— Принято, — отозвался шепот, и тень от дома стала заметно менее тёмной.

— Ну и почему снова я? — недовольно спросил Тео.

— Бери верёвку, — ответил я. — Не пойму, что тебе не так. Вес я уже скорректировал.

Пиротехник тяжело вздохнул и призвал огненные крылья.

Видоизменение сделало нас менее заметными — на этот раз притворяться чем-то конкретным не получалось, так что я просто менял способность под то, рядом с чем мы поднимались вверх.

Затем была короткая полоса пути, когда притворяться стало совсем нечем, и мы стали хорошо видны для всех любопытных. Но никаких любопытных, не намечалось. Всем было глубоко не до нас.

Так мы на двух концах длинной верёвки оказались над четвёртым этажом города.

Квартал архонов был совсем не таким, каким я ожидал его видеть. Золотые дома с величественными белыми колоннами казались заброшенными. Здания требовали ремонта, а на улицах пусть и не было мусора, валялись камни, поросшие мхом и плесенью.

Создавалось впечатление, будто здесь никто не живёт вовсе.

Но тогда кто сторожил вход?

А затем я увидел, как при нашем появлении в ближайшем окне появилась белокожая златоволосая девушка, закрывшая ставни.

— На пятый, — подтвердил я конечный пункт Тео.

Тот что-то проворчал, но я не обратил внимания. Главное, летим дальше.

Последний этаж, в котором должен располагаться первый храм, он же личные покои Эхмеи, нависал прямо над нами. С него вниз стекал ровный водопад, местная святыня и главное украшение. Далее вода текла по городу архонов и стекала дальше вниз, разделяя город на ряд сегментов.

Издали столица Солнечного Монорельса напоминала большой слоёный торт пирамидальной формы.

Белый, но заселённый едва ли на пятую часть город архонов, вызывал гнетущее впечатление. Предположил бы, что они ещё и друг дружку приносят в жертву на алтарях, но, судя по состоянию города, здесь дело было именно в длительном запустении.

Получается, они вымирают, или вроде того? На входе похоже, стояли едва ли не все оставшиеся здесь жители.

Тогда вдвое хорошо, что до столкновения пока не дошло, и Эдельвейс, как и договаривались, тянул время.

Со стороны перехода раздавались крики и звуки возни нежити. Мёртвые гибли повторно, чтобы защитить живых.

И вот, наконец, мы оказались рядом с пятым.

— Дискомёты! — предупредил Ганц.

Тео едва успел отлететь в сторону, когда мы увидели раскручивающаяся цепь со снарядом.

— Хорошо, что они такие медлительные, — заметил Тео.

— Хорошо, что я им в этом помог, — хмыкнул я.

— Над нами ещё один, но мы вне его обзора. Я видела, когда мы были выше, — вмешалась Лина.

— Значит, нас уже заметили и ждут, — нахмурился я.

— Хочешь сказать, мы идём в ловушку? — опешила Лина.

— Главное, чтобы Эхмея был там.

— Он никогда не покидает свой храм, — сообщил Ганц. — По легенде он каждый день говорит с Солнцем, чтобы оно хранило Монорельс и сдерживало наступление великого мрака… Ну, нам так говорили.

Последнее он добавил уже после, с долей смущения.

Мешающий нам дискомёт я не видел, но в том, что он там есть — нисколько не сомневался.

— Сейчас попробую его сбросить, — сказал я и коррекцией начал подтачивать камень, на котором было расположено грешное устройство.

Снижение прочности и повышение силы гравитации, расширенные коррекцией трещины — и вот под грохот камней часть острова с башенкой полетела вниз, на почти вымерший город архонов.

Мы всё ещё были вне зоны поражения второго. Но и чёрт бы с ним. О скрытности говорить уже не приходится — даже глухой бы услышал обрушение башни. Но теперь у Эхмеи если и есть путь, то только порталом.

— Ангелоиды! — предупредила Лина.

Тео спикировал на ближайший сухой участок. Не сильно глядя по сторонам, мы приготовились к обороне.

Я начал снижать стабильность гибридной магии внутри существа. Работало это как и прежде исправно, но занимало время. Потому и остальные приготовились к бою.

Здешние были совершенно не похожи на людей — по сути это были круглые белые сферы из перьев, покрытые множеством глаз, а вокруг них летали один или несколько дисков будто кольца планеты — безо-золотые ленты, покрытые множеством голубых глаз.

Сразу по приземлении Тео выпустил несколько чёрных взрывов. Затем Хель активировала волну пустоты, и попавшие под её действия ангелоиды задёргались, а свет стал мерцать. Пожирающая души магия оказалась губительной для заражённого хаосом светлого существа.

Бой занял всего несколько секунд, но заставил хорошо постараться. Если бы не возможность снижения связи стихий света с хаосом, мы бы здесь не продержались вовсе.

Наконец, появилась возможность детально оглядеть место, в котором мы оказались.

Наверху место и впрямь казалось достойным богов. Мраморные ванны с бурлящим источником, множество позолоты, широкие пространства, выстланные роскошными коврами и гобеленами. Множество картин. Основным мотивом был вереск — почти всё вокруг было пейзажами с цветочными полями и иногда, с пролядываюей отсюда белой башней.

Картины были настолько огромными, что были видны даже отсюда. Посмотреть здесь было даже слишком много на что…

Наложницы Эхмеи. Сколько их там по счёту?

Где-то около тридцати девушек, лишь на трети из которых было хотя бы подобие одежды — все как на подбор, были лучшими представительницами своих видов. Люди, архоны, девушка-орк спортивного телосложения, две поливающие друг друга тари, солнечная эльфийка, какое-то человекоподобное существо с красной шерстью и четырьмя руками…

— Да ну нафиг… — вырвалось у Тео.

— Ганц, скажи, что они не все великие воины с бешеной силой?

— Не должны, — послышался ответ. — Но тут я не уверен. Никто прежде не видел его гарем… вот так.

— Идём лучше поищем их хозяина, — хлопнул я его по плечу. — Кстати, как он отбирает в гарем, если здесь орки. Разве у вас вообще есть орки в королевстве?

— Нет, — покачал головой Ганц. — Повторюсь, никто здесь никогда не был, кроме Эхмеи.

Девушки на нас реагировали странно. Они и не думали прикрываться или бежать. Хотя и бросаться тоже не спешили. Только отходили на пару шагов при нашем приближении, давая пройти и внимательно глядя на нас.

— Ганц, что ты вообще о них знаешь?

— Тут нужна Соула, — отмахнулся он. — Это у неё тут родичи.

— Придётся пока обойтись без неё.

Пройдя до входа в исполинский храм, я успел распознать представителей всех встреченных ранее видов и даже увидел парочку незнакомых тёмных рас.

Затем, за колоннами в лишённом стен здании находилась огромная купальня для Эхмеи с наложницами, в две стороны тянулась лента коридора. Вместо стен, как и во многих домах знати в Монорельсе, использовались тропические растения. Это позволяло воздуху циркулировать по зданию активней.

Да и скрываться на вершине мира было не от кого.

Ещё два пути вели вглубь здания. Они выглядели более подозрительно — если Эхмея ещё не бежал — то готовится нас встречать где-то здесь. О нашем прибытии он уже наверняка знает.

Я решительно открыл первую дверь, на мгновение замер, фиксируя в памяти картину заполненной обнажёнными девушками душевой.

— Сюда, — сообщил Ганц, открывая вторую дверь.

За ней оказалось широкое пространство, наполненное роскошными белыми коврами из неведомых существ. Вместо стены — плотный строй растений, связанных между собой в причудливую сеть, полностью закрывающую обзор. По центру — небольшая лесенка и бассейн. Декоративный. Таких мы много видели в муниципальных зданиях солнечных.

Наверху, над головой, играла музыка. Я поднял голову и увидел в натянутом высоко над головой, под самым потолком, гамак с крупной сеткой, в котором мастерски играла бирюзововолосая сиинтри на незнакомом струнном инструменте. К счастью, не Элая, а совершенно незнакомая девушка. Она даже внимания на меня не обратила.

— Пахнет солюровой дамианой, — нахмурился Ганц.