— Огонь! — скомандовал я охранникам. — Осторожно, не заденьте человека!

Служба безопасности академии не зря ела свой хлеб. Маги сработали мгновенно. Кто-то ударил огнём, кто-то льдом. Щупальца твари начали отмерзать и обугливаться.

Очень скоро хватка монстра ослабла, и я увидел преподавателя.

Игорь Витальевич был весь в слизи. Кряхтел, хрипел, на коже виднелись ожоги, словно его уже начали переваривать.

Я схватил его за руку и рванул на себя.

— Вы как? — спросил я, когда вытащил его из монстра.

Преподаватель смотрел на меня расширенными от ужаса глазами. Губы шевелились, но ни звука не исходило.

— Понятно. Жить будете, — кивнул я.

Затем оттащил его в сторону и передал ректору. Потом обернулся к существу.

— Хватит, — сказал я охране, и они прекратили атаковать.

Затем я отправил в монстра два мощных Пространственных разреза. Удар получился крест-накрест.

Астральный пожиратель разлетелся на четыре части. Щупальца дёрнулись в конвульсиях и замерли. Чёрная жижа растеклась по полу полигона.

[Астральный пожиратель уничтожен]

[Получено 40 единиц опыта]

[Текущий опыт: 442/1700]

Сорок единиц — неплохо я выполнил индивидуальное задание. Но не это главное, а то, что удалось спасти преподавателя.

Я выдохнул и осмотрелся. Полигон напоминал место бойни: кровь, слизь, куски плоти. Служба безопасности уже вызывала медиков.

— Глеб Викторович, — Станислав Никанорович подошёл ко мне. — Выражаю вам огромную благодарность.

— Рад помочь, — кивнул я.

— И я хотел бы попросить, — он понизил голос, — чтобы эта история осталась в пределах стен академии. И не дошла особенно до Андрея Валентиновича.

Я усмехнулся. Ректор боялся, что Дружинин узнает об инциденте и передаст основному управлению ФСМБ. Тогда у Юрашева было бы много проблем.

А учитывая все проблемы сегодняшнего дня, я тоже был согласен, что над безопасностью академии ещё работать и работать. Но Юрашев это и так понимал. И будет что-то предпринимать, поэтому и правда не было смысла всё это раздувать.

— Вам повезло, что сегодня он занят, — ответил я. — Не переживайте, я ему не скажу.

— Спасибо.

Станислав Никанорович отошёл к медикам, которые уже укладывали преподавателя на носилки. Игорь Витальевич был в сознании, но говорить всё ещё не мог, а только хрипел что-то невнятное.

Я посмотрел на своё отражение в луже чёрной жижи. Грязный, мокрый. Выгляжу, наверное, как чёрт из преисподней.

— Часто происходят такие происшествия? — спросил я у ректора, когда тот вернулся.

— Впервые за два года, — он покачал головой. — Преподаватели у призывателей очень рискуют. Да и вообще у этих магов самая большая смертность. По большей части именно поэтому их так мало.

— Почему? Они не могут приручить монстра?

— Поначалу все они не могут. И часто не справляются даже под присмотром более опытных преподавателей. До нашей академии доходит лишь малая часть.

Я задумался. Призыватели — редкая специализация. Во всей академии их было одиннадцать человек. У них даже общий курс и один преподаватель.

— Неужели это происходит под контролем преподавателей и оперативников? — мне не верилось.

— К сожалению да, — ректор вздохнул. — Самая частая и грубая ошибка — призвать тварь рангом выше, которую не можешь подчинить. Сегодня тоже произошёл такой случай, — он похлопал меня по плечу. — И вы спасли человеку жизнь.

Я кивнул. Вместе с преподавателем по артефакторике мы направились обратно в учебный корпус. Но сперва я заглянул в общежитие и максимально быстро привёл себя в порядок.

Занятия уже заканчивались, но Степан Геннадьевич успел принять работы остальных студентов. Мне поставили зачёт автоматом.

— Эй, почему ему можно автомат, а нам нет? — возмутился кто-то из одноклассников. — Мы тоже хотим особое задание!

— Как только освоите пространственную магию, помимо вашей основной, Михаил, — обязательно получите, — невозмутимо ответил преподаватель.

Михаил замолчал. Больше у него аргументов не было.

Когда я вышел из кабинета после окончания занятия, меня ждал Дружинин.

Куратор стоял у окна, рядом с ним находился Илья. Они о чём-то беседовали, и судя по жестикуляции парня, речь шла о будущей учёбе в академии. Илья эмоционально размахивал руками, изображая, как будет побеждать монстров, а Дружинин только качал головой.

— Глеб Викторович, вот и вы, — с облегчением сказал куратор, когда заметил меня.

— Что-то случилось? — уточнил я. Вид у куратора был уж очень напряжённый.

— Нам с вами нужно отойти ненадолго.

— Пап, — Илья сузил глаза, — если ты попытаешься подговорить Глеба Викторовича, я об этом узнаю.

— Нет, у меня не было таких целей. Это по работе.

— Ага, ага, — парень явно не поверил.

Мы с Дружининым отошли за угол, где никого не было. Коридор пустовал.

Лицо куратора было серьёзным. Слишком серьёзным даже для него.

— Мне только что доложили, — он понизил голос. — Таисия исчезла из исследовательского центра ФСМБ.

— Как исчезла? — удивился я, ведь это одно из самых охраняемых зданий в стране.

— Лежала в своей палате. А потом камеры показали, что она обратилась чёрной дымкой и прошла сквозь стены. И ни один барьер не смог её остановить.

Таисии было по-настоящему страшно. Она стояла посреди незнакомого коридора и совершенно не понимала, где находится и как вообще очутилась здесь.

Люди в белых халатах сновали мимо, не обращая на неё внимания. Кто-то нёс папки с документами, кто-то разговаривал по телефону. Судя по виду, это какие-то учёные. На медиков уж точно не похожи.

Тело не слушалось. Таисия попыталась пошевелить рукой, но пальцы даже не дрогнули. Только глаза ещё подчинялись, и она смотрела из стороны в сторону, пытаясь хоть что-то понять.

На самом лице застыло каменное выражение. Словно она статуя. А внутри нарастала паника. Ведь вчера всё так хорошо начиналось.

После очередного сеанса с менталистом она наконец начала вспоминать, кто она такая. Вспомнила лица родителей. Мамины тёплые руки, папин низкий голос. Как они читали ей сказки перед сном в детстве.

Доктор в центре ФСМБ обещал, что с родителями обязательно свяжутся. И можно будет устроить посещение. Может быть, даже на следующей неделе. Таисия так этого ждала.

А потом в голове снова появился этот голос. И всё, что девушка с таким трудом вспомнила, начало расплываться.

Таисия пыталась сопротивляться. Цеплялась за образы родителей, за своё имя, за крохи памяти. Бесполезно. Голос был сильнее. Он заполнил её сознание целиком, вытеснив всё остальное.

И вот теперь она стояла здесь. В незнакомом месте.

Самое страшное — она понимала, что происходит. Раньше, когда голос полностью забирал контроль, Таисия просто отключалась. Приходила в себя где-то в другом месте, не помня ничего. Или же считала приказы господина своими собственными желаниями.

Сейчас всё было иначе. Она всё видела, всё осознавала. И не могла ничего сделать. Как будто заперта в собственном теле, смотрит на мир через стеклянную стену.

Это было жутко, но хотя бы не больно.

Дверь кабинета, перед которым она стояла, открылась. Оттуда вышел мужчина. Высокий, седой. Михаил Илларионович. Таисия откуда-то знала это имя, хотя не помнила, чтобы они знакомились.

— За мной, — бросил он, даже не глядя на неё. — Для тебя есть работа.

Ноги сами понесли её вперёд. Таисия не хотела идти, но тело не подчинялось ей. Она поспешила за господином, как послушная собачка за хозяином.

Коридоры сменялись один за другим. Лестницы, повороты, двери с кодовыми замками. Таисия пыталась запомнить дорогу, вдруг пригодится. Вдруг получится сбежать.

Глупая надежда. Она ведь и пальцем пошевелить не могла без разрешения.

Они спустились куда-то вниз. Здесь было холодно. А тусклые лампы едва освещали бетонные стены огромного подвала.