Я мысленно присвистнул. Получается, раз Илья прошёл в академию таким методом, у него будут в конце учебного года две сессии — летняя и пропущенная зимняя. Сложная задачка. Но в целом выполнимая, если парень сядет за учёбу всерьёз. А судя по тому, что он сейчас флиртовал с Настей вместо того, чтобы зубрить, всерьёз он не сядет.

Ну, это уже не моя забота.

Я попрощался с командой и пошёл к своему этажу. Снег за окнами лестницы валил крупными хлопьями, заметая двор.

Поднялся на свой этаж. В коридоре было тихо. Подошёл к своей двери. Достал ключ. Уже собирался вставить в замок, как остановился.

Дверь была не заперта.

Это сразу настораживало.

Замок не вскрыт — следов взлома нет. Значит, либо кто-то имел копию ключа (а копий не было ни у кого, кроме коменданта), либо использовали магию.

Если бы хотели убить — не стали бы предупреждать незапертой дверью. Это либо ловушка с расчётом на мою реакцию, либо разговор. И то, и другое требовало холодной головы.

Я аккуратно убрал ключ обратно в карман. Левой рукой потянулся к ручке. Правую держал свободной — готовой к атаке. Один Разрез — и любой, кто внутри, либо нейтрализован, либо мёртв.

Открыл дверь медленно. Вошёл в комнату.

Свет выключен. Только мерцание уличных фонарей через окно давало немного освещения. И в этом неровном свете, у самого окна, я увидел силуэт.

Высокий. Стоял неподвижно, спиной к окну, лицом ко мне. Лица в темноте было не разобрать — только контур, очертания плеч, наклон головы. Поза расслабленная. Руки на виду, не за спиной.

Я уже приготовился к атаке. Но человек медленно поднял руку, ладонью ко мне.

— Не надо, — негромко произнёс он. — Я пришёл поговорить.

Заготовленные пространственные разрезы растаяли у меня в ладонях. Я не стал их применять. Понял, что этот человек не несёт угрозы.

Рука сама потянулась к выключателю, и в комнате вспыхнул яркий свет. Я зажмурился на долю секунды, потом глаза привыкли к темноте, и я наконец увидел лицо ночного гостя.

И сразу понял, где его встречал раньше.

Точнее, видел его мельком. В тот самый день, когда мы сражались с теми, кто стоял за Учителем. Когда спасли больше двухсот человек из деревни возле его лаборатории, что находилась внутри разлома.

Этот тип тогда был среди них, тоже с пустыми глазами. Он стоял в стороне, открывал порталы. Работал спокойно, без эмоций, как машина. И, как мне тогда показалось, по собственной воле.

Интересно, что же он делает здесь? Если служит Учителю — значит, пришёл передать какое-то послание от него.

Но если он враг, то зачем открыл дверь? Ведь пришёл он именно через портал. Зачем ждал, пока я его замечу? Зачем стоит вот так, без оружия, с пустыми руками?

Кажется… всё гораздо сложнее.

Это маг серьёзного уровня, раз прошёл сквозь защитные системы академии, которые, по идее, не должны пропускать магию извне.

Нет. Этот не пришёл убивать. Иначе бы действовал совсем иначе, а не стал меня забалтывать.

Я внимательно разглядывал его. Высокий, худой, лицо правильных черт — но неживое, застывшее, как гипсовая маска. Волосы тёмные, аккуратно причёсанные.

— Я тебя внимательно слушаю, — сказал я и скрестил руки на груди.

Остался стоять. Знал, что если он дёрнется, то я успею ответить.

— Меня зовут Леонид, — произнёс человек. Лицо его оставалось таким же каменным, как в прошлый раз. Ни дрогнувшей мышцы, ни моргнувшего глаза.

— А я Глеб, — представился я в ответ. Хотя и так ясно, что он знает, с кем говорит.

— Знаю, — кивнул Леонид. — Кажется, тебя уже весь мир знает.

Ноль иронии в голосе. Просто констатация факта.

— У нас мало времени, — с этими словами он приподнял рукав на левой руке. И я увидел аж пять браслетов. Толстых, массивных, с гравировками рун на металле. Подавляющие ментальный контроль.

До этого я, признаться, даже не догадывался, что такие штуки могут усиливать друг друга. Ментальную магию обычно блокировали одним браслетом — максимум двумя, если человек находился под постоянным воздействием. А тут — пять. И даже этого, судя по всему, хватало в обрез.

— Этого мне хватит минут на десять, не больше, — пояснил Леонид. — Пять из них я ждал тебя.

Вот как. Значит, служит он Учителю не по своей воле.

Я вопросительно вскинул бровь, и Леонид продолжил.

— Ему никто не служит по своей воле, — помотал головой маг. — Никто. Просто многие считают, что это их воля. Думаю, ты понимаешь, как это работает, и мне не нужно тратить время на объяснения.

— Не нужно, — кивнул я.

Понимал я это отлично. Повидал уже… Пожиратели Учителя, которые уже полностью потеряли собственное «я». Ментальный контроль Михаила Илларионовича работал безупречно, и если воздействие происходило в течение долгих лет, то даже опытные маги ФСМБ не всегда могли справиться с его влиянием.

— Учитель планирует кое-что, — продолжил Леонид. Подбирал слова осторожно, будто боялся задеть невидимую мину. — Я не могу сказать точно, что именно. На мне стоит жёсткая блокировка любых данных касательно Учителя. Даже эти браслеты не могут её полностью подавить.

Он опустил рукав обратно. Металл тихо звякнул о металл.

— Могу сказать только то, что ты один не справишься. Объединяйся с другими магами. Тогда будет шанс на победу, — заявил он, но лицо его по-прежнему осталось словно выточенным из камня.

Я внимательно смотрел на него. Обдумывал.

Затем подошел к стулу и присел.

Понятно, что портальный маг такого уровня — ценный актив. И Учитель вряд ли позволит ему так просто ходить где попало. Вопрос времени — как скоро он узнает, что его человек разбалтывает ценные сведения.

Надеюсь, Леонид понимает, какому риску себя подверг. Ведь Учитель не станет жалеть его, если узнает.

— Зачем ты меня предупреждаешь? — я подался вперёд. Положил локти на колени, руки соединил в замок и упёрся в них подбородком.

Леонид секунду помолчал.

— Затем, что никому из нас не нравится, что происходит, — ответил он. — Просто Учитель заставил увидеть в этом высшую цель. И я её тоже вижу. Периодически. В голове как будто туман — и в нём горят яркие образы мира, переделанного по его воле. Они кажутся правильными. Нужными. Я, как и он, хочу к ним стремиться.

Пауза.

— Но иногда проскакивают просветы. Чистые. Без тумана. И в один из таких я решил, что стоит дать отпор, — сказал он.

— Отпор, — тихо повторил я. Слово прозвучало как-то тяжело.

— Смерть Ибрагима его не остановит, — Леонид смотрел куда-то мимо меня. В стену. В собственные воспоминания. — Он пойдёт дальше. Будет идти, пока не превратит всё человечество в монстров. Ну, малую его часть. Остальных просто убьёт. И пойдёт дальше…

Твою ж дракониху…

— Он хочет стать высшим существом, — продолжил Леонид. — Вот его истинная цель. Не просто так он питался от Ибрагима все эти годы…

Он запнулся. Видимо, на этом месте сработала блокировка.

— Я тебя понял, — сказал я ровно. — Когда он начнёт действовать?

— Могу сказать лишь то, что времени у тебя мало, — Леонид смотрел мне прямо в глаза. — Катастрофически мало, Глеб Афанасьев.

И вдруг лицо его скривилось.

Это была первая эмоция за всё время разговора. Черты исказились, как будто невидимые пальцы сжали его лицо изнутри и попытались смять как бумажный стаканчик. Леонид схватился за голову обеими руками. Что-то пробормотал себе под нос — невнятное, быстрое.

Потом резко выпрямился. Глаза его снова стали пустыми.

— Мне пора идти, — голос уже был другой. Ровный, механический, без следов живого человека, который только что стоял передо мной.

Я не стал его останавливать. Всё-таки этот человек на моей стороне, пусть и не всегда, а лишь небольшими просветами.

Он открыл портал. Сделал шаг и исчез.

Я глубоко выдохнул и откинулся на спинку стула.

Какой уровень поражения у визитёра?

[Анализ остаточного следа…]