Жаров весь сжался. Испугался, видимо, что за эту чёртову пиццу нас теперь ещё и оштрафуют. Но я-то прекрасно понимал, что мы ничего не нарушили. Законы — точно нет. А вот внутренний распорядок клиники сегодня трещал по швам. Курица, ошибка в назначениях пациенту, доставка пиццы в больничный участок. Скажем так, сегодня медперсонал немного «похулиганил».

— Да, мы заказывали. А какое это отношение имеет к вашему визиту? — поинтересовался я.

Вряд ли полиция подрабатывает в доставке.

Патрульный Хлыстов сурово посмотрел мне в глаза… а затем звонко рассмеялся.

— Ну тогда принимайте заказ! — обнажив зубы, улыбнулся он. — Только с ним в комплекте ещё два алкаша идут!

Он отошёл в сторону, и мы с Жаровым увидели, что на скамье позади полицейского сидят два человека. Слева — парень в лёгкой куртке, у него на коленях коробки с пиццей, а на них — мотоциклетный шлем. Видимо, это и есть курьер, которого мы ждали. Справа от него чумазый мужичок лет сорока, в поношенной спортивной форме. Взгляд у него агрессивный, спутанный. Будто вот-вот на нас бросится.

И запах… Запах странный. Даже не могу с ходу понять, что это такое.

— Гражданин патрульный, — взмолился курьер. — Клянусь вам, не пил я! Это всё он, зараза!

— Ща я тебе за заразу-то так по морде вмажу! — рявкнул на курьера второй пациент.

— Так, а ну тихо! — прикрикнул на них Хлыстов и угрожающе потянулся к в своей дубинке. Очевидно, применять он её не собирался. Просто хотел немного припугнуть «бойцов» и предотвратить драку. — Расшумелись!

— Так вы на освидетельствование их привезли? — с облегчением выдохнул Жаров.

— А зачем мне ещё в вашу больницу посреди ночи приезжать? — усмехнулся Хлыстов. — Чего вы, товарищи доктора, так напряглись? — он перешёл на шёпот. — Неужто сами тут что-то нарушаете? Отпраздновать ещё не успели?

— Мы празднуем трезво, — сухо ответил я, а затем отдал команду медсестре. — Готовьте алкотестер. Будем продувать обоих.

— Чем продувать? Как… продувать? — запаниковал курьер. — Я не могу продуваться, меня уволят! Заказы новые поступают. Господа, пожалуйста, отпустите. Я же не виноват, что этот…

— Цыц, — прервал его патрульный, а затем похлопал Жарова по плечу. — Да успокойтесь вы, Андрей Александрович. Я же просто пошутил над вами. Ну чего как в первый раз-то? Знаете же меня уже, — он перевёл взгляд на меня. Ситуация оказалась не срочная, поэтому у нас, к моему сожалению, было время поболтать, пока медсестра готовила алкотестер. — А вот вас, доктор… Астахов, — он прочёл надпись на бейдже, — я ещё ни разу не встречал.

— Это к лучшему, — улыбнулся я. — Надеюсь, что вы никогда не попадёте к врачу с моей специальностью. Вы лучше расскажите, что случилось? Продуть-то мы их продуем. И все тесты необходимые я проведу, на этот счёт не переживайте. Но мне не помешало бы понять, а что вообще произошло с этой парочкой? Хотя бы анамнез заболевания собрать.

— Можно… Можно я расскажу? — поднял руку курьер.

— Ну давай уже, выкладывай, — сдался патрульный. — Хоть не только мне на уши приседать будешь. У меня-то терпения нет эти бредни слушать. Может, хоть доктор окажется покрепче, чем я.

— Клянусь вам, я не пил. Вы сами всё скоро поймёте, — принялся разъяснять курьер. — Я ехал на своём мопеде, правил не нарушал, скорость не превышал… И тут на меня выскочил этот! — он указал пальцем на второго пациента, а затем отодвинулся в сторону, чтобы не получить по лицу. — Он выскочил на дорогу, набросился на меня. Пытался пиццу отобрать. Никак у меня не получалось от него скрыться!

— Да не помню я такого, — поморщился обвиняемый. — Я вообще не собирался из дома выходить.

— Конечно не помнишь, — обиженно хмыкнул курьер. — Потому что трезветь начал, скотина эдакая!

— Как ты меня назвал⁈ — вновь всполошился чумазый мужчина.

— Стоп! — на этот раз начавшуюся драку прервал я. — Если ещё раз броситесь друг на друга — выбора у вас будет только два. Либо поедете с патрульным пятнадцать суток отсиживать, либо я отправлю вас в Саратов.

— Зачем… в Саратов? — заикнулся курьер.

— А у нас вытрезвителя своего нет. Сразу в психушку поедете. Может, это вас буянить отучит, господа, — пожал плечами я.

Алкотестер, как назло, всё не запускался. Я решил не тратить время попусту и обследовал пациентов с помощью нейроинтерфейса. Хоть какую-то информацию получу. Возможно, смогу сделать предварительные выводы.

/Объект 1 (курьер): пульс 120, зрачки в норме. Признаки острой паники/

/Объект 2 (нападавший): пульс 150, зрачки расширены. Координация нарушена. Специфический запах. Внимание! Запах не совпадает с характеристиками продуктов распада алкоголя/

А вот это уже интересно… Что-то мне везёт в последнее время на любопытные случаи. Всего час назад пациента с гипогликемией чуть не заклеймили психом, а теперь передо мной двое, очевидно, опьянённых человека, но ни у одного из них нет признаков алкогольного отравления.

— Алкотестер готов, Алексей Сергеевич, — позвала меня медсестра. — Простите, барахлит сегодня. Скоро заменить должны.

— Андрей Александрович, вы пока одному давление померьте, а я вторым займусь, — попросил Жарова я. — Потом поменяемся.

Так и поступили. Пока я «продувал» курьера и подвергал его страшным мукам через тесты на координацию, равновесие, внимание и прочие «ребусы», которыми пытают пьяных людей, Жаров проводил стандартный терапевтический осмотр второго пациента.

Вскоре мы поменялись, и оба пришли к одному и тому же выводу.

— Оба трезвые, лейтенант, — чуть ли не хором заключили мы.

— Чего? — вскинул брови он. — А вы точно в этом уверены? Первый петлял по дороге как сумасшедший. Чуть с мопеда не рухнул, на красный свет проехал. А второй его догонял, даже на меня броситься думал. Хотите сказать, это они на ТРЕЗВУЮ голову такое натворили⁈

— Не совсем, — помотал головой я. До меня уже дошло, что на самом деле случилось с этой парочкой. — Водитель мопеда пережил сильный стресс из-за нападения. Тут уж смотрите сами: штрафовать его или нет — решает закон. И его представляете вы. Но я, как врач, заключаю, что ему был нанесён психологический вред. Другими словами, парня просто напугали. И очень сильно.

— А ваш алкотестер точно не барахлит? — нахмурился Хлыстов. — Что-то уж больно долго он включался.

— Точно-точно, — кивнул я. — Если что — в приёмном отделении стоят камеры. И полиция, и пациенты и врачи всегда могут оспорить процесс освидетельствования. Нам нет резона лгать.

— Хорошо, допустим, — согласился патрульный. — А со вторым что? Этот от меня точно так просто не отделается. Я его запру. Но честно, господа, не могу поверить, что он трезв. Если бы я не слышал отзывы об Андрее Александровиче, то решил бы, что вы меня обманываете.

— Поверьте, — вступился Жаров. — Алексей Сергеевич куда более опытный специалист, чем я. Он никогда не допускает ошибок.

— Фамилию назовите, — я тем временем обратился к нападавшему, чтобы заполнить протокол. Он уже весь позеленел. Мужчину сильно мутило после проведённых мной тестов. Однако с каждой минутой его сознание становилось всё яснее.

— Захарьин… Э-э-э… — потёр виски. — Николай Константинович.

— Николай Константинович, можете объяснить, что с вами сегодня случилось? — спросил я. — Почему напали на курьера?

— Если бы я знал, доктор, уже давно бы сознался, — прохрипел он. — Я рассчитывал, что вы мне объясните…

— А я объясню. Мне известно, что с вами случилось. Просто хотел проверить вашу память. Подскажите, кем вы работаете? — уточнил я.

— Автослесарем.

— Сегодня были на работе? — поинтересовался я.

— Нет, но… С машиной своей возился почти весь день. Жара ещё такая… Не знаю, может, перегрелся?

Тогда всё сходится. Только дело не в жаре.

— Лейтенант, — я обратился к Хлыстову. — Пациента Захарьина вы, к сожалению, забрать не сможете. Мне придётся его госпитализировать.

— Как⁈ — оторопел патрульный. — Мне его ещё оформить надо!