Крылов сложил руки на столе и окинул всех внимательным взглядом.

— Я вас слушаю, — тихо произнёс он. — Как я понял, у вас что-то действительно срочное, раз вы попросили о личной встрече вместо стандартного рапорта.

— Всё так, товарищ генерал, — Алексей Монов, как командир отряда, взял слово первым.

Дружинин молча наблюдал: и за ним, и за реакцией Крылова. Годы работы куратором научили его читать людей не хуже, чем книги.

— Наш отряд постоянно участвует в закрытии разломов. За последний месяц мы работали на семнадцати объектах разной сложности. И мы заметили одну тревожную тенденцию, — продолжил Алексей.

Крылов чуть кивнул, показывая, что слушает.

— За последнюю неделю мы закрывали разломы B и C классов. Но фактическая сложность операций была такой, словно это были A и B соответственно, — сообщил командир отряда.

— Поясните, — генерал слегка нахмурился.

— Возросло количество особей внутри разломов. Увеличилась их агрессивность и, что важнее, организованность. А в последнем разломе C-класса, куда мы отправлялись на практику со студентами из Академии Петра Великого, и вовсе было две Альфы.

В кабинете повисла тишина. Крылов медленно откинулся на спинку кресла.

— Две Альфы, — скептически повторил он. — Вы уверены, что не ошиблись?

— Никак нет, товарищ генерал. Альфы было две. Мы убили обеих.

Дружинин уловил, как пальцы Крылова едва заметно дрогнули. За годы службы он видел генерала в разных ситуациях, но такую реакцию — впервые.

Генерал умел контролировать эмоции, но эта новость его явно встревожила.

— В разломах не бывает двух Альф, — медленно произнёс Крылов. — Это противоречит всем нашим данным за последние триста лет.

— Именно поэтому мы здесь, — кивнул Алексей. — У нас есть теория. Точнее, теорию выдвинул Афанасьев Глеб, но мы её разделяем.

— Слушаю.

— Скорее всего, изначально в разломе была одна Альфа. А вторая особь была обычным существом либо A, либо B ранга — судя по размерам и способностям. Но за то время, пока разлом оставался открытым, она выросла и стала сильнее. Отъелась на местной дичи. Сибирская тайга — не самое бедное место. Лоси, медведи, волки. Тварь питалась, развивалась и в какой-то момент эволюционировала в Альфу.

— Это меняет все наши протоколы реагирования. Судя по вашим сведениям, разломы становятся гораздо опаснее. Аналитики тоже заметили подобную тенденцию, здесь ваши наблюдения верны. Но наличие двух Альф говорит о том, что теперь ожидать от разломов можно чего угодно, — Крылов потёр переносицу.

— Есть ещё кое-что, — Алексей переглянулся с Дружининым. — Мы наблюдали скоординированную тактику тварей.

— Хотите сказать, что они ещё и умнее стали?

— Именно так, товарищ генерал. Они заманили нас в ловушку. Одна Альфа похитила члена нашей группы и использовала его как приманку. Когда мы спустились за ним в горную шахту, вторая Альфа атаковала сверху. Твари решили взять нас в клещи.

Станислав кашлянул. И вступил в разговор:

— Я бы добавил, товарищ генерал. Когда первый план провалился, оставшаяся Альфа не отступила. Она собрала всех уцелевших тварей — а это больше пятидесяти особей разных рангов — и повела их в скоординированную атаку. Выстроила их, распределила по направлениям. Это было похоже на военную операцию.

Крылов молчал, переваривая информацию.

— Признаюсь честно, — сказал Алексей, — этот разлом было закрывать сложнее, чем все предыдущие A-ранговые разломы за последний месяц вместе взятые.

— Я вас понял, — Крылов кивнул. — Информация тревожная. Но этим займутся учёные и аналитики. Если действительно происходит что-то системное, они найдут закономерность. И придумают оптимальное решение проблемы. А я за этим прослежу.

— Благодарю, товарищ генерал. Также в ходе операции было сделано важное открытие, — продолжил Алексей. — Для закрытия разлома достаточно убить Альфу. И всё.

— Поясните, — голос генерала стал жёстче.

— Обычно мы ждём, пока из разлома выйдут рядовые твари. Убиваем их, и только потом, в самом конце, появляется Альфа. Из-за этого сложилось мнение, что нужно зачистить всех. Но в этот раз… — Алексей сделал глубокий вдох. — Когда мы убили Альфу, разлом закрылся. Схлопнулся сам по себе. При этом снаружи оставалось ещё шесть недобитых особей. Они оказались заперты в нашем мире.

— Вы хотите сказать… — Крылов подался вперёд.

— Альфа — это якорь. Она держит разлом открытым. Убей её, и портал закроется, независимо от того, сколько тварей осталось внутри или снаружи. Однако снаружи она выходит всегда последней.

В кабинете повисла тишина. Дружинин наблюдал за генералом. Тот явно понимал значение этой информации.

Теперь вся стратегия борьбы с разломами должна измениться. И приоритет уничтожения в первую очередь должен отдаваться Альфе.

— Если это подтвердится, — медленно произнёс Дружинин, — то рейды в разломы за Альфой могут стать основной тактикой вместо выжидания. Хотя риски высоки.

Крылов задумался на пару мгновений и продолжил:

— Я подумаю над этим. Нужны дополнительные данные, эксперименты на других разломах. Но направление перспективное. Благодарю за информацию.

— Это ещё не всё, товарищ генерал.

Крылов нахмурился. Видимо, не ожидал такого количества новостей за одну встречу.

— Слушаю.

— Я внимательно наблюдал за Афанасьевым Глебом во время операции. Ведь я работал с Василием Осиповичем Громовым больше пятнадцати лет и досконально знаю его способности. Афанасьев унаследовал его Дар. Но то, как он его использует… — Алексей подбирал слова. — Некоторые навыки уже даются ему лучше, чем Громову. Значительно лучше.

— Например? — Крылов чуть прищурился.

— Сканирование местности. Василий Осипович мог чувствовать тварей в радиусе километра, может, полтора. Афанасьев уже сейчас сканирует примерно на четыре километра.

— Громов мог держать открытыми два, максимум три портала одновременно, — продолжил Дружинин, подхватывая разговор. — Афанасьев в бою использовал четыре-пять, причём некоторые размером в несколько метров. Один из них был достаточно большим, чтобы пропустить Альфу целиком.

— А слабые стороны? — уточнил генерал.

— Пространственные разрезы. Здесь он пока уступает Громову. Меньше мощность, меньше дальность. Но учитывая скорость прогресса… — Алексей задумался. — Скорее всего, через месяц-два он превзойдёт Василия Осиповича во всём.

— Это хорошие новости. Нашей стране нужны сильные маги, — Крылов откинулся на спинку кресла.

— Да, товарищ генерал. Но меня смущает одно обстоятельство. Ведь раньше подобного не происходило. Даже с S-ранговыми Дарами. Обычно новый носитель начинает с нуля. Ему требуются годы, чтобы освоить способности предшественника. А Афанасьев словно получил часть опыта вместе с Даром.

— Случай Афанасьева уникален, — Крылов кивнул. — Его изучали в нашем исследовательском центре в Санкт-Петербурге. И мы до сих пор не понимаем, как Пустой вообще смог принять Дар.

— И выжить, — добавил Станислав. — Это тоже важно.

— И выжить, — согласился генерал. — Поверьте, если мы найдём способ воспроизвести этот феномен, применить его к другим… Это изменит всё.

— Мне кажется, — продолжил Дружинин, — что изучив его, мы сможем понять гораздо больше. Не только о пространственной магии. О том, как вообще работают Дары. Откуда они берутся. Почему выбирают одних и отвергают других.

— И, возможно, как появилась магия разломов на нашей Земле, — добавил Крылов.

— Именно так, товарищ генерал.

В кабинете на пару секунд повисла неловкая пауза. Дружинин мысленно отметил, что Алексей ничего не сказал о других студентах. Значит, пока он удовлетворён увиденным и считает, что они и правда могут сражаться наравне в одном отряде с Афанасьевым. Пока.

— На этом у нас всё, — сообщил Алексей. — Благодарим за уделённое время.

— Хорошо. Можете быть свободны.

Ирина, Алексей и Станислав поднялись. Дружинин остался сидеть.