— Так что в нём такого уникального, что ради него перерыли всю планету и наверняка не успокоятся, и, думаю, не только они?

На этот раз слово взял самый молодой и рыжий Флештон, пятый который.

— О, проще сказать, что здесь не уникально, но давайте я попытаюсь объяснить по порядку. — На секунду зависнув, кивнув, он продолжил.

Видимо, они как-то умеют общаться между собой, не открывая рта, подумал я, и сейчас он получил «добро» от Тайры. Наверно, так.

— Итак, перед вами последняя разработка учёных и конструкторов нашей расы. Класс «Фрегат» ему был присвоен из-за подходящих размеров, а вот по вооружению и силовым установкам это полноценный… «Крейсер». Но мы его привыкли называть «Дальний рейдер».

Пожалуй, никто до нас не смог разместить собственный «Варп»-двигатель на кораблях подобного класса. К тому же эта разработка мощнее всех своих аналогов. За счёт относительно небольших размеров и массы корабля нам удалось практически удвоить «прыжковое» расстояние.

Для перемещения в пределах одной звёздной системы корабль использует два импульсных плазменных двигателя с уникальной системой демпферов. Это позволяет совершать резкие манёвры и существенно сокращает время для торможения. Также здесь установлен обновлённый газофазный ядерный двигатель для движения в планетарной атмосфере.

И это ещё одна уникальная особенность этого корабля. Представьте себе звёздный «Фрегат» в воздушном или газообразном пространстве⁉ До нас этого ещё не делал никто, притом, насколько мне известно, до сих пор ни один космический аппарат такого размера, ещё и с «Варпом» на борту, не мог опускаться в атмосферу и тем более вести там боевые действия, а он может.

Пока все свои слова он проговаривал мне, его лицо горело энтузиазмом. Ведь он видел, что находит отклик, и я почти всё понимал из им сказанного. Конечно, «Глобо» как могло подбирало известные землянам аналоги, но в общем всё было более-менее понятно.

А затем Флештон пятый зачем-то решил повернуться в сторону «Волка», видимо пытаясь охватить всё небольшую аудиторию. Но поймав «мёртвый» взгляд нашего командира, быстро вернул своё внимание на меня. Даже клон Тайры чувствовала себя неудобно, смотря какие разряды искрят между двумя голубками. В общем, «Волку» было не до чего, он залип на Варваре и возвращаться в реальный мир явно не собирался.

Мне действительно было интересно, но, честно говоря, я не понимал, зачем он всё это мне рассказывает. Наверняка вся эта информация — большая тайна, а нам лишние проблемы точно ни к чему. А тем временем Флештон нагнетал всё больше.

— Отдельного и долгого рассказа заслуживает вооружение этого корабля. Однако это можно будет услышать и позже. А если коротко, то он несёт шесть турболазерных установки ближнего боя, два плазменно-лучевых орудия большой дальности и самое главное… — Немного помявшись, он всё же дополнил…

— На борту четыре торпедные установки и шестнадцать торпед тяжёлого класса. Восемь с ядерной начинкой, а остальные… Остальные оснащены зарядами с антиматерией.

Выдав эту информацию скороговоркой, он в ожидании уставился мне в глаза. Не увидев в них никакой реакции, он даже обрадовался и заговорил свободнее.

— Кроме этого, мы имеем шестнадцать космических и суборбитальных мин, и они носят такие же заряды, по восемь каждого. Для подавления локальных очагов в планетарных боях на борту скрыто размещены дополнительные лазерные и плазменные турели меньшей мощности.

Прищурив один глаз, он дополнил:

— Но это для космоса они малые, а так их мощности вполне достаточно, чтобы одним залпом снести, к примеру, всю базу Гронов.

Вооружение корабля вполне сопоставимо с лёгким крейсером, а в чём-то и превосходит. Однако уникальных разработок на этом фрегате чрезвычайно много. Это и уникальное разведывательное оборудование, но пожалуй, одним из главных и секретных является сам корпус корабля.

Произнеся крайние слова, он повернулся и посмотрел на Флештона третьего, кто, по всей видимости, приходился ему дедом.

Дёрнув губой, Профессор обратился к нам с необычной просьбой.

— Мы уже знаем, что вы не менее уникальны, чем этот корабль. И знаете, я склоняюсь к мнению, что у вас много общего, — повернувшись к Варавии, он резко дёрнул её за рукав, и я его понимал и даже поддерживал. Ещё немного, и эта парочка прямо здесь начнёт сношаться у всех на глазах.

— Позвольте вас просить выпустить свою первородную энергию в корпус этого фрегата. И да, можете не стесняться и ударить в полную мощь.

А вот это он зря сказал, успел подумать я, а следом «Волк», не раздумывая, ударил. Притом, не удержавшись от типичной для него показухи, выкинул руку вперёд, выставив раскрытую ладонь. Ну и в коленях тоже просел.

Эфиром он был забит до отказа, поэтому и не стеснялся. Этот понторез решил покрасоваться перед новой пассией. К тому же, ему обломали шуры-муры, и он был немного расстроен, что выплеснулось в точечном приложении всех его сил, эфирных, конечно.

Гулкий звук рвущегося металла услышали все. И слегка дымящуюся дыру тоже заметили сразу. Притом она больше напоминала отверстие, уж больно ровные у неё были края.

Не знаю, что они ожидали от нашей демонстрации, но явно не такого результата. С ошарашенным лицом, на негнущихся ногах, Профессор, словно сомнамбула, медленно подошёл к кораблю и молча вылупился на это отверстие. Следом к нему присоединился внук, Тарина тоже подошла поближе. Только Варавия с искрящимися глазами вновь уставилась на своего кумира, явно плавно переходящего в статус божества.

— Невероятно! Такого просто не может быть, — с этими словами Профессор сорвался с места и подбежал к той же одинокой стеле.

Пасы руками, мелькание пальцев, и в корпусе фрегата с шипением появился проём, а следом и выдвинулся трап. Флештон-младший вбежал в корабль, на ходу обогнав своего деда. Тарина, качая головой, пошла обратно, думая поговорить с «Волком», но, посмотрев на его лицо, резко сменила направление в сторону меня.

— Как? Как вы это делаете? — её электронные глаза бегали по моему лицу в ожидании ответа. Ну а мне оставалось только пожать плечами и ответить в духе сатирического жанра.

— Наверно, он каши в детстве много ел, вот и выросло, что выросло.

Понятно, что такой ответ её не удовлетворил, и она решила внести пояснения.

Этот корпус способен выдержать удар плазмы с носителей типа линкор, притом его уникальность состоит не только в мощном защитном поле, которое сейчас не активировано, а в поглощении направленной на фрегат энергии. То есть, он бы впитал в себя весь заряд плазмы и передал его на… преобразователь для последующей подпитки аккумулирующих батарей. Вы же…

Каким-то невероятным образом ваша энергия не рассеялась по корпусу, а просто прожгла дыру. Такое возможно только при частичной перегрузке контура. Защитные сегменты не смогли впитать в себя всю энергию и просто расплавились, а вслед за ними и жёсткий корпус. Такой заряд прошил бы насквозь камень толщиной в полметра и полетел бы дальше…

— Зачем прошивать камень, когда можно сформировать такой заряд на его обратной стороне и послать его дальше, — не подумав, буркнул я.

Наверное, лимит чудес уже подошёл к своему краю, и она никак не отреагировала на мои слова, или не успела, из нутра «Фрегата» выскочили Флештоны.

— Тарина! — заорал Профессор. Третий контур не разрушен и впитал в себя остатки энергии, и знаешь какой показатель…

Про то, какой там и где показатель, он сказать не успел, остановленный поднятой вверх ладошкой. Судя по её замершему виду, она получала какую-то информацию и, наверное, важную.

Спустя минуту она с тихим вздохом радостно произнесла:

— Наконец-то. Предлагаю всем переместиться в мой кабинет. Думаю, что и нашим гостям интересно будет послушать нечто пугающе интересное.

Возражений ни у кого не возникло, даже потерянный в грёзах «Волк» кивнул в согласии.

Вновь накинув на «Фрегат» преломляющий контур, мы отправились в ожидающую нас капсулу и после недолгого мотыляния в разных плоскостях прибыли на место.