Читать "Мастера русского стихотворного перевода. Том 1" - Милонов Михаил Васильевич, Барков Иван Семенович, Лермонтов Михаил Юрьевич, Карамзин Николай Михайлович, Губер Эдуард Иванович, Аксаков Константин Сергеевич, Катенин Павел Александрович, Жуковский Василий Андреевич, Вронченко Михаил Павлович, Павлова Каролина Карловна, Баратынский Евгений Абрамович, Востоков Александр, Веневитинов Дмитрий Владимирович, Гнедич Николай Иванович, Давыдов Денис Васильевич, Батюшков Константин Николаевич, Мей Лев Александрович, Дуров Сергей Фёдорович, Толстой Алексей Константинович, Григорьев Аполлон Александрович, Нелединский-Мелецкий Юрий Александрович, Пальм Александр Иванович, Мерзляков Алексей Федорович, Воейков Александр Федорович, Ломоносов Михаил Васильевич, Кюхельбекер Вильгельм Карлович ""Кюхля"", Плещеев Алексей Николаевич, Иванчин-Писарев Николай Дмитриевич, Полонский Яков Петрович, Лебедев Иван Владимирович, Крылов Иван Андреевич, Пушкин Александр Сергеевич, Хемницер Иван Иванович, Струговщиков Александр Николаевич, Костров Ермил Иванович, Гербель Николай Васильевич, Бенедиктов Владимир Григорьевич, Миллер Фёдор Богданович, Берг Николай Васильевич, Полежаев Александр Иванович, Тютчев Федор Иванович, Тургенев Иван Сергеевич, Раич Семён Егорович, Шевырёв Степан Петрович, Дружинин Александр Васильевич, Тепляков Виктор Григорьевич, Козлов Иван Иванович, Туманский Василий Иванович, Дельвиг Антон Антонович, Деларю Михаил Данилович, Дмитриев Иван Иванович, Майков Аполлон Николаевич, Фет Афанасий Афанасьевич, Греков Николай Иванович, Сумароков Александр Петрович, Михайлов Михаил Михайлович - Страница 103

Содержание

Сохранить

Из шотландских народных баллад

407. Эдвард

«Чьей кровию меч ты свой так обагрил,

Эдвард, Эдвард?

Чьей кровию меч ты свой так обагрил?

Зачем ты глядишь так сурово?»

— «То сокола я, рассердяся, убил,

Мать моя, мать,

То сокола я, рассердяся, убил,

И негде добыть мне другого!»

«У сокола кровь так красна не бежит,

Эдвард, Эдвард!

У сокола кровь так красна не бежит,

Твой меч окровавлен краснее!»

— «Мой конь красно-бурый был мною убит,

Мать моя, мать!

Мой конь красно-бурый был мною убит,

Тоскую по добром коне я!»

«Конь стар у тебя, эта кровь не его,

Эдвард, Эдвард!

Конь стар у тебя, эта кровь не его,

Не то в твоем сумрачном взоре!»

— «Отца я сейчас заколол моего,

Мать моя, мать!

Отца я сейчас заколол моего,

И лютое жжет меня горе!»

«А грех чем тяжелый искупишь ты свой,

Эдвард, Эдвард?

А грех чем тяжелый искупишь ты свой?

Чем сымешь ты с совести ношу?»

— «Я сяду в ладью непогодой морской,

Мать моя, мать!

Я сяду в ладью непогодой морской

И ветру все парусы брошу!»

«А с башней что будет и с домом твоим,

Эдвард, Эдвард?

А с башней что будет и с домом твоим,

Ладья когда в море отчалит?»

— «Пусть ветер и буря гуляют по ним,

Мать моя, мать!

Пусть ветер и буря гуляют по ним,

Доколе их в прах не повалят!»

«Что ж будет с твоими с детьми и с женой,

Эдвард, Эдвард?

Что ж будет с твоими с детьми и с женой

В их горькой, беспомощной доле?»

— «Пусть пó миру ходят за хлебом с сумой,

Мать моя, мать!

Пусть пó миру ходят за хлебом с сумой,

Я с ними не свижуся боле!»

«А матери что ты оставишь своей,

Эдвард, Эдвард?

А матери что ты оставишь своей,

Тебя что у груди качала?»

— «Проклятье тебе до скончания дней,

Мать моя, мать!

Проклятье тебе до скончания дней,

Тебе, что мне грех нашептала!»

1871

А. А Григорьев

Генрих Гейне

408.

Они меня истерзали

И сделали смерти бледней, —

Одни — своею любовью,

Другие — враждою своей.

Они мне мой хлеб отравили,

Давали мне яда с водой, —

Одни — своею любовью,

Другие — своею враждой.

Но та, от которой всех больше

Душа и доселе больна,

Мне зла никогда не желала,

И меня не любила она!

1842

409.

Ядовиты мои песни,

Но виной тому не я:

Это ты влила мне яду

В светлый кубок бытия.

Ядовиты мои песни,

Но виной тому не я:

Много змей ношу я в сердце —

И тебя, любовь моя.

1842

410.

Не пора ль из души старый вымести сор

Давно прожитого наследия?

Я с тобою, мой друг, как искусный актер,

Разыгрывал долго комедию.

Романтический стиль отражался во всем

( Был романтик в любви и в искусстве я),

Паладинский мой плащ весь блистал серебром,

Изливал я сладчайшие чувствия.

Но ведь странно, что вот и теперь, как гожусь

Уж не в рыцари больше — в медведи я,

Всё какой-то безумной тоскою томлюсь,

Словно прежняя длится комедия.

О мой боже, должно быть, и сам я не знал,

Что был не актер, а страдающий,

И что, с смертною язвой в груди, представлял

Я сцену: «Боец умирающий».

1853

Из немецких масонских песен

411.

Не унывайте, не падет

В бореньи внутренняя сила:

Она расширит свой полет, —

Так воля рока ей сулила.

И пусть толпа безумцев злых

Над нею дерзостно глумится…

Они падут… Лукавство их

Пред солнцем правды обнажится.

И их твердыни не спасут,

Зане сам бог на брань восстанет,

И утеснители падут,

И человечество воспрянет…

Угнетено, утомлено

Борьбою с сильными врагами,

Доселе плачет всё оно

Еще кровавыми слезами.

Но вы надейтесь… В чудных снах

Оно грядущее провидит…

Цветы провидит в семенах

И гордо злобу ненавидит…

Отриньте горе… Так светло

Им сознана святая сила…

И в сновидении чело

Его сознанье озарило…

Не говорит ли с вами бог

В стремленьи к правде и блаженству?

И жарких слез по совершенству

Не дан ли вам святой залог?

И не она ль, святая сила,

В пути избранников вела,

И власть их голосу дала,

И их в пути руководила?

Да! то она, — то веет вам

С высот предчувствие блаженства,

И горней горних совершенства

То близкий воздух… Пусть не нам

Увидеть, как святое пламя

Преграды тесные пробьет…

Но нам знаком орла полет,

Но видим мы победы знамя.

И скоро сила та зажжет

На алтаре святого зданья

Добра и правды вечный свет,

И света яркое сиянье

Ничьих очей не ослепит…

И не загасит ослепленье

Его огня… Но поклоненье

Пред ним с любовью совершит!

И воцарится вечный разум,

И тени ночи убегут

Его сияния — и разом

Оковы все во прах падут,

Тогда на целое созданье

Сойдет божественный покой,

Не возмутим уже борьбой

И огражден щитом сознанья.

Нам цель близка, — вперед, вперед!

Ее лучи на нас сияют,

И всё исчезнет и падет,

Чем человечество страдает…

И высоко, превыше гор,

Взлетит оно, взмахнув крылами…

Его не видит ли ваш взор

Уже теперь между звездами?

О, радость! — мы его сыны,

И не напрасные усилья

Творцом от века нам даны…

Оно уж расправляет крылья,

Оно летит превыше гор…

О братья, зодчие!.. Над нами

Его не видит ли ваш взор

Уже теперь между звездами?

1845

103

Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница

Войти на сайт

Регистрация