Она улыбнулась. Впервые за долгое время — искренне.

— Но, сын, — добавила она тише. — Главное сейчас — не облажаться. Ты ждал её три года. Не испорти всё в первый же день.

— Я знаю, мама.

— Пойдём, — сказала она. — Нефертари поможет собрать тебе вещи. И подарки.

Рамсес поморщился при упоминании жены. Но спорить не стал.

Нефертари ждала их в покоях. Она уже знала — слуги донесли. На её лице не было ни гнева, ни печали. Только спокойствие.

— Ты получил письмо, — сказала она. Это был не вопрос.

— Да.

— Она расторгла помолвку?

— Да.

Нефертари кивнула.

— Хорошо. Я помогу тебе собраться.

Она подошла к сундукам. Открыла один. Достала тонкий льняной хитон — белый, с золотой вышивкой по вороту.

— Это, — сказала она. — И вот это.

Она достала второй хитон — тёмно-синий, с серебряной нитью. И третий — песочного цвета, с поясом из кожи.

— Она любит простоту, — сказала Нефертари. — Но ты — наследник. Ты должен выглядеть достойно.

Она помолчала.

— И подарки. Что ты ей подаришь?

Рамсес задумался. Он не думал о подарках. Он думал только о ней.

— Я не знаю, — сказал он.

— Я знаю, — сказала Нефертари.

Она подошла к ларцу в углу. Открыла. Достала небольшую шкатулку из слоновой кости.

— Это, — сказала она. — Древний амулет. Он принадлежал моей бабушке. Говорят, он приносит удачу в любви.

Рамсес посмотрел на неё.

— Почему ты это делаешь?

Нефертари улыбнулась.

— Потому что я хочу, чтобы ты был счастлив.

Рамсес взял шкатулку. Молча. Он не знал, что сказать.

— Спасибо, — выдавил он.

Нефертари кивнула.

Через сутки корабль Рамсеса отчалил от пристани Авариса.

Он стоял на носу. Ветер трепал его волосы. Сердце колотилось бешено, глупо, как у мальчишки.

Он не знал, что скажет. Не знал, что она скажет. Но знал одно: он увидит её.

Фараон только отужинал и решил отдохнуть. Он вернулся в свои покои, прилёг на кровать. Вроде даже задремал.

Вдруг ему показалось — или нет? — серебристый свет и звук систра. Обычно так Бастет проявляла себя. Он знал это.

Он открыл глаза.

И увидел.

Его Неферури танцевала танец жрицы. Она была во всей своей красе — тёмно-каштановые волосы развевались, прекрасные глаза блестели. Она танцевала для него, как обычно.

— Неферури, — прошептал фараон. — Моя Неферури.

Он встал и пошёл к ней. Она танцевала, танцевала, и он уже протянул руку, чтобы коснуться её.

И вдруг она резко развернулась.

Фараон увидел лицо Исиды.

Сети отпрянул.

— Что, удивлён? — спросила Исида.

— Я не являюсь твоим адептом, Исида. Твоё присутствие здесь нежелательно.

— Ты можешь быть адептом кого угодно. Но я забираю твою душу. И верну только тогда, когда твоя проклятая дочь вернёт мне моё доброе имя.

— Что-то ты не слишком уверена в себе, раз шантажируешь смертных.

— Твоя дочь вместе со своими друзьями и Бастет разрушили мой город. Неужели ты думаешь, что я оставлю это без ответа?

— С каких пор боги стали втягивать смертных в свои разборки?

— С тех самых, как жрецы Бастет вписались в дела богов.

Исида протянула руку. Душа Сети отделилась от тела. Тело упало на пол.

— Твоя душа побудет у меня. Пока Айя сама за ней не придёт, — усмехнулась Исида.

— Оставь его.

Холодный мужской голос прорезал пространство.

— Гор? — Исида обернулась. — Тебе чего надо?

— Ты убила его. Но его душа пойдёт с нами. В дом Хатхор.

— С чего бы это?

— С того, что я тебе так сказал.

— Ты выступаешь против собственной матери, Гор. Ты мне жизнью обязан.

— Мои обязательства не позволяют тебе заниматься беззаконием.

— А кто здесь закон? — спросила Исида.

— Древние боги, которые установили правила для людей и богов. И я запрещаю тебе забирать душу Сети.

Гор решительно подошёл к матери и вырвал у неё из рук фараона.

— Уходи отсюда, — сказал он.

Исида исчезла.

Гор вздохнул.

— Тебе надо идти с нами, — сказал он.

— Я умер? — спросил Сети.

— Да. Ты умер. Исида убила тебя. Сейчас ты пройдёшь в небесный дом Хатхор. Твоя жена Неферури — в небесном доме Бастет. Мы соединим ваши судьбы. Следующую жизнь вы проживёте вместе. Мы компенсируем вам то, чего вас лишила Исида.

— А сейчас?

— Сейчас мы немного заняты устройством жизни Рамсеса и Айи. Сейчас ответственный момент, и нам некогда.

— Так значит, эти двое будут вместе? — спросил Сети.

— Ну конечно, они будут вместе. Мы сейчас с Хатхор над этим и работаем.

— Великолепно, — ответил фараон. — Значит, за Айю, за Рамсеса и за Египет я спокоен.

И они пошли с Гором по узкой тропинке, над которой сияли яркие звёзды.

Ночь. Бубастис. Дом Херихора.

Айя лежала в своей комнате. Спала. Впервые за долгое время — глубоко, без сновидений.

Кошка Мия покинула её. Бастет сказала, что есть люди, которые нуждаются в её защите. Айя уже могущественная жрица. Сама о себе может позаботиться.

Ей снился сон.

Сначала — ничего. Темнота. Тишина. Потом — свет. Серебристый. Знакомый. Систр. Тихий, нежный звон.