место существовало давно, ещё с восьмидесятых. При этом помимо «культурной» функции, всегда имело ещё и дополнительный статус, который за десятилетия не раз менялся. Сейчас, к примеру, помимо всего, у кафе была ещё и репутация места для самых нерушимых объяснений в любви и для первых романтических свиданий — когда вы переходите от «просто друзья и знакомые» в близким отношениям. Но этого я говорить никому не стал, Яне и Матвею пока рано. Да и мне, хотя я вроде бы ни за кем не ухаживаю, было интересно, последний раз я здесь был ещё до появления «амурной» ипостаси. А ведь интерьер кафе тоже каждый раз менялся.

В кафе нас встретил милый полумрак и очень удобные диванчики специально на двоих, расслабляющая музыка. Алиса не удержалась и положила голову мне на плечо. Ну и главное, в какой-то момент Матвей сначала осторожно положил руку Яне на талию, а когда понял, что девушка не против — обнял и прижал её к себе уже по-настоящему. И когда мы возвращались в гостиницу, всю обратную дорогу Матвей шёл с Яной не под руку, а всё так же обнимая девушку за талию. Разве что уже возле гостиницы отпустил, и они просто пошли рядом. Алиса было с тревогой посмотрела на меня, но я жестом дал понять — всё нормально, так и должно.

Мы вернулись как раз к ужину, и тут Карина взяла реванш. Тем более, Алиса опять отстранилась, предоставив мне самому, как поступать. Больше следила за Яной, как та отреагирует, что они с Матвеем опять за разными столами.

Умом и настойчивостью Карины можно было восхититься, как она меня старательно и незаметно обкладывала со всех сторон. Завела среди взрослых разговор, кто что успел посмотреть в городе. И так вовлекла классную руководительницу в беседу на троих — Карина, я и учитель — что обрывать разговор и уходить получалось невежливо.

Остальные понемногу разошлись, даже Алиса нас покинула, не выдержала. Наконец, и учительница спохватилась: заболталась сама и нас заболтала. Карина, убедившись для себя, что раз не стал уходить вслед за Алисой — я заинтересовался, и перешла к следующему этапу. Предложила, что поскольку Алиса и вторая женщина пошли спать, однако надо проследить, чтобы школьники легли, а не бегали по коридорам — не стоит напрягать пожилого человека. Пусть учительница идёт к себе, а мы вдвоём проследим.

Мы и в самом деле ходили по номерам. В коридоре — приятный романтический полумрак и задушевная беседа скоротать время. Так что под конец, когда мы закончили работу надзирателей, и я пошёл проводить Карину до её номера, девушка открыла дверь, обернулась на пороге… Жарко посмотрела на меня, расстегнула пуговицу на блузке и прошептала:

— У меня в номере есть бутылка хорошего вина. Хотела отблагодарить и угостить вас бокалом. Как раз сестра ушла ночевать в другой номер к подруге, так что не придётся смущать молодёжь тем, что мы пьём вино.

— Замечательно, что ваша сестра ушла к подруге. У вас есть прекрасный шанс выспаться перед обратной дорогой, — и торопливо сбежал на свой этаж, пока девица застыла от изумления, не сообразив чего ответить.

Когда я вошёл в свой номер, Алиса ещё не спала. И повезло — не успела переодеться. При виде меня глаза у неё стали большими и круглыми.

— Игорь? Я решила, ты останешься ночевать у Карины. Она так вокруг тебя вилась, а ты вроде согласился. Карина для этого свою сестру к подружке в номер ночевать отправила…

— Ага, и заодно бутылку вина припасла: не зайдёте ли в номер, я вас только угостить хотела бокалом-другим. Т-с-с. Иногда обходной путь самый прямой. Отлично, ты не успела лечь. Надевай свитер, бери ветровку и тихо давай за мной.

Удивлённая Алиса быстро оделась. Зрение у нас с ней острое, потому даже из дальнего конца коридора и в полумраке Алиса смогла разобрать: на балконе в обнимку стояли Яна и Матвей и жарко целовались.

— Ну ты и… — потрясённо прошептала Алиса. — Ты специально, да? Чтобы им никто не мешал? Карина сейчас с горя эту бутылку хлещет, а сестра у неё застряла в номере подруги с наказом «не высовываться и не мешать». Иногда рядом с тобой страшно находиться.

— Вообще-то, если честно, то ложиться в постель с Кариной я не собирался с самого начала. Я хотя и демон страсти, но демон разборчивый. Да и возраст уже не тот, чтобы ради секса на одну ночь непонятно с кем отказаться от самого интересного в нашей с тобой поездке.

Я взял девушку за руку и повёл за собой. Лишь когда мы вышли на улицу, Алиса спросила:

— И куда мы так… интересно?

— Для начала — идём смотреть развод мостов. А потом я покажу тебе ночной Питер. Необычный, волшебный — каким может быть только Питер. И только для нас двоих без всяких посторонних. Обещаю впечатления на всю жизнь.

Октябрь в этом году решил начать с мокроты. Если в первые дни он ещё сохранял робкое уважение к сухому и тёплому сентябрю и лишь полегоньку моросил, то сегодня прямо с утра дождь стучался в двери и окна, как будто хлестал плетью наотмашь. Холодный, сырой, потоками брызг небесный водопад стекал по асфальту, горизонт скрылся в мутной каше. Просто смотреть наружу — уже мокро и промозгло: вон как парень по тротуару бежит, зонт забыл, и наверняка куртка — насквозь, пропиталась влагой. Машины почти плывут, водилы, матерясь на погоду, нервно жмут педали…

Настроение у Алисы явно было под стать погоде.

— Игорь, ну я же просила уже несколько раз. Завариваешь чай — клади сразу банку обратно. Сразу.

— Хорошо.

— Хорошо, а банка так и стоит, а потом кочует.

Ответную колкость, так и вертевшуюся на языке, я хотя и с трудом, но удержал внутри себя. Ибо тогда мы точно поругаемся. Уже несколько раз проходили. Потом оба извиняемся и миримся, но зачем доводить опять? Тем более, в данной конкретной ситуации Алиса права. Валяющаяся банка мне мешает, я её машинально ставлю на ближайшую полочку, и становится неудобно доставать уже соль и сахар, а их мы используем намного чаще. Вот и сейчас Алиса чуть не уронила соль прямо на себя. Если глобально — то умом-то я понимаю, что у нас самый обычный процесс притирки до этого незнакомых людей, сейчас вынужденных жить в общем пространстве. Примерно как полярники на какой-нибудь арктической метеостанции. Но одного ума тут мало, потому что менять свои привычки очень трудно. Особенно если не один десяток лет живёшь один и ориентируясь лишь на себя.

— Договорились, и обещаю постараться не забыть, — я вздохнул.

Правда, вовсе не из-за банки. На самом деле самое простое и лучшее в подобной ситуации — подойти, девушку обнять и поцеловать. Показать, что мы всё равно друг друга любим и ценим. Но Алиса такого поведения, боюсь, мягко говоря, не поймёт. А как поступить иначе и перевести наши разногласия и решения в разумную плоскость, я пока не представлял. И вообще то, что я, кажется, начинаю, пусть даже мысленно, применять к Алисе типовые решения — не самый хороший признак. Надо бы не лениться, а подумать…

— Тебе ещё кофе сварить?

— Не надо, сама попробую научиться. Я помню все твои инструкции.

— И что у тебя случилось?

— С чего ты взял? — Алиса пристально посмотрела глаза в глаза.

А уж как надула губки, руки в карманах джинсов, но большие пальцы рук высунуты. Не знаю, какой из неё выйдет историк, но актриса получилась бы потрясающая.

— Потому что утром настроение «покусать» бывает, когда со вчерашнего дня так достали, что аж за ночь злость не выветрилась.

Я не стал добавлять, что девушка всю ночь ко мне самым настоящим образом прижималась, а потом, видимо сообразив, как-то оно не так — отодвигалась на дальний край. Но Алиса, похоже, чего-то из своих ночных кошмаров вспомнила, ибо взгляд сразу забегал.

— Да прав ты, прав. Марик меня достал. Этот тот парень, который со мной после поликлиники навязался тогда. Мы ещё в метро перед ним сценку встречи изображали. У нас на двадцать человек — всего четыре парня, выбирай любую девушку и бегай за всеми по очереди. Этот придурок ко мне как клещ прицепился. И не надо мне затирать, что это я красавица и парней притягиваю.