— С тобой потом разберусь.

И вышел.

Дельфия выдохнула. Её сердце колотилось, но она сдержалась. Она сделала то, что должна была.

Первый акт пьесы был сыгран.

Баахир вернулся на корабль до восхода солнца.

— Рамсес и Джабари, вы остаётесь на корабле, — сказала Айя. — Мы выдвигаемся.

— Нет уж, — сказал Рамсес. — Я с вами. И это не обсуждается.

— Я тоже, — добавил Джабари.

Айя вздохнула, но спорить не стала.

— Агенор, у нас есть ещё средства защиты?

— Есть.

— Доставай.

Агенор достал из сумки два чокера из фиолетового золота.

— Возьмите и наденьте на шею, — сказал он.

— Что это такое? И что за металл? — спросил Рамсес, разглядывая чокер.

— Это фиолетовое золото, — ответил Агенор. — И ваш оберег. Он наполнен магией Бастет.

— Разве существует фиолетовое золото? — Рамсес поднял бровь.

— Секрет его изготовления знают только я и боги, — усмехнулся Агенор.

Рамсес застегнул чокер на шее и с уважением посмотрел на ювелира.

«Этот парень знает себе цену, — подумал он. — Серьёзный соперник, хоть и ювелир. Он маг, и это всё усложняет. Да, с Айей они одной стихии... Но, как политик, он знал: одинаковые по способностям люди не могут существовать долго вместе. Если две звезды горят ярко, они не светят друг другу — они слепят друг друга».

Он перевёл взгляд на Айю.

«Я подожду. И если будет хоть один шанс на миллион — я заберу её. Она влюблена в Агенора, я это вижу, даже если она сама ещё не осознаёт. Но я не сдамся. Иначе какой из меня Великий фараон Египта?»

С первыми лучами солнца Айя, Агенор, Херихор, Баахир, Рамсес и Джабари стояли на главной улице города богов. Жрецы были в доспехах Бастет — живых, дышащих, с львиными головами и алмазными когтями. Рамсес и Джабари были в защитных прозрачных коконах — они видели и слышали всё, но были недосягаемы для гнева богов.

Айя шагнула вперёд. В её руке появился шар — прозрачный, переливающийся, похожий на хрустальный. Она с размаху бросила его на землю.

Шар разлетелся с громким хрустальным звоном и эхом.

Тишина. Даже вода в фонтанах перестала журчать. Казалось, весь город затаил дыхание.

Айя подняла голову, и из её горла вышел рык. Низкий, нечеловеческий голос возвестил:

— Я Айя, принцесса Египта и Верховная жрица Богини Бастет. Я говорю и действую от имени своей богини. Моими устами говорит сама Бастет! Я пришла за своей жрицей. Требую вернуть мне царевну Крита!

Жрецы и Рамсес с Джабари повернули головы к Айе.

«О чём это она?» — подумал каждый из них.

Внезапно перед Айей возникла Исида — в синем струящемся платье, с водопадом блестящих чёрных волос, с бездонными синими глазами, в которых не было ни капли тепла.

— Почему жрецы Бастет явились в мой дом в образе Сехмет? — спросила она, и голос её был холоден, как лёд. — Это объявление войны? В моём доме нет жриц Бастет. Здесь только мои гости и мои рабы.

— Ты похитила внучку Посейдона, — ответила Айя, не отводя взгляда. — Дочь царя Крита Идаса, потомка легендарного Миноса, и морской нимфы Мелии — царевну Дельфию. Ты украла её, потому что её отец отказался принимать твой культ. На Крите поклоняются Великой Богине-Матери Гее. Ты скрыла Дельфию от неё. Нимфа Мелия, оплакивая дочь, перестала наполнять реки и колодцы Крита водой. Теперь там засуха и голод. Люди умирают. Но тебя такие мелочи не волнуют, правда, Исида?

Рамсес смотрел на Айю с изумлением. Она говорила с Исидой как равная. Он боялся за неё и не мог отвести взгляд.

— Ты думаешь, что можешь просто так прийти в мой город, мой дом и обвинять меня? — усмехнулась Исида. — Ты забываешься. Здесь не твой кошачий Бубастис. Ты что, бессмертная, жрица Айя?

— Я Верховная жрица, — твёрдо ответила Айя. — Моими устами говорит Бастет.

— Что же она сама не явилась? — прищурилась Исида. — Прислала своих жрецов?

— Ты хочешь войны, Исида?

— Ты мне угрожаешь?

— Я говорю от имени Бастет.

— Ты знаешь, что в результате войны погибнут боги, — сказала Айя. — Ты готова принести их в жертву? Верни жрицу Бастет — царевну Дельфию — мне. И сохрани жизни богам и людям.

Вокруг них начали собираться боги. Вперёд вышел бог луны Хонсу. Его лицо было бледным, глаза горели холодным светом.

— Исида, — сказал он. — Ты предлагаешь мне взойти на небе в красном свете и оповестить мир о начале войны богов?

— Нет, Хонсу, — ответила Исида. — Я не предлагаю.

Она перевела взгляд на Айю.

— С каких это пор Дельфия стала адептом Бастет?

Вперёд шагнул Баахир.

— Со вчерашнего дня, Исида, — прорычал он. — Не ты одна умная. Я требую вернуть мне мою невесту.

— Моя рабыня уже стала твоей невестой? — усмехнулась Исида.

— Ты забыла о своём изначальном предназначении, — теперь прорычала уже Айя. — Вместо хранителя наследия золотых драконов ты стала узурпатором власти. Но это не будет вечно. Если ты не вернёшь похищенную царевну — от твоего города камня на камне не останется. Только в легендах люди будут вспоминать, что здесь был Пунт. Не испытывай моё терпение, богиня-функция Исида. Ибо гнев мой будет ужасен.

Исида смотрела на неё долгим, ледяным взглядом.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Я отдам тебе Дельфию. Я не собираюсь начинать войну из-за девчонки, в отличие от тебя.

Она исчезла.

Через несколько мгновений она появилась снова. Рядом с ней стояла Дельфия — бледная, испуганная, без ожерелья.

С Баахира исчезли доспехи — он снял их, чтобы не пугать Дельфию.

— Дельфия! — воскликнул он и рванул к ней.

В тот же миг из руки Исиды вылетел огненный шар.

Он летел прямо в Баахира.

Но между шаром и ним молнией очутилась Айя. Она закрыла собой Баахира и приняла удар магии Исиды на себя.

Айя отбила шар, сотканный из магии Исиды, правой рукой. Шар полетел обратно, вошёл в грудь Исиды и исчез там.