Читать "Мастера русского стихотворного перевода. Том 1" - Ломоносов Михаил Васильевич, Милонов Михаил Васильевич, Козлов Иван Иванович, Нелединский-Мелецкий Юрий Александрович, Вронченко Михаил Павлович, Дельвиг Антон Антонович, Баратынский Евгений Абрамович, Толстой Алексей Константинович, Давыдов Денис Васильевич, Востоков Александр, Пальм Александр Иванович, Дуров Сергей Фёдорович, Павлова Каролина Карловна, Гнедич Николай Иванович, Мерзляков Алексей Федорович, Воейков Александр Федорович, Иванчин-Писарев Николай Дмитриевич, Барков Иван Семенович, Лебедев Иван Владимирович, Хемницер Иван Иванович, Струговщиков Александр Николаевич, Костров Ермил Иванович, Раич Семён Егорович, Гербель Николай Васильевич, Мей Лев Александрович, Крылов Иван Андреевич, Батюшков Константин Николаевич, Миллер Фёдор Богданович, Берг Николай Васильевич, Бенедиктов Владимир Григорьевич, Лермонтов Михаил Юрьевич, Тютчев Федор Иванович, Веневитинов Дмитрий Владимирович, Пушкин Александр Сергеевич, Тургенев Иван Сергеевич, Карамзин Николай Михайлович, Аксаков Константин Сергеевич, Жуковский Василий Андреевич, Катенин Павел Александрович, Григорьев Аполлон Александрович, Майков Аполлон Николаевич, Кюхельбекер Вильгельм Карлович ""Кюхля"", Полонский Яков Петрович, Плещеев Алексей Николаевич, Шевырёв Степан Петрович, Полежаев Александр Иванович, Дмитриев Иван Иванович, Дружинин Александр Васильевич, Губер Эдуард Иванович, Тепляков Виктор Григорьевич, Туманский Василий Иванович, Деларю Михаил Данилович, Фет Афанасий Афанасьевич, Греков Николай Иванович, Сумароков Александр Петрович, Михайлов Михаил Михайлович - Страница 27

Содержание

Сохранить

Настройки

...

104

38. Лягушка и Вол

Лягушка, на лугу увидевши Вола,

Затеяла сама в дородстве с ним сравняться:

Она завистлива была.

И ну топорщиться, пыхтеть и надуваться.

«Смотри-ка, квакушка, чтó, буду ль я с него?» —

Подруге говорит. «Нет, кумушка, далёко!»

— «Гляди же, как теперь раздуюсь я широко.

Ну, каково?

Пополнилась ли я?» — «Почти что ничего».

— «Ну, как теперь?» — «Всё то ж». Пыхтела да пыхтела,

И кончила моя затейница на том,

Что, не сравнявшися с Волом,

С натуги лопнула и — околела.

* * *

Пример такой на свете не один:

И диво ли, когда жить хочет мещанин

Как именитый гражданин,

А сошка мелкая — как знатный дворянин.

<1808>

39. Крестьянин и Смерть

Набрав валежнику порой холодной, зимной,

Старик, иссохший весь от нýжды и трудов,

Тащился медленно к своей лачужке дымной,

Кряхтя и охая под тяжкой ношей дров.

Нес, нес он их и утомился,

Остановился,

На землю с плеч спустил дрова долой,

Присел на них, вздохнул и думал сам с собой:

«Куда я беден, боже мой!

Нуждаюся во всем; к тому ж жена и дети,

А там подушное, боярщина, оброк…

И выдался ль когда на свете

Хотя один мне радостный денек?»

В таком унынии, на свой пеняя рок,

Зовет он Смерть; она у нас не за горами,

А за плечами:

Явилась вмиг

И говорит: «Зачем ты звал меня, старик?»

Увидевши ее свирепую осанку,

Едва промолвить мог бедняк, оторопев:

«Я звал тебя, коль не во гнев,

Чтоб помогла ты мне поднять мою вязанку».

* * *

Из басни сей

Нам видеть можно,

Что как бывает жить ни тошно,

А умирать еще тошней.

<1808>

А. Ф. Воейков

Александр Поп

40. Умирающий христианин

Небесного огня божественна искрá,

Душа, сбрось смертные одежды

Болезней, страха и надежды,

О, жалкая игра!

Оковы разорви природы,

Пари к источнику и жизни и свободы!

Теперь твоя пора!

Внемли, как ангелы вокруг тебя вещают:

«К нам, милая сестра, скорее!»

Мой взор становится тусклее;

Я не могу дышать;

Потеря сил и чувств смятенье…

Душа, ответствуй мне, реши мое сомненье:

Не то ли — умирать?

Земля бежит, бежит… исчезла уж из вида!

Отверсто небо видят взоры;

Слух серафимов внемлет хоры..

Горю достичь… Друзья,

Свои скорей мне дайте крила!

Где торжество твое победное, могила?

Смерть, где коса твоя?

<1817>

А. Ф. Мерзляков

Бион

41. Ученье

Зрел Венеру я во сне:

Белоснежною рукою

Матерь привела с собою

Юное дитя ко мне;

Бог упрямился, дичился,

Был неловок, груб, несмел,

Будто бы людей страшился,

И смотреть он не умел.

«Пастушок! — Богиня-Сладость

Молвит с ласковым лицом, —

Вот мой сын! вот наша радость,

Сделай ты его певцом!» —

Так сказала — и не стало…

Как мне в голову не вспало,

Что Амура нам учить —

Пламень пламенем гасить!..

Что же делать? — за ученье!

Ничего я не таю!

Пастухов увеселенье,

Панову свирель пою;

Флейту мудрыя Паллады,

Аполлоновы отрады;

Светлый хор его жрецов,

Лиру вестника богов…

Всё пустое!.. Он не слышит,

И ничто на ум нейдет;

Страстно, сладостно он дышит,

Про любовь одну поет.

Что же сделалось с тобою,

Что с холодною душою?..

Ах! несчастный, всё забыл,

Чем с Амуром занимался,

Только с тем одним остался,

Что Амур мне натвердил.

<1807>

Сафо

42. К счастливой любовнице

Равный бессмертным кажется оный

Муж, пред твоими, дева, очами

Млеющий, близкий, черплющий слухом

Сладкие речи,—

Взором ловящий страсти улыбки!..

Видела это — оцепенела;

Сжалося сердце; в устах недвижных

Голос прервался! —

Замер язык мой… Быстрый по телу

Нежному пламень льется рекою;

Света не вижу; взоры померкли;

В слухе стон шумный! —

В поте холодном трепет; ланиты

Былий, иссохших зноем, бледнее;

Кажется, смертью, таю, объята;

Я бездыханна!..

<1826>

Гораций

43. Из «Послания к Пизонам о стихотворстве»

Когда маляр, в жару, потея над картиной,

Напишет женский лик на шее лошадиной;

Всё тело перьями и шерстью распестрит.

И части всех родов в урода поместит;

Начав красавицей чудесное творенье,

Окончит рыбою, себе на прославленье,—

Пизоны! — можете ль, скрепя свои сердца,

Не осмеять сего безумного творца?

Поверьте мне, друзья, с таким малярством сходны

И проза, и стихи, где мысли разнородны,

Как грезы сонного или больного бред,

Без толку смешаны на собственный свой вред:

С ногами голова в мучительном расколе;

Вы скажете: «Поэт и живописец в воле:

Что могут, выдумать, что в ум придет, писать!»

Кто спорит? Кто дерзнет права сии отнять?

С охотой их даем, и смело просим сами;

Но только с тем, чтоб луг украшен был цветами

Весной, а не зимой; чтоб в вымыслах певца

С мышами не жил кот, а с тиграми овца.

Начала пышные нередко обольщают:

Ждем важного! — и что ж? — на рубище мелькают

Кое-где пурпуры блестящей лоскутки:

По бархатным лугам струятся ручейки;

Там стонет мрачный лес; там башня смотрит в волны;

Там радужный чертог; там Рейн, думы полный!..

К чему сей громкий вздор? Я дело знать спешил.

Положим: кипарис ты кистью оживил;

Прелестно! — да зачем он в страшной сей картине,

Где буря, где корабль, — хозяин сам в пучине

Тонул, и вышел вон… чтоб дать тебе за труд?

Положим: на заказ работаешь сосуд!

Мне страшной бочкою казался он сначала;

Но ты вертел, вертел: из бочки кружка стала!

Нам правило дано природою самой:

Да царствует везде Единство с Простотой!

<1822>

Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница

Войти на сайт

Регистрация