Вообще-то примерно так я себе это и представлял. Город-поезд или как-то так. Но здесь больше похоже на гуляющую надстройку, меняющую свой нижний этаж, путешествуя по Монорельсу.

— Ого, это что, солнечные панели? — удивился Тео.

Мы посмотрели на него. Солнечные с равнодушием, я — с интересом.

— Что не так? — насторожилась Ганц.

— Ну, круто же, — немного растерялся пиротехник. — А мы всё на мельницах, ветер гоняем… верней, механисты гоняют.

— Такие есть даже у черни, — отмахнулся Ганц. — Насколько же вы отстаёте там в развитии?

— Вашими стараниями, — ответил Тео. — Орден как раз самый продвинутый в технике.

— Откуда у вас все эти технологии? — задумался я. — Прости, но общество солнечных не выглядит, как раса великих изобретателей. У вас же здесь повсюду физический рабский труд. Даже у механистов часть работ выполняют машины.

— Долгая история, — отмахнулся Ганц.

— У нас много времени, — настоял я. — До прибытия столицы ещё пол дня и ночь впереди. Предлагаю устроить себе небольшой отдых. Эдельвейс, здесь есть еда?

— Полно. В доме запасов на год вперёд. В подвале морозильные камеры, полные мяса, и темпо-капсула с овощами…

— Темпо-капсула? — я ещё сильнее удивился.

— Да, искажает время при запирании механизма. В ней можно что угодно без порчи хранить столетия. Мы пару таких затрофеили в прошлой войне.

— Обычная вещь… — Ганц неуютно поёрзал на месте.

— Давай, скажи, что такие даже у черни есть, — присоединился Тео.

— Значит, устроим себе вечер сказок, — принял решение я. — Лина, тащи всё съестное, что здесь есть. И ныряй к нам. По этой жаре лучшим решением будет как следует искупаться. Раз уж мы всё равно тут. Первыми на часах будут стоять…

— Нет нужды, — перебил меня Эдельвейс. — Я чувствую тени вокруг дома и узнаю, если кто-то приблизится.

— Отлично. В таком случае жду краткий пересказ всей истории основания Монорельса.

Что-то мне подсказывает, здесь всё не так просто. Самое время остановиться и подумать, чего добивается враг своими странными действиями. И уже завтра я получу предпоследний ключ к воспоминаниям Мерлина.

Навевает воспоминания о горячих источниках, когда нас ещё было только четверо.

Вечер мы встречали так, будто выехали на курорт, а не собирались завтра покушаться на жизнь лже-бога, которому фиг знает сколько тысяч лет.

Впрочем, во времена Мерлина его ещё не было.

На вилле нашлось всё для фруктовых коктейлей с мороженым и любой еды на выбор. Оставалось лишь приготовить и наслаждаться жизнью.

А вот истории, рассказанные чуть позже, радовали уже куда меньше.

Начать с того, что когда именно всё началось никто не знал. Просто в один момент на островах начали поклоняться богу солнца и карающего света. Вот так, ни с того ни с сего. Просветление, надо полагать.

Далее — шла примерно та же история, которую рассказывали мне во всех фракциях о своём возвышении. Она здесь была всегда одинаковой. Какая-то группа находит и овладевает каким-то островом с останками технологий древней цивилизации, затем резкий скачок в развитии, новая сила быстро захватывает новые территории и становится новой доминирующей в регионе.

Так в своё время появились механисты, овладевшие технологиями расы воронов сорамин, переселенцев с Мельхиора, прибывших сюда одними из первых ещё до того как этот мир стал летающими островами, и появилось понятие мёртвой магии пустоты.

Точно так же химерологи, хотя что именно нашёл Цех — его лидеры не распространяются. Однако суть та же — резкое расширение за счёт определённой технологии. В их случае — ряда химерологических наук, биологии и осо основ генетики.

Солнечные возвысились на технологиях неизвестной расы, использовавшей белый металл и золото. Названия этой расы были надёжно скрыты, но был ряд фактов, которые заставляли сильно призадуматься.

— Я в своё время интересовался этим вопросом, — пояснил Ганц в ответ на удивлённый взгляд Соулы. — Интересно же узнать истоки всего происходящего?

— Мне интересно знать, как выжить в этом происходящем, — фыркнула девушка.

— Вот потому ты и выживаешь всю жизнь, — хмыкнул светлый. — Так вот, я видел руины. Очень издали — туда никого кроме высших старших иерархов не пускают. Ну и архонов, конечно же. С нами их роднят только бело-золотые цвета. Так вот, изначально в тех землях, на самом верху, жили энирай.

Хель вздрогнула.

— Хочешь сказать, энирай — это остатки той расы с продвинутыми технологиями?

— У моей деревни была легенда, — подала голос Хель. — О людях, что пришли из-за бесконечного океана звёзд, чтобы изучать этот мир. Они прилетели к нам на хрустальных птицах и подарили имена, язык и знания. Но затем они ушли обратно к звёздам, и началась эра великого мрака.

— Люди? — ещё больше удивился я.

— Я о них почти ничего не знаю. Но наш язык и имена мы унаследовали от них.

— А технологии и цвета, похоже, унаследовал Монорельс, — кивнул заинтересовавшийся словами Хель Ганц. — Хотя наши технологии сильно ушли в свою сторону за тысячи лет истории. Сперва их считали артефактами богов, но по итогу всё равно разобрали, поняли принципы и сделали своё. Сейчас думаю, те пришельцы бы не узнали уже свою технику.

— А почему вы ушли вниз в легендах что-нибудь есть? — обратился я к Хель.

— По легендам, звёздные люди на хрустальных птицах не знали лжи и уважали чужую свободу. Мой народ всегда отвергал жестокость. Нам отвратительно любое насилие. Но после того, как они покинули Зехир, пришли тёмные люди. Они умели лгать и любили насилие, хотя ходили в телах, подобных звёздным посланникам. Так начались тёмные времена разделения и скитаний.

— Значит, наставники твоих далёких предков — истинные наследники Монорельса. Это было неожиданно, — признал я.

— Жаль, мне почти некому об этом рассказать, — печально улыбнулась девушка.

— Что это были за люди, Ганц?

— Скорее всего, жрецы Эхмеи. По легендам ведь именно они под его руководством нашли божественные технологии. Некоторые до сих пор никто не может разгадать. Но большинство, конечно, сильно изменилось и используется везде. Технология тех же темпо-капсул, например, реликтовая. С большим трудом мы можем их повторять, но до сих пор не понимаем, как это работает и почему.

— Что было дальше?

— Большое объединение, кланово-кастовая система во главе с Эхмеей и жречеством, войны с тёмными… много чего дальше, но тебе это ведь уже не сильно интересно? — спросил в ответ Ганц.

— В двух словах.

При всей своей грубости, Менкаура оказался очень начитанным и дотошным к деталям. Так что парой слов дело не обошлось, но он был прав — это оказалось уже не так интересно.

Монорельс регулярно расширялся, вёл наступательные войны и так далее, пока не упёрся в потолок. Сила империи Эхмеи была очень зависима от солнца — практически все технологии Монорельса работали на солнечной энергии, и чем ниже они спускались, тем более слабыми становились.

Неожиданно, именно это оказалось главной причиной поражения объединённого флота и должно было стать причиной поражения нового возникшего союза, если бы я напал.

Чем ближе к вершине, тем Монорельс сильнее, в прямом смысле слова. Во всём. Наверху даже слабый послушник получает бешеный прирост сил. Но по той же причине продолжать лёгкие завоевания почти без потерь империя не могла.

Отсюда её впоследствии миролюбивая политика пассивной религиозной экспансии и распространении веры в карающий свет, а по сути, подпитывание гибридной магии хаоса. Этот путь был долгим, и, если бы не моё появление, солнечные однажды добились бы своего. Правда, насколько оно им было бы нужно после конца света, когда наверх поднимется днище — вопрос открытый.

— А конкретно твой род? — спросил я Ганца.

— Менкаура — одни из первых жрецов из древнего рода людей в Монорельсе. Так же как Самонту у анубисатов, тар Эхмея у тари и дом Шира у тигранов и Аурус, дети Золотой пирамиды у ассари. Пять великих родов, правящих пятью высшими расами Монорельса.