Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Толстой Алексей КонстантиновичДмитриев Иван Иванович
Барков Иван Семенович
Давыдов Денис Васильевич
Востоков Александр
Тургенев Иван Сергеевич
Катенин Павел Александрович
Полежаев Александр Иванович
Кюхельбекер Вильгельм Карлович ""Кюхля""
Павлова Каролина Карловна
Милонов Михаил Васильевич
Вронченко Михаил Павлович
Майков Аполлон Николаевич
Михайлов Михаил Михайлович
Ломоносов Михаил Васильевич
Берг Николай Васильевич
Хемницер Иван Иванович
Тютчев Федор Иванович
Костров Ермил Иванович
Раич Семён Егорович
Греков Николай Иванович
Гнедич Николай Иванович
Козлов Иван Иванович
Сумароков Александр Петрович
Струговщиков Александр Николаевич
Губер Эдуард Иванович
Тепляков Виктор Григорьевич
Миллер Фёдор Богданович
Гербель Николай Васильевич
Фет Афанасий Афанасьевич
Веневитинов Дмитрий Владимирович
Пушкин Александр Сергеевич
Лермонтов Михаил Юрьевич
Нелединский-Мелецкий Юрий Александрович
Мей Лев Александрович
Аксаков Константин Сергеевич
Жуковский Василий Андреевич
Деларю Михаил Данилович
Воейков Александр Федорович
Крылов Иван Андреевич
Мерзляков Алексей Федорович
Шевырёв Степан Петрович
Полонский Яков Петрович
Иванчин-Писарев Николай Дмитриевич
Баратынский Евгений Абрамович
Батюшков Константин Николаевич
Бенедиктов Владимир Григорьевич
Григорьев Аполлон Александрович
Плещеев Алексей Николаевич
Дельвиг Антон Антонович
Дуров Сергей Фёдорович
Дружинин Александр Васильевич
Карамзин Николай Михайлович
Туманский Василий Иванович
Пальм Александр Иванович
Лебедев Иван Владимирович
 > Мастера русского стихотворного перевода. Том 1 > Стр.65
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
64
65
66
...
104
198. Еврейская мелодия
Душа моя мрачна. Скорей, певец, скорей!
   Вот арфа золотая;
Пускай персты твои, промчавшися по ней,
   Пробудят в струнах звуки рая.
И если не навек надежды рок унес,
   Они в груди моей проснутся,
И если есть в очах застывших капля слез —
   Они растают и прольются.
Пусть будет песнь твоя дика. Как мой венец,
   Мне тягостны веселья звуки!
Я говорю тебе: я слез хочу, певец,
   Иль разорвется грудь от муки.
Страданьями была упитала она,
   Томилась долго и безмолвно;
И грозный час настал — теперь она полна,
   Как кубок смерти, яда полный.
1836
199. В альбом
Как одинокая гробница
Вниманье путника зовет,
Так эта бледная страница
Пусть милый взор твой привлечет.
И если после многих лет
Прочтешь ты, как мечтал поэт,
И вспомнишь, как тебя любил он,
То думай, что его уж нет,
Что сердце здесь похоронил он.
1836

Из немецкой народной поэзии

200. Баллада
Из ворот выезжают три витязя в ряд,
увы!
Из окна три красотки вослед им глядят:
прости!
Напрасно в боях они льют свою кровь,
увы!
Разлука пришла — и девичья любовь
прости!
Уж три витязя новых в ворота спешат,
увы!
И красотки печали своей говорят:
прости!
1832

Иозеф Кристиан Цедлиц

201. Воздушный корабль
По синим волнам океана,
Лишь звезды блеснут в небесах,
Корабль одинокий несется,
Несется на всех парусах.
Не гнутся высокие мачты,
На них флюгера не шумят,
И молча в открытые люки
Чугунные пушки глядят.
Не слышно на нем капитана,
Не видно матросов на нем;
Но скалы, и тайные мели,
И бури ему нипочем.
Есть остров на том океане —
Пустынный и мрачный гранит;
На острове том есть могила,
А в ней император зарыт.
Зарыт он без почестей бранных
Врагами в сыпучий песок,
Лежит на нем камень тяжелый,
Чтоб встать он из гроба не мог.
И в час его грустной кончины,
В полночь, как свершается год,
К высокому берегу тихо
Воздушный корабль пристает.
Из гроба тогда император,
Очнувшись, является вдруг;
На нем треугольная шляпа
И серый походный сюртук.
Скрестивши могучие руки,
Главу опустивши на грудь,
Идет и к рулю он садится
И быстро пускается в путь.
Несется он к Франции милой,
Где славу оставил и трон,
Оставил наследника-сына
И старую гвардию он.
И только что землю родную
Завидит во мраке ночном,
Опять его сердце трепещет
И очи пылают огнем.
На берег большими шагами
Он смело и прямо идет,
Соратников громко он кличет
И маршалов грозно зовет.
Но спят усачи гренадеры —
В равнине, где Эльба шумит,
Под снегом холодной России,
Под знойным песком пирамид.
И маршалы зова не слышат:
Иные погибли в бою,
Другие ему изменили
И продали шпагу свою.
И, топнув о землю ногою,
Сердито он взад и вперед
По тихому берегу ходит,
И снова он громко зовет:
Зовет он любезного сына,
Опору в превратной судьбе;
Ему обещает полмира,
А Францию только себе.
Но в цвете надежды и силы
Угас его царственный сын,
И долго, его поджидая,
Стоит император один —
Стоит он и тяжко вздыхает,
Пока озарится восток,
И капают горькие слезы
Из глаз на холодный песок.
Потом на корабль свой волшебный,
Главу опустивши на грудь,
Идет и, махнувши рукою,
В обратный пускается путь.
1840

Иоганн Вольфганг Гете

202.
Горные вершины
Спят во тьме ночной;
Тихие долины
Полны свежей мглой;
Не пылит дорога,
Не дрожат листы…
Подожди немного,
Отдохнешь и ты.
1840

Генрих Гейне

203.
Они любили друг друга так долго и нежно,
С тоскою глубокой и страстью безумно-мятежной!
Но, как враги, избегали признанья и встречи,
И были пусты и хладны их краткие речи.
Они расстались в безмолвном и гордом страданье,
И милый образ во сне лишь порою видали.
И смерть пришла: наступило за гробом свиданье…
Но в мире новом друг друга они не узнали.
1841
65
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"836585","o":1}