Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Иванчин-Писарев Николай ДмитриевичРаич Семён Егорович
Полежаев Александр Иванович
Шевырёв Степан Петрович
Давыдов Денис Васильевич
Дуров Сергей Фёдорович
Струговщиков Александр Николаевич
Карамзин Николай Михайлович
Толстой Алексей Константинович
Вронченко Михаил Павлович
Тепляков Виктор Григорьевич
Барков Иван Семенович
Пушкин Александр Сергеевич
Лермонтов Михаил Юрьевич
Тургенев Иван Сергеевич
Аксаков Константин Сергеевич
Козлов Иван Иванович
Дельвиг Антон Антонович
Жуковский Василий Андреевич
Батюшков Константин Николаевич
Воейков Александр Федорович
Фет Афанасий Афанасьевич
Тютчев Федор Иванович
Туманский Василий Иванович
Дмитриев Иван Иванович
Костров Ермил Иванович
Губер Эдуард Иванович
Баратынский Евгений Абрамович
Сумароков Александр Петрович
Деларю Михаил Данилович
Григорьев Аполлон Александрович
Крылов Иван Андреевич
Павлова Каролина Карловна
Нелединский-Мелецкий Юрий Александрович
Ломоносов Михаил Васильевич
Востоков Александр
Плещеев Алексей Николаевич
Мей Лев Александрович
Хемницер Иван Иванович
Полонский Яков Петрович
Михайлов Михаил Михайлович
Катенин Павел Александрович
Кюхельбекер Вильгельм Карлович ""Кюхля""
Мерзляков Алексей Федорович
Гербель Николай Васильевич
Гнедич Николай Иванович
Милонов Михаил Васильевич
Веневитинов Дмитрий Владимирович
Пальм Александр Иванович
Бенедиктов Владимир Григорьевич
Дружинин Александр Васильевич
Берг Николай Васильевич
Миллер Фёдор Богданович
Майков Аполлон Николаевич
Греков Николай Иванович
Лебедев Иван Владимирович
 > Мастера русского стихотворного перевода. Том 1 > Стр.48
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
47
48
49
...
104
119. Идиллия
Стремятся не ко мне с любовью и хвалами,
И много от сестры отстала я годами.
Душистый ли цветок мне юноша дарит,
Он мне его дает, а на сестру глядит;
Любуется ль моей младенческой красою,
Всегда примолвит он: как сходна я с сестрою.
Увы! двенадцать раз лишь мне весна цвела;
Мне в песнях не поют, что я сердцам мила,
Что я плененных мной изменой убиваю.
Но что же, подождем, — мою красу я знаю;
Я знаю, у меня, во блеске молодом,
Есть алые уста с их ровным жемчугом,
И розы на щеках, и кудри золотые,
Ресницы черные, и очи голубые…
<1838>

Адам Мицкевич

120–122. Крымские сонеты

Аккерманские степи
В пространстве я плыву сухого океана;
Ныряя в зелени, тону в се волнах;
Среди шумящих нив я зыблюся в цветах,
Минуя бережно багровый куст бурьяна.
Уж сумрак. Нет нигде тропинки, ни кургана;
Ищу моей ладье вожатую в звездах;
Вот облако блестит; заря на небесах…
О нет! — То светлый Днестр, — то лампа Аккермана.
Как тихо! постоим; далёко слышу я,
Как вьются журавли, в них сокол не вглядится;
Мне слышно — мотылек на травке шевелится,
И грудью скользкою в цветах ползет змея.
Жду голоса с Литвы — туда мой слух проникнет…
Но едем, — тихо всё — никто меня не кликнет.
Алушта днем
Гора отрясает мрак ночи ленивый;
И ранним намазом волнуются нивы;
И злато струями везде разлилось;
Лес темный склоняет густые вершины, —
Как с четок калифов, гранаты, рубины
Он сыплет с кудрявых зеленых волос.
В цветах вся поляна; над ней мотыльками
Летучими воздух пестреет цветками;
Так радуги ясной сияет коса,
Алмазным наметом одев небеса;
Лишь взор опечален вдали саранчою,
Крылатый свой саван влекущей с собою.
Под диким утесом шумя в берегах,
Сердитое море кипит, напирает,
И в пене, как будто у тигра в очах,
Дневное светило пред бурей играет,
А в лоне лазурном далеких зыбей
Купаются флоты и рать лебедей.
Аю-Даг
Люблю я, опершись на скáлу Аю-Дага,
Смотреть, как черных волн несется зыбкий строй,
Как пенится, кипит бунтующая влага,
То в радуги дробясь, то пылью снеговой;
И сушу рать китов, воюя, облегает,
Опять стремится в бег от влажных берегов,
И дань богатую в побеге оставляет:
Сребристых раковин, кораллов, жемчугов.
Так страсти пылкие, подъемляся грозою,
На сердце у тебя кипят, младой певец;
Но лютню ты берешь, — и вдруг всему конец.
Мятежные бегут, сменяясь тишиною,
И песни дивные роняют за собою:
Из них века плетут бессмертный твой венец.
<1828>

Н. Д. Иванчин — Писарев

Луи Расин

128. Расинова молитва богу
Меня величие и блеск не обольщают,
Тщеславьем, гордостью души не возмущают;
Я сын твой — сим горжусь, а прочее — всё сон;
Мое блаженство — ты, богатство — твой закон.
Незнаем смертными, их славу презираю,
Всю славу и себя в тебе я заключаю.
Свидетель дел моих — мой бог! наставник мой!
Не ты ль даруешь мне отраду и покой,
И мрачный жизни путь пред нами озаряешь?
Не ты ль души моей пустыню наполняешь?
Пусть люди предо мной все блага расточат —
Меня от благ твоих они не отвратят.
Отвергнувшим тебя гласит закон священный,
Что дни безбожного страданью обреченны;
Но казни ли одни должны меня страшить?
Мучительно тебя, о боже! не любить!
Услышь раба, услышь его к тебе взыванье:
Да возмогу, мой бог! — вот всё мое желанье:
В последний жизни час свой взор к тебе простерть
И, крест объемля твой, спокойно встретить смерть!
<1818>
124. Смерть христианина
Истлевай, состав виновный,
Слабый, немощный, греховный,
Жертва смерти, истлевай!
Да падет во прах сын праха:
Смерть для злобных вестник страха.
Смерть, злодеям угрожай!
Тем страшна ты несомненно,
Коих сердце умерщвленно
Мрак ничтожества зовет
В помощь… помощи не знает,
Ничего не ожидает:
Он исчезнет, пропадет.
Вера мужество прямое.
В смерти, в сем души покое,
Тот лишь мирну пристань зрит,
Для кого земля край чуждый;
Гибнет всё, ему нет нужды:
«Не мое», — он говорит.
Здесь страданье смертных доля, —
Что ж? Твоя да будет воля,
Отче неба и земли.
Но сыны твои, средь муки,
Ждут часá земной разлуки:
Наступить ему вели.
И отсрочен вожделенный:
Жить велишь, — и я, смиренный,
Снова скорбь на рамена;
Отверзаю снова вежды:
Смерть, исполненна надежды,
Лишь была бы послана.
За преступных умирая,
Со креста благословляя,
Ты к ним руки простирал.
Устранюся ли я смерти?
Удостой лишь их простерта,
Дабы в них я прямо пал.
<1819>
48
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"836585","o":1}