— Тихо, — шепнул я ей в ухо. — Я держу. Всё нормально.

— Лямка… — она сглотнула. — Она просто порвалась…

— Знаю.

Я чувствовал её учащённое дыхание, стук сердца. Стыд, злость и растерянность — всё сразу. Но она не паниковала. Быстро собралась, сжала челюсти и начала поправлять ткань за моей спиной.

Вспышка. Та самая, незаметная, с камеры журналиста напротив.

Он успел сфотографировать. Конечно, на фото будет выглядеть невинно — я обнимаю Дашу, она прижимается ко мне. Романтичный кадр, не более.

Я покосился на Рылеева. Он сидел через три стула от нас и смотрел прямо на меня. И на его лице — едва уловимое, мимолётное выражение. Разочарование. Как у человека, чей план не сработал так, как задумывалось.

Понятно.

Лямки не рвутся просто так. Не на таких дорогих платьях, как у Даши. Кто-то подрезал нитки. Скорее всего, через подкупленного официанта, который мог незаметно задеть Дашу, пока обслуживал стол. Расчёт был на то, что платье упадёт, Даша окажется полуобнажённой перед десятками влиятельных людей и журналистом с камерой. Скандал. Позор. Удар по репутации — и её, и моей.

Но я успел. И вместо скандальной фотографии получилась романтическая.

— Можешь уйти в дамскую комнату, — сказал я Даше, всё ещё прикрывая её. — Я подожду.

— Спасибо, — выдохнула она и быстро, придерживая ткань, скользнула к выходу.

Я сел обратно. Сделал глоток шампанского. Но внутри нарастала холодная злость.

[Анализ: 47%]

Мероприятие продолжилось как ни в чём не бывало. Митрофанов произнёс ещё пару тостов, музыканты заиграли что-то торжественное. Официанты сменили блюда. Всё по расписанию.

Инцидент с платьем заметили немногие — я достаточно быстро закрыл Дашу, а большинство в этот момент смотрели на Митрофанова.

Даша вернулась минут через десять. Лямка была аккуратно перевязана — узелок незаметен, если не присматриваться. Она села рядом со мной, выпрямила спину и улыбнулась. Как будто ничего не произошло.

— Это его рук дело? — тихо спросила она, искоса поглядывая на Рылеева.

— Да, — кивнул я.

Даша промолчала. Потом хмыкнула:

— Анфиса такая же. Яблоко от яблони.

— Не удивлён.

[Анализ: 64%]

Ближе к концу вечера, когда гости начали расходиться, я решил закрыть этот вопрос.

Будь я обычным Пустым — наверное, никогда бы не стал с этим разбираться. Но здесь были другие обстоятельства. Другие возможности. И другие правила.

Я подошёл к Рылееву.

Павел Дмитриевич стоял у барной стойки, потягивая виски и разговаривая с каким-то лысым мужчиной в очках. Увидев меня, лысый тактично откланялся. Видимо, прочитал выражение моего лица.

— Павел Дмитриевич, — я изобразил лёгкую расслабленность и чуть покачнулся. Слегка подпитый молодой маг, который хочет поговорить. Безобидный. — Можно вас на минутку?

— Слушаю, — он смотрел на меня тем же тяжёлым взглядом.

— Скажите, вы ведь знаете, на что способна магия S-класса? — спокойно и с улыбкой спросил я.

— Читал, — Рылеев сделал глоток виски. — Про ваше убийство S-ранговой твари в горах вместе с Андроповым. Впечатляюще. Говорят, энергии ушло как на две ядерные бомбы.

— Примерно так и есть, — кивнул я.

А потом активировал ауру.

Не полную — хватит и десяти процентов. Но даже десять процентов ауры мага S-класса — это давление, которое обычный человек не способен выдержать.

Рылеев был важным чиновником, но не магом. Его тело не было защищено от подобного воздействия.

Его лицо побледнело. Глаза расширились. Рука, державшая бокал, задрожала, и виски расплескалось на пальцы. Потом бокал выскользнул и разбился о мраморный пол.

Ноги подкосились, и Рылеев рухнул на одно колено.

Я мгновенно отключил ауру и подхватил его под локоть, помогая встать.

— Павел Дмитриевич! — произнёс я громко, чтобы слышали окружающие. — Вам плохо? Может, лекаря позвать?

— Н-ничего… — он побелевшими губами пытался выдавить слова. — Просто… голова закружилась.

Я помог ему выпрямиться. Наклонился к уху — близко, так, чтобы никто не услышал — и сказал:

— В следующий раз у этого страха будут куда более реальные причины.

Рылеев замер. Потом едва заметно кивнул. Одним коротким движением он обозначил, что понял.

Думаю, это отобьёт у него всякое желание конфликтовать со мной в дальнейшем.

— Лекаря сюда! — крикнул кто-то из охраны. — Павлу Дмитриевичу нехорошо!

К нам подбежал мужчина в белом халате, увёл Рылеева под руку, усадил на диван. Я отступил на шаг и ещё раз посмотрел на него. Лицо серое, руки дрожат. Он этот вечер надолго запомнит.

[Анализ: 82%]

Ко мне подошла Даша. Она посмотрела в сторону дивана, где Рылеев всё ещё сидел с лекарем. Потом едва заметно улыбнулась. Слова были не нужны, она и так всё поняла.

Мы вернулись к гостям. Я подошёл к Андропову, нужно было оставаться рядом с ним — анализ ещё не завершён.

— Хороший вечер, — сказал Андропов. — Митрофанов умеет принимать гостей.

— Это точно, — кивнул я.

И мы продолжили разговор, где вспоминали самые необычные разломы за последнее время. А где-то через полчаса Система наконец выдала ответ.

[Анализ: 100%]

[Анализ ментального состояния завершён]

[Объект: Андропов Анатолий Дмитриевич]

[Результат: обнаружено внешнее ментальное воздействие]

Внутри всё похолодело. Но ни один мускул не дрогнул на моём лице.

[Тип: скрытое влияние на волю и принятие решений]

[Носитель может не осознавать наличие воздействия]

Мысли судорожно проносились в голове, сменяя друг друга быстрее, чем я успевал их обрабатывать. Система увидела ментальное воздействие на маге S-класса. На том, кому я доверял.

Первым делом было необходимо проверить мою защиту.

[Защита от нестабильной энергии хаоса: активна]

[Нестабильной энергии хаоса: не обнаружено]

[Целостность защиты: 100%]

Хоть какое-то облегчение. Значит, Учитель ещё не научился обходить мою защиту. И есть вероятность, что вряд ли научится — Печать Пустоты работала на принципах, которые он не понимал. Не мог понять, потому что на самом деле это технология из будущего, созданная мной же.

Но ментальное влияние — это другое. Защита от хаоса блокировала превращение в Пожирателя. А ментальная магия действовала напрямую на сознание, входя в жертву через магические каналы. Печать Пустоты от неё не спасала, и я в этом только что убедился.

Андропов стоял рядом и улыбался, ни о чём не подозревая.

Я быстро прикинул расклад. Учитель — один из сильнейших ментальных магов за всю историю. Чтобы взять под контроль мага S-класса с такой мощной волей и ментальной устойчивостью, как у Андропова, нужно быть именно настолько сильным. Больше некому.

Но воздействие было недавним. Я понимал это по системным данным — «умеренная степень». Если бы контроль длился долго, он проник глубже, изменил саму структуру убеждений, как было с Тасей. Или с теми магами из деревни Учителя, которые свято верили, что служат великой цели, и никакие аргументы не могли их переубедить. Потому что там уже не нужен был контроль — Учитель перестроил их личность изнутри.

Я много читал об этом. Книги по психологии, которые глотал ещё в детдоме, когда было нечем заняться по вечерам. Все мы состоим из убеждений. Если человек свято верит, что делает мир лучше, и не знает, что эта мысль внушена ему извне — его практически ничто не сможет переубедить. Он будет сражаться за эту идею до последнего вздоха, искренне считая её своей великой целью.

С Андроповым до этого ещё не дошло. Воздействие было поверхностным, на уровне отдельных решений. Кристалл с Печатью. Попытка выяснить мои секреты. Это не глобальная перестройка личности, а точечные команды.

А значит, всё можно исправить.

— Когда, говоришь, ты уезжаешь? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал как обычно.