он закрыл кабину, и запустил двигатели на прогрев, и когда те вышли на маршевый режим, нажал кнопку детонатора.

Серия мелких взрывов, разрушила тонкую стену между камерой и внешним миром, и курьер, взвыв двигателем вылетел пулей наружу, сразу снизившись к поверхности воды и летя над самым морем, где шанс поймать зенитную ракету был минимальным.

Но уходя, Варс оставил послание всем остальным членам Совета, и отдельно своим сотрудникам, и осведомителям, по аварийному каналу связи. В послании Совету, он раскрывал последствия противостояния Острова и всего мира, и личные выводы. А в сообщении своей агентурной сети, прямо предписывал всем, кто может эвакуироваться с Ларнаса, а тем, кто не может. переходить в схроны.

Сообщение самого информированного среди иерархов, легло на подготовленную почву, и не раздумывая и не откладывая все десять оставшихся предстоятелей, просто исчезли из своих покоев. Кто-то драматически и шумно, оставив остывающий труп подготовленного двойника, с душещипательной запиской, а кто-то тихо и скромно, растворившись для начала в толпах бедных паломников, а после переместившись в один из мирских городов Ларнаса, чтобы также тихо и незаметно покинуть его с контрабандистами или беженцами.

Утро следующего дня, Аврел встречал в одиночестве сидя в огромном троне Патриарха, и с некоторой оторопью глядя на пустующие кресла предстоятелей.

Даже его отстранённое спокойствие дало трещину, глядя на то как мгновенно и без остатка растворились все главы церковных управлений, а кое-кто ещё и поджёг архивы перед убытием, показав, что досрочный выход на пенсию планировался давно.

Аврел ещё некоторое время смотрел на пустые кресла, пытаясь понять не причины бегства, а его последствия. Причины выглядели достаточно просто. Предстоятели знали об острове больше остальных, первыми получили сведения о высадке и лучше других представляли, что произойдёт после потери береговых батарей. Смерть Патриарха лишь подтвердила, что прежний порядок больше не защищает даже тех, кто находился на его вершине.

Гораздо сложнее было заменить их.

Во главе каждого церковного управления стоял не один человек, а целая система личных обязательств, доверенных помощников, семейных связей и неофициальных договорённостей. Формально Аврел мог посадить в освободившееся кресло любого заместителя. Новый глава подпишет бумаги, примет печать и отдаст первые распоряжения. После этого выяснится, что начальники на местах продолжают ждать приказа прежнего предстоятеля, казначеи не предоставляют доступ к счетам без условной фразы, а половина осведомителей знает только одного связного, который исчез вместе со своим начальником.

Если бы бежал один предстоятель, его место заняли бы к вечеру. Если бы двое погибли при шардальском налёте, Совет объявил бы траур и продолжил работу. Но исчезли все. Одновременно и без попытки сохранить хотя бы видимость управления. За ними разбегались помощники, архивисты, начальники служб, личная охрана и те, кто заранее получил место на воздухолёте или в контрабандном трюме.

Аврел поднялся с трона и подошёл к длинному столу. На нём остались папки, которые предстоятели собирались обсуждать на утреннем заседании и часть бумаг уже потеряла всякий смысл. Управление внешних миссий больше не отвечало на вызовы. Казначейство прекратило выдачу средств после исчезновения главы и двух его заместителей. Руководитель храмовых хозяйств оставил короткое сообщение о болезни, а через час его личный воздухолёт обнаружили на пустой площадке у западного берега. Самого руководителя там не было.

Сохранять прежнюю систему управления оказалось невозможно.

Дверь зала открылась, и внутрь вошёл командир храмовой охраны. Раньше он останавливался у кресла Патриарха и ждал разрешения говорить. Теперь прошёл почти до середины зала, словно ещё не решил, как обращаться к человеку, который занял трон, но не получил ни венца, ни признания Совета.

— Предвестник, в главном храме задержаны семь служащих, пытавшихся вынести документы и церковное золото, — доложил командир охраны. — Ещё трое покинули остров на малом курьерском воздухолёте. Перехватить их не удалось.

— Кто сейчас управляет казначейством? — спросил Аврел.

— Старший помощник предстоятеля Варсена, — ответил командир. — Он утверждает, что без главной печати не имеет права открывать резервные хранилища.

— Главную печать найдите в покоях Варсена. Если её нет, вскройте хранилища силой.

Командир помедлил.

— Служащие могут отказаться исполнять распоряжение без решения Совета, Предвестник.

— Совета больше нет, — сказал Аврел. — Есть оборона острова. Все, кто мешает ей ссылками на прежний порядок, отстраняются. При сопротивлении их задерживают.

— Кого назначить вместо сбежавших предстоятелей? — спросил командир охраны.

Аврел посмотрел на пустые кресла.

— Никого.

Командир не сумел скрыть удивления.

— Без руководителей управления перестанут работать, Предвестник.

— Они уже перестали, — ответил Аврел. — Назначение новых людей не восстановит утерянные связи. Соберите заместителей, оставшихся в главном храме, и разделите их по трём направлениям. Снабжение острова, оборона и работа с населением. Все остальные управления упразднить до окончания войны.

— Кто возглавит направления?

— Вы назначите людей, способных выполнять приказы без обсуждения церковного права. Имена передадите мне через час.

Командир охраны поклонился и направился к выходу, но у двери остановился.

— Среди служителей распространяются слухи, что Патриарх собирался начать переговоры с Шардалом, — сказал он. — Некоторые требуют объяснить его смерть.

— Объявите, что Патриарх погиб во время попытки врага уничтожить Машину призыва.

— Свидетелей его смерти слишком много, Предвестник.

— Тогда свидетели останутся в подвале главного храма.

Командир охраны ничего не ответил и вышел.

Аврел вернулся к карте. На западном берегу шардальский флот уже создавал второй плацдарм. По донесениям наблюдателей, за первые часы туда высадилась полнокровная дивизия с бронетехникой, артиллерией и собственной тактической авиацией. Морская пехота активно расширяла занятую полосу вдоль берега, пока сапёры восстанавливали дороги, повреждённые обстрелом.

Восточный плацдарм тоже продолжал расти. Храм Восходящей Радости давно перестал быть передовой позицией. Теперь там находился штаб, склады, ремонтные площадки и посадочные зоны для тяжёлых транспортов. Егеря удерживали гостевой комплекс, а линейная пехота готовилась двигаться дальше.

Пока оба плацдарма оставались раздельными, между ними сохранялась значительная часть острова. Если шардальские войска соединятся, оборона Ларнаса распадётся на несколько участков, каждый из которых придётся снабжать отдельно. Остановить соединение обычными войсками Церковь уже не могла.

Аврел вызвал начальника островной обороны. Тот появился через несколько минут в сопровождении адъютанта и сразу положил на стол свежую карту западного участка.

— Противник занял батарейный комплекс и продвинулся от берега почти на два километра, — доложил начальник обороны. — Наши части отошли к линии старых паломнических приютов. Мы можем собрать там около трёх тысяч солдат, но против дивизии этого недостаточно.

— Сколько вооружённых людей можно получить из монастырей и паломнических домов? — спросил Аврел.

Начальник обороны посмотрел на него внимательнее.

— Подготовленных бойцов там почти нет, Предвестник. У монахов есть храмовая стража, но она распределена по всему острову. Паломники не обучены и не подчиняются военному командованию.

— Обучение не требуется. Им выдадут оружие и направят на пути продвижения противника.

— Они не удержат шардальскую пехоту, — сказал начальник обороны. — Большинство разбежится после первого обстрела.