Читать "Мастера русского стихотворного перевода. Том 1" - Костров Ермил Иванович, Милонов Михаил Васильевич, Вронченко Михаил Павлович, Миллер Фёдор Богданович, Пальм Александр Иванович, Шевырёв Степан Петрович, Полонский Яков Петрович, Григорьев Аполлон Александрович, Лебедев Иван Владимирович, Воейков Александр Федорович, Толстой Алексей Константинович, Козлов Иван Иванович, Хемницер Иван Иванович, Плещеев Алексей Николаевич, Мей Лев Александрович, Дельвиг Антон Антонович, Ломоносов Михаил Васильевич, Востоков Александр, Майков Аполлон Николаевич, Губер Эдуард Иванович, Туманский Василий Иванович, Лермонтов Михаил Юрьевич, Жуковский Василий Андреевич, Дружинин Александр Васильевич, Струговщиков Александр Николаевич, Веневитинов Дмитрий Владимирович, Иванчин-Писарев Николай Дмитриевич, Пушкин Александр Сергеевич, Тургенев Иван Сергеевич, Карамзин Николай Михайлович, Аксаков Константин Сергеевич, Нелединский-Мелецкий Юрий Александрович, Тютчев Федор Иванович, Крылов Иван Андреевич, Баратынский Евгений Абрамович, Дмитриев Иван Иванович, Полежаев Александр Иванович, Батюшков Константин Николаевич, Фет Афанасий Афанасьевич, Дуров Сергей Фёдорович, Берг Николай Васильевич, Деларю Михаил Данилович, Тепляков Виктор Григорьевич, Катенин Павел Александрович, Давыдов Денис Васильевич, Мерзляков Алексей Федорович, Раич Семён Егорович, Гербель Николай Васильевич, Гнедич Николай Иванович, Кюхельбекер Вильгельм Карлович ""Кюхля"", Барков Иван Семенович, Павлова Каролина Карловна, Бенедиктов Владимир Григорьевич, Греков Николай Иванович, Сумароков Александр Петрович, Михайлов Михаил Михайлович - Страница 103

Содержание

Сохранить

Из шотландских народных баллад

407. Эдвард

«Чьей кровию меч ты свой так обагрил,

Эдвард, Эдвард?

Чьей кровию меч ты свой так обагрил?

Зачем ты глядишь так сурово?»

— «То сокола я, рассердяся, убил,

Мать моя, мать,

То сокола я, рассердяся, убил,

И негде добыть мне другого!»

«У сокола кровь так красна не бежит,

Эдвард, Эдвард!

У сокола кровь так красна не бежит,

Твой меч окровавлен краснее!»

— «Мой конь красно-бурый был мною убит,

Мать моя, мать!

Мой конь красно-бурый был мною убит,

Тоскую по добром коне я!»

«Конь стар у тебя, эта кровь не его,

Эдвард, Эдвард!

Конь стар у тебя, эта кровь не его,

Не то в твоем сумрачном взоре!»

— «Отца я сейчас заколол моего,

Мать моя, мать!

Отца я сейчас заколол моего,

И лютое жжет меня горе!»

«А грех чем тяжелый искупишь ты свой,

Эдвард, Эдвард?

А грех чем тяжелый искупишь ты свой?

Чем сымешь ты с совести ношу?»

— «Я сяду в ладью непогодой морской,

Мать моя, мать!

Я сяду в ладью непогодой морской

И ветру все парусы брошу!»

«А с башней что будет и с домом твоим,

Эдвард, Эдвард?

А с башней что будет и с домом твоим,

Ладья когда в море отчалит?»

— «Пусть ветер и буря гуляют по ним,

Мать моя, мать!

Пусть ветер и буря гуляют по ним,

Доколе их в прах не повалят!»

«Что ж будет с твоими с детьми и с женой,

Эдвард, Эдвард?

Что ж будет с твоими с детьми и с женой

В их горькой, беспомощной доле?»

— «Пусть пó миру ходят за хлебом с сумой,

Мать моя, мать!

Пусть пó миру ходят за хлебом с сумой,

Я с ними не свижуся боле!»

«А матери что ты оставишь своей,

Эдвард, Эдвард?

А матери что ты оставишь своей,

Тебя что у груди качала?»

— «Проклятье тебе до скончания дней,

Мать моя, мать!

Проклятье тебе до скончания дней,

Тебе, что мне грех нашептала!»

1871

А. А Григорьев

Генрих Гейне

408.

Они меня истерзали

И сделали смерти бледней, —

Одни — своею любовью,

Другие — враждою своей.

Они мне мой хлеб отравили,

Давали мне яда с водой, —

Одни — своею любовью,

Другие — своею враждой.

Но та, от которой всех больше

Душа и доселе больна,

Мне зла никогда не желала,

И меня не любила она!

1842

409.

Ядовиты мои песни,

Но виной тому не я:

Это ты влила мне яду

В светлый кубок бытия.

Ядовиты мои песни,

Но виной тому не я:

Много змей ношу я в сердце —

И тебя, любовь моя.

1842

410.

Не пора ль из души старый вымести сор

Давно прожитого наследия?

Я с тобою, мой друг, как искусный актер,

Разыгрывал долго комедию.

Романтический стиль отражался во всем

( Был романтик в любви и в искусстве я),

Паладинский мой плащ весь блистал серебром,

Изливал я сладчайшие чувствия.

Но ведь странно, что вот и теперь, как гожусь

Уж не в рыцари больше — в медведи я,

Всё какой-то безумной тоскою томлюсь,

Словно прежняя длится комедия.

О мой боже, должно быть, и сам я не знал,

Что был не актер, а страдающий,

И что, с смертною язвой в груди, представлял

Я сцену: «Боец умирающий».

1853

Из немецких масонских песен

411.

Не унывайте, не падет

В бореньи внутренняя сила:

Она расширит свой полет, —

Так воля рока ей сулила.

И пусть толпа безумцев злых

Над нею дерзостно глумится…

Они падут… Лукавство их

Пред солнцем правды обнажится.

И их твердыни не спасут,

Зане сам бог на брань восстанет,

И утеснители падут,

И человечество воспрянет…

Угнетено, утомлено

Борьбою с сильными врагами,

Доселе плачет всё оно

Еще кровавыми слезами.

Но вы надейтесь… В чудных снах

Оно грядущее провидит…

Цветы провидит в семенах

И гордо злобу ненавидит…

Отриньте горе… Так светло

Им сознана святая сила…

И в сновидении чело

Его сознанье озарило…

Не говорит ли с вами бог

В стремленьи к правде и блаженству?

И жарких слез по совершенству

Не дан ли вам святой залог?

И не она ль, святая сила,

В пути избранников вела,

И власть их голосу дала,

И их в пути руководила?

Да! то она, — то веет вам

С высот предчувствие блаженства,

И горней горних совершенства

То близкий воздух… Пусть не нам

Увидеть, как святое пламя

Преграды тесные пробьет…

Но нам знаком орла полет,

Но видим мы победы знамя.

И скоро сила та зажжет

На алтаре святого зданья

Добра и правды вечный свет,

И света яркое сиянье

Ничьих очей не ослепит…

И не загасит ослепленье

Его огня… Но поклоненье

Пред ним с любовью совершит!

И воцарится вечный разум,

И тени ночи убегут

Его сияния — и разом

Оковы все во прах падут,

Тогда на целое созданье

Сойдет божественный покой,

Не возмутим уже борьбой

И огражден щитом сознанья.

Нам цель близка, — вперед, вперед!

Ее лучи на нас сияют,

И всё исчезнет и падет,

Чем человечество страдает…

И высоко, превыше гор,

Взлетит оно, взмахнув крылами…

Его не видит ли ваш взор

Уже теперь между звездами?

О, радость! — мы его сыны,

И не напрасные усилья

Творцом от века нам даны…

Оно уж расправляет крылья,

Оно летит превыше гор…

О братья, зодчие!.. Над нами

Его не видит ли ваш взор

Уже теперь между звездами?

1845

103

Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница

Войти на сайт

Регистрация