— Но он же Пустой… точнее, был Пустым.

— Именно. И это делает всё ещё более странным, — полковник повернулся к нему. — Идите, подполковник. Завтра в восемь продолжите. И постарайтесь не дать ему разнести наш комплекс. Ремонт обойдётся в миллионы.

Дружинин усмехнулся и вышел.

В коридоре он прислонился к холодной стене, закрыл глаза. В голове всё ещё стояла картина: восемнадцатилетний парень, спокойно разрезающий пространство, как будто это так же естественно, как дышать.

У Дружинина двадцать лет опыта. Он тренировал сотни магов. И ни разу… ни единого, мать его, раза… он не видел ничего подобного!

— Что ты такое, Глеб Афанасьев? — прошептал он, отталкиваясь от стены. — И что нас всех ждёт, когда ты раскроешь свой истинный потенциал?

Дружинин покачал головой и зашагал к своему кабинету. Нужно готовить новую программу. Более сложную. Потому что обычными методами этого парня не обучить.

Он уже за гранью всего обычного!

Последние четыре дня были похожи один на другой.

Подполковник Дружинин каждый день гонял меня на тренировках, причём с каждым разом нагрузка только росла. Иллюзорные твари становились быстрее, их количество увеличивалось, а времени на отдых давали всё меньше.

К концу каждого дня я валился с ног от усталости. Всё-таки тело не привыкло к таким нагрузкам, даже не смотря на годы тренировок. Настолько интенсивно я ещё никогда не нагружал себя.

Мне даже начало казаться, что Дружинин решил меня напрочь загнать. Либо же проверить на прочность. Впрочем, одно другого не исключает. Мне даже самому стало интересно — что из этого всего может выйти.

Наконец меня перевели из медицинской палаты в основной корпус ФСМБ. Выделили большую комнату — эдак раза в два больше моей каморки в общежитии колледжа. Кровать здесь стояла уже нормальная, а не больничная. Также имелся стол, шкаф и даже небольшой диванчик в углу. Однако ни телевизора, ни телефона, вообще никаких средств связи там не было.

Но, по крайней мере, теперь окно выходило на общий тренировочный полигон, и можно было наблюдать, как занимаются другие маги.

Это стало моим единственным развлечением, помимо изматывающих тренировок и общения с медперсоналом.

Я теперь вечерами сидел у окна, наблюдая за тренировками других отрядов. Изучал их техники, запоминал движения, анализировал тактику. Система иногда давала подсказки, выделяя интересные моменты. Например, такие:

[Наблюдение: маг огня использует предварительный разогрев воздуха для усиления атаки]

[Наблюдение: групповая тактика «Молот и наковальня» эффективна против крупных целей]

Правда, я совершенно не понимал, откуда у неё такие сведения. Это же не относилось к пространственной магии от слова совсем. Очередная загадка.

Еду по-прежнему приносили прямо в комнату. Три раза в день, как по расписанию. Завтрак в семь, обед в час, ужин уже в семь вечера.

Хотя я прекрасно видел из окна, что все остальные маги ходят в столовую в соседнем корпусе, смеются за общими столами, обсуждают что-то. Там были большие окна, в которые всё было прекрасно видно.

Когда я спросил у подполковника, почему не могу питаться вместе со всеми, он ответил коротко:

— Во избежание конфликтов.

— Каких конфликтов? — уточнил я, поскольку не нравились мне такие расплывчатые ответы.

Дружинин тогда хмыкнул и промолчал, переключившись на очередную тренировку. Дескать, хватит болтать, работай. А чтобы я дальше не допытывался, наслал на меня сразу семь монстров!

Вообще что подполковник, что полковник Крылов, что охрана — все отвечали на мои вопросы крайне неохотно. Односложно, сухо, по делу. Будто им запретили со мной общаться о чём-то кроме необходимого.

И это настораживало. Словно меня специально хотели изолировать от других магов.

Разговорчивыми оказались только медики, которые каждое утро брали анализы и постоянно удивлялись моей аномалии.

Но их разговорчивость, честно говоря, пугала.

— Это невозможно с точки зрения магической физиологии! — восклицал главный медик центра, седовласый профессор Прокофьев, глядя на очередные результаты анализов. — Магические каналы у всех формируются годами! А у вас они появились за три дня! И не просто появились, а сразу стали шире и прочнее, чем у магов A-класса!

Уверен: дай им волю, то заперли бы меня в лаборатории на несколько лет и изучали бы как подопытную крысу. В их глазах я читал такой исследовательский азарт, что становилось не по себе. И сразу хотелось сбежать куда подальше.

Никто не понимал, как вообще возможно за три дня проложить магические каналы, чтобы они стали рабочими и не убили человека в процессе. Обычно, как мне объяснили, когда маг получает Дар, его тело месяцами адаптируется. Многие не выдерживают и умирают именно в этот период, если взяли Дар выше признанной предрасположенности. Всё-таки распределение в десять лет не просто так придумано.

А что я? Проснулся через три дня после происшествия свеженьким, как огурчик, и сразу начал резать пространство.

Аномалия, короче говоря.

Сегодняшнее утро началось необычно. Я подготовился к очередной тренировке в подземелье, но моим планам не суждено было сбыться.

— Сегодня тренируемся наверху, — сообщил Дружинин, войдя в мою комнату. Как всегда, ровно в восемь. — На общем плацу.

— Наверху? — я удивился. — Не в подземном комплексе?

— На общем полигоне. Под открытым небом. Пора показать вас остальным, — говорил он это крайне неохотно.

Интересно. Значит, всё-таки из меня не хотят сделать изгоя. Но чего тогда опасались командиры ФСМБ раньше? Скоро узнаю.

Мы спустились на лифте прямо на огромный полигон. Свежий воздух ударил в лёгкие, и я вдохнул полной грудью. Утреннее солнце слепило глаза, а ветер растрепал отросшие волосы.

Полигон оказался огромным. По периметру стояли мощные опоры с рунами, а между ними мерцал едва заметный защитный купол. Как в подземном зале, только всё выглядело гораздо масштабнее.

По краю полигона бегал отряд магов в чёрной форме ФСМБ. Человек двенадцать, все молодые, лет по двадцать-двадцать пять.

— У вас сегодня что-то новенькое? — поинтересовался я у инструктора.

Дружинин кивнул, наблюдая за бегущими.

— Тренировки с иллюзиями больше не дают вам должного прогресса. Вы слишком быстро адаптируетесь. Поэтому я решил изменить подход. Сегодня будет групповое занятие. Пора вам научиться работать в команде.

Как только нас заметили, все головы повернулись в нашу сторону. Отряд продолжал бежать, но каждый маг бросал на меня косые взгляды.

И что это были за взгляды…

Пренебрежение. Недоверие. Презрение. Во взгляде некоторых читалась откровенная враждебность. У других я видел любопытство, смешанное со скепсисом.

М-да, если бы взглядами можно было убивать, от меня бы осталось только мокрое место.

Это всё мне было до боли знакомо. Точно так же на меня смотрели в колледже первые месяцы. Только там хотя бы Дарья была адекватной.

— Отряд, ко мне! — рявкнул Дружинин.

Маги прекратили бег и подбежали к нам, выстроившись в линию.

Теперь я мог рассмотреть их получше. В основном парни, но было и три девушки. На погонах разные знаки — от одной звезды до трёх. Маги B и C класса, как я понял из их нашивок.

В центре строя стоял светловолосый парень лет двадцати трёх. Высокий, атлетического телосложения, с уверенной осанкой и острыми чертами лица. Явный лидер, ведь остальные неосознанно держались чуть позади него.

Либо же это специальное построение, которому меня ещё не учили. Вот сейчас и узнаю.

— Знакомьтесь, это Глеб Афанасьев, — представил меня подполковник. — Сегодня он будет тренироваться с вами.

— Тот самый Пустой, который получил Дар Громова? — не удержался кто-то из задних рядов. Смуглый парень с восточными чертами лица.

Дружинин проигнорировал фразу, но я заметил, как недовольно дёрнулся уголок его губ.