Встретившись со мной взглядом, он улыбнулся, и улыбка эта напоминала оскал безумца. Разве может улыбаться тот, кого бьют? Вот Зверь мог. После каждого удара его тело напрягалось, а под кожей обозначались литые мышцы.

– Прекратите. Ему же больно, – выдохнула я, поражаясь, до чего же тяжело дается каждый звук. Горло саднило как после долгого крика.

– Неужели? А мне казалось, что эта тварь делает больно тебе и Ренделу.

Даркинфольд наконец-то оставил Зверя в покое, и тот повис на цепях, вбитых в потолок. Магической клетки больше не было, лишь металлические путы да светящийся контур на полу.

Бесполезный контур.

– Осторожнее!

Мое предупреждение захлебнулось испуганным криком, потому что беспамятство Зверя было ложным. Дождавшись, когда Даркинфольд повернется к нему спиной, он вдруг вскинул голову, и черные вихри тьмы, окружавшие лорда Рендела во сне, вырвались из-под пола. Один из вихрей обездвижил Даркинфольда, а другой раскрутился и ударил в грудь, выбив разом весь воздух из легких менталиста. Его рот раскрылся в беззвучном вопле, лицо смертельно побледнело.

– Прекратить! Это приказ!

Приподнявшись, я увидела лорда Рендела, парящего под потолком. Архимаг призвал воздушную стихию и теперь едва сдерживал смерч, стремительно раскручивающийся на ладони. Это была обычная, чуть сероватая воронка, так похожая на природное явление, но я чувствовала, что, пожелай того лорд Рендел, его смерч стал бы темным.

– Как прикажете, хозяин.

Зверь одним движением разорвал цепи, освободив руки, а потом отшвырнул Даркинфольда. Маг тяжело ударился о пол далеко за пределами светящегося круга. Медленно, с поистине звериной грацией фамильяр приблизился к лежащему на спине мужчине, демонстративно переступил через бесполезный контур, и в абсолютной тишине раздалось тихое:

– Тронешь еще раз – убью.

Затем Зверь вернулся обратно в круг, вскинул руки, и цепи снова оплели его запястья.

– Так достаточно, хозяин? Или мне следует распять себя в воздухе?

– Прекращай паясничать. Прибереги иллюзию послушания для тех, кто прибудет проверить надежность твоего узилища.

– Вы собирались кое-что прояснить… Хозяин, – с откровенной издевкой произнес Зверь.

Лорд Рендел кивнул и повернулся к Даркинфольду.

– Подозреваю, ты обнаружил меня и Даниэллу во время нашего с ней перемещения в Нижний мир.

– Вас? Скорее я обнаружил два трупа.

– Но сделал неверные выводы. Это не Зверь перенес меня, а Кар-Шан. Император слабеет быстрее, чем мы думали.

– Простите! – Я вскинула руку по привычке, как задала бы вопрос на лекции. – Но при чем здесь император Кар-Шана?

Я обращалась к лорду Ренделу, но ответ пришел от Даркинфольда:

– Этот мир уже списал своего хранителя и находится в активном поиске нового. Он настолько жаждет заполучить нашего архимага, что скорее добьет, чем отпустит. – Обычно невозмутимый, менталист выглядел встревоженным. – Рендел, я настаиваю, тебе следует вернуться в Арриотэ. Или хотя бы сообщи матери, она должна знать, что с тобой происходит!

– Все в порядке. Ситуация под контролем.

– Да уж заметно! Сегодня твою проекцию утянуло в Нижний мир, а завтра Кар-Шан умыкнет тебя самого!

– Еще неделю назад я бы с тобой согласился. Но теперь кое-что изменилось… – Архимаг посмотрел на Зверя.

Тот, видимо, устал изображать пленника, снова сбросил цепи, наколдовал себе диван и с наслаждением на нем растянулся. И смотрел он при этом на меня. Зверь узнал во мне фамильяра и не скрывал интереса. А мне внезапно захотелось спрятаться за спиной лорда Рендела, чтобы больше не чувствовать напряженного взгляда, скользящего по мне, не замечать глубокого дыхания и раздувающихся крыльев носа – фамильяр явно принюхивался. Несмотря на антропоморфный облик, в нем было больше от зверя, чем от человека. Зверь прекрасно знал, что я видела момент из его прошлого, когда он был предан возлюбленной. И это его злило. Неимоверно злило.

– Рендел, безумие – довериться этому существу! – Поднявшийся Даркинфольд теперь стоял рядом с архимагом и сжимал трость, готовый в любой момент активировать жезл мага.

Эмпат чувствовал эмоции фамильяра. Я поняла это по удивленному прищуру серых глаз, по быстрому взгляду, обращенному на меня. Если я могла лишь догадываться об эмоциях Зверя, рассматривающего меня, то Даркинфольд знал точно, что тот испытывал.

– Прошу, прояви благоразумие. Что бы Зверь ни пообещал, он предаст при первой возможности. Тебе не под силу удержать его в Руинах.

– Скажешь ему? Или ты не настолько доверяешь своему другу? – лениво усмехнулся Зверь и обернулся черным барсом.

Лениво, красуясь, он приблизился к архимагу и потерся о его бок, а потом повернулся ко мне и громко фыркнул. Некоторое время лорд Рендел молча рассматривал стоящего перед ним барса, а потом положил ладонь ему на голову.

– Зверь – не просто существо, заточенное под академией Кар-Града, это фамильяр рода Аратейр. Мой боевой фамильяр.

Ни я, ни саур Ярмарка-Града не были повинны в пробуждении Зверя. Его невольно разбудил сам лорд Рендел, когда обновлял купол над академией. За ту пару секунд, что Руины находились без магической защиты, пленник почувствовал магию родного мира и пробудился, а его магическая клетка начала разрушаться. Лорд Рендел намеревался сообщить о происшествии в Совет Магов и уже практически отправил сообщение Антее, как вмешался саур и перенес меня в Руины.

Архимаг был вынужден спуститься в подземелье, чтобы спасти меня, и тогда Зверь с ним заговорил и напомнил, кем он был для семьи Аратейр, когда представители этого рода занимали трон Кар-Шана. Знал Зверь и о древней магии, пробуждающейся в крови архимага, и о ее разрушительном влиянии. И тогда мужчины заключили соглашение: теперь Зверь помогал лорду Ренделу с подчинением родовых способностей, архимаг взял его под свою защиту как личного фамильяра.

– Личный фамильяр? Повторюсь, ты сбрендил! Совет Магов никогда не примет настолько жалкое оправдание.

– Я и не собираюсь оправдываться. Когда наступит время, я отвечу перед Антеей.

Невозмутимый тон лорда Рендела заставил меня вздрогнуть. Он с таким спокойствием говорил о том, что по сути являлось предательством. Зверь был пленником Содружества, его изоляция считалась приоритетной задачей, которую архимаг был обязан обеспечить как ректор академии Кар-Града. Лорд Рендел был не вправе единолично решать судьбу этого фамильяра!

– Твоя кошечка тебя не одобряет, – едко произнес Даркинфольд.

Проницательный взгляд менталиста подмечал малейшие оттенки эмоций на моем лице.

– Да… считаю, что вы не правы, – глухо выдавила я из себя.

Впервые в жизни я была не согласна с лордом Ренделом и сейчас находилась в полнейшей растерянности.

– Держись, Рендел, – коротко хохотнул менталист. – Малышка наделила тебя титулом «Лорд безупречность» и теперь изведет нытьем из-за того, что ты надумал попрать идею всеобщего блага ради личной цели.

– Прекратите! Да что вы знаете о моих чувствах? Что вы вообще о них знаете? Вы настолько привыкли ощущать чужие эмоции, что относитесь к ним как к модному аксессуару, который не грех обсудить, осудить! Рендел!.. – Я осеклась. – Простите, лорд Рендел.

– Рендел, – с нажимом произнес архимаг. – Пора нам отложить все формальности.

– Я… Я постараюсь, Рендел, – еле слышно ответила я и повернулась к Даркинфольду. – Вместо того чтобы насмехаться, предложили бы выход из сложившейся ситуации. Рендел вынужден заключить соглашение со Зверем, потому что ему больше не к кому обратиться…

– Нет, милая моя, он сделал это ради тебя. Наш благородный друг хочет быть во всеоружии для того, чтобы защитить свою чересчур любопытную кошечку.

– Но зачем меня нужно защищать? Никто в Кар-Шане и не подозревает о нашей помолвке.

– Это ненадолго. Леди Тиранда сообщила мне, что император в скором времени призовет Рендела во дворец. Он будет вынужден взять тебя с собой.