Он услышал шаги. Айя возвращалась.

Он опередил её. Когда она подошла ко дворцу, он уже стоял на входе. Она увидела его. Подошла. Замерла.

Он не двинулся с места. Не спрятался. Просто стоял.

— Не спится? — спросил он тихо.

— Не спится, — ответила она.

Они стояли и смотрели друг на друга. Долго. Молча.

Он хотел сказать так много. Хотел сказать, что думает о ней каждый день. Что не может забыть её танец. Что готов ждать ещё год, два, десять. Что она — единственная, кого он хочет.

Но он молчал.

Потому что знал: слова не помогут. Только время. Только терпение. Только он сам — рядом, каждый день, без давления.

Он шагнул в сторону и ушёл.

Он не оглянулся. Но чувствовал её взгляд на своей спине. И этого было достаточно.

Утро на Крите выдалось ясным. Море было спокойным, и ветер дул с берега — попутный для тех, кто возвращался в Египет.

Айя стояла на причале — том самом, который заново отстроили за эти недели. Рядом с ней были Херихор, Агенор, Рамсес и Джабари. Баахир и Дельфия пришли проводить их.

Дельфия подошла к Айе и взяла её за руки.

— Спасибо, — сказала она. — За всё. За то, что спасла меня. За то, что научила быть жрицей. За то, что стала сестрой.

Айя улыбнулась.

— Ты и есть моя сестра, — ответила она. — Бастет связала нас. Это навсегда.

Они обнялись. Дельфия плакала — тихо, но не пряча слёз.

Ненофер подошла к Айе. Она больше не смотрела на неё с настороженностью. Только с уважением.

— Я была неправа, — сказала она. — Спасибо за моего сына. Знай: у тебя есть союзники. Всегда.

— Я сделала то, что должна была, — ответила Айя.

Ненофер кивнула и обняла её — коротко, но искренне.

Царь Идас вышел на причал, опираясь на палку. Он выглядел лучше, чем в первый день, но всё ещё был слаб. Рядом с ним стояла Мелия — нимфа. Она пришла проводить гостей и улыбалась.

Корабли Бастет стояли у причала. Шесть золотых ладей, готовых к отплытию. Бэл и Дирел уже были на борту — они проверяли запасы и отдавали распоряжения невидимым котикам.

Рамсес подошёл к Айе.

— Ты готова? — спросил он.

— Готова, — ответила она.

Они стояли рядом, но не смотрели друг на друга. Смотрели на море.

— Ты вернёшься в Аварис? — спросила Айя.

— Да, — ответил Рамсес.

— А храм в Абидосе?

— Он не убежит. Я вернусь туда, когда придёт время.

Айя кивнула.

— А ты? — спросил Рамсес. — Куда ты?

— В Бубастис, — ответила она. — К деду. К храму. К жизни, которую я выбрала.

Рамсес помолчал.

— Я буду приезжать, — сказал он. — В Бубастис. На праздники. И не только.

Айя посмотрела на него.

— Зачем?

— Ты знаешь.

Она не ответила. Но и не отвернулась.

На борт поднялись все: Айя, Херихор, Агенор, Рамсес, Джабари. Ненофер с семьёй осталась на Крите — она хотела побыть с сыном и невесткой. Исида с Небу тоже остались — их медики были нужны на острове.

Корабли отчалили.

Айя стояла на носу флагмана. Ветер трепал её волосы. Она смотрела на Крит, который медленно уменьшался за кормой.

Агенор подошёл и встал рядом.

— Грустишь? — спросил он.

— Немного, — ответила Айя. — Но это хорошая грусть.

— Мы вернёмся, — сказал он.

— Знаю.

Он взял её за руку. Она не отстранилась. Но и не сжала его пальцы в ответ.

Рамсес стоял на другом конце палубы. Он видел их. Он видел, как Агенор держит её за руку.

Он не отвернулся.

Путь в Египет занял меньше времени, чем в Крит. Ветер был попутным, море спокойным. Бастет сопровождала их — периодически исчезала и появлялась вновь, словно проверяла, всё ли в порядке.

На шестой день показались берега Египта.

Сначала — тонкая полоска. Потом — дельта. Потом — знакомые очертания берегов.

Айя стояла на носу и смотрела вперёд. Она возвращалась домой.

Первым на пути был Аварис.

Флагманский корабль Бастет подошёл к причалу. Бастет стояла возле трапа и держала два больших ларца. Рамсес понял, что его выпроваживают с корабля.

Бастет протянула ему ларцы.

— Это подарки от Посейдона, — сказала она. — Один ларец для твоей матери, второй для жены.

Айя стояла с нечитаемым лицом. В глазах Агенора была усмешка. Рамсес не стал спорить. Молча взял ларцы. Развернувшись, поблагодарил Бастет за участие, сухо попрощался со всеми и сошёл на берег.

Сердце Айи почему-то тоскливо сжалось. Но она не подала вида.

— Могу я сойти на берег в Бубастисе? — спросила она Бастет.

— Конечно, — улыбнулась та.

Агенор стоял слева. Ему тоже надо было в Бубастис.

Айя сошла на берег первой. На руки её никто не ловил.

За ней — Херихор. Потом — Агенор. Потом — Джабари.

На причале их ждали. Фараон Сети I стоял в окружении охраны. Он смотрел на дочь, и в его глазах была гордость.

— Отец, — в один голос сказали Айя и Джабари.

— А где Рамсес? — спросил фараон.

— Он вернулся в Аварис, — ответила Айя.

Она подошла и обняла отца.

— Наслышан о ваших подвигах, — сказал Сети. — Расскажете подробно?

— Конечно расскажем, — ответила Айя.

Фараон перевёл взгляд на Херихора.

— Старый друг, — сказал он. — Приветствую тебя.

Херихор поздоровался, улыбаясь.