Вопрос, который он передал через дочь, был чем-то вроде озарения. Мужчина чувствовал, что этот Олег не так прост и может являться носителем многих секретов.

Которые было бы неплохо узнать. Главное, не передавить. А то кто знает, чего от этого перерожденца ждать.

После тренировки, отужинав в школьной столовой, я задержался, и Арина проводила меня на встречу. Сама не зашла, только на дверь указала.

Внутри меня уже ждал Владимир Геннадьевич. Встретились мы с ним на последнем этаже школы, в другом крыле, и было здесь… Да уютно, я бы сказал. Не знаю, как правильно назвать это место, но крыша была стеклянная. Вдоль стен — много зелени. В центре — мягкие подушки, низкий столик между ними и чайник чая с маленькими кружками.

— Проходи, Олег, — пригласил мужчина. — Как позанимался?

— Неплохо, — ответил я

Посмотрев на то, как сидит мужчина, повторил его позу, скрестив ноги. Ну, в целом удобно. Только бы спина не затекла.

— Всего лишь неплохо? — улыбнулся мастер школы.

— Так тренировки — это методичный труд. Обычно они не подразумевают восторгов.

— А кем ты был в прошлой жизни?

— Что, прямо сразу к делу? — хмыкнул я.

— Просто, когда шестнадцатилетний парень говорит про мои тренировки, что неплохо, — это одно. А если это говорит мастер меча — совсем другое.

— Я был целителем и солдатом. Где-то поровну. С мечом да, обучен обращаться, опыт какой-никакой имею, — не стал я скрывать.

А чего скрывать-то? Уже и так карты вскрыты.

— Лет так двадцать войны, — уточнил я. — Поэтому да, тренировки — хорошие. Как надо, я бы сказал.

— Свою группу ещё не перерос?

— О нет, — улыбнулся я. — Да и не хочется мне выделяться. А то мало ли кто ещё догадается, что шестнадцатилетний парень не так прост.

— Это уж точно, — улыбнулся понимающе мужчина. — Как тебе Арина?

— В смысле? — его вопрос сбил меня с мысли.

— Как девушка. Может, женишься на ней, а?

— Это вы меня сейчас пытаетесь вывести из равновесия?

— Нет. Вполне себе деловое предложение. Чаю? — спросил он.

Сидел он в… Кажется, это называется кимоно. Считай, спортивная одежда. Что на нем смотрелось максимально органично. Волосы мужчина сегодня собрал в хвост. Не дождавшись моего ответа, Владимир Геннадьевич разлил чай и пододвинул ко мне чашку.

Я попробовал. Необычно так.

— Так что? — спросил он.

— Я не понимаю вашего вопроса, но на всякий случай отвечу сразу — я уже женат. На работе. Всё остальное меня не интересует.

Надеюсь, ответил достаточно твердо, чтобы отбить у него желание прощупывать тему женитьбы.

— Хорошо, — сказал он, помедлив и отхлебнув чаю. — А что насчёт клятв? Ты в них разбираешься?

— Разбираюсь. Признаюсь, меня удивило, откуда вы о них знаете. Не думал, что в этом времени о них известно.

— Плюсы бытия аристократов. Мы тщательно храним хроники и собираем архивы, — ответил он буднично.

— Владимир Геннадьевич, — перешёл я к главному. — А скажите, что вы хотите-то?

— Арина разве не сказала? Мои желания просты. Если ты знаешь что-то, чего не знаем мы, то… — развёл он руками, — было бы интересно обменяться знаниями. Разумеется, в рамках равноценного обмена.

— Что, так просто?

— А надо сложно? — приподнял он бровь, и я понял, у кого дочка этот жест подрезала.

— Допустим… — ответил я медленно. — Тогда возникает вопрос, а что вы можете, да и готовы предложить?

Вопрос совсем не дерзкий. Кровь позволяет делать много чего, но этот список вовсе не бесконечен. Как бы так не вышло, что и предложить нечего. Причем как мне, так и им.

— Как понимаю, — ответил мужчина, — тебя по какой-то причине интересует восстановление формы и быстрое наращивание силы. Предлагаю в рамках этого и вести общение. Я дам добро Арине, она будет говорить с тобой открыто. Как насчёт… — он сделал паузу, — совместного проекта? Проще всего точки интересов будет найти в ходе совместной работы.

— Это… разумное предложение.

Любая боевая техника стоит на нескольких вещах. Первая — это контроль и талант. Вторая — свойства. Иногда ещё роль играет оружие.

Если взять какую-нибудь технику «росчерка», когда через меч как бы удлиняется и разрубает противника на расстоянии, для этого надо… Во-первых, преобразованное оружие. Для чего нужно пропускать Кровь через него. Во-вторых, укрепление оружия, то есть мастерство затвердевания или кристаллизации. В-третьих, придача оружию свойств проводимости. В-четвертых, той энергии, которую пропустишь через оружие, тоже нужно придать конкретные свойства.

Вот и получается, что знание, которым можно обменяться в данном вопросе, — это методология развития контроля, навыков затвердевания и кристаллизации, список свойств и методы их тренировки.

Проблема же в том, что я это всё умею. Как и мужчина напротив меня, уверен, тоже умеет. Не конкретно то же самое, но что-то схожее.

Найти что-то, чего не знаешь и что может дополнить твоё мастерство — задача нетривиальная. Поэтому тут Владимир Геннадьевич прав. Проще всего разобраться в ходе общей работы.

— Если вы готовы доверить мне свою дочь, — добавил я.

— Полностью — только если в жены возьмешь, — мгновенно отреагировал он, нагловато и насмешливо улыбнувшись.

— Сдался ей муж трудоголик, — парировал я. — Арина сказала, у неё соревнования скоро. Давайте тогда к ним и будем готовиться. А там видно будет, есть чем нам обменяться или нет.

— Хорошо, — согласился он. — А что насчёт клятв?

— Ну, если вам так интересно, — теперь уже я улыбнулся, позволив себе немного наглости, — то расскажу. В качестве аванса. Суть в том, что Источник — это структура упорядочивания. Вы знаете, что новички Вдыхают всё подряд, зачастую — всякую дрянь. Поэтому задача адепта, грубо говоря, навести порядок. Как здесь, — коснулся я лба, — так и здесь, — указал на область сердца. — В жизни тоже должен быть порядок. Как локально, так и в перспективе. Вам ведь известно, что качество Вдоха падает при сильных эмоциях?

— Разумеется, — кивнул мужчина.

— Тогда мне не надо объяснять важность внутренней подготовки и самодисциплины. Клятвы — это следующий шаг. Только вот секрет в том, что лучше всего они работают, когда внедряешь их в Источник.

Я взял паузу, оценивая реакцию, и та не заставила себя ждать. Как-то так разом Владимир Геннадьевич подобрался, заинтересовался.

— А можно поподробнее?

— Конечно. Сразу скажу, как в вашем случае это будет работать — не знаю. Знакомый мне тип клятв завязан на помощь людям. Что с нас, целителей, взять, — улыбнулся я. — У военных несколько другой подход. Так что тут вам самим придётся разбираться. Но это позже обсудим. Технология же сводится к следующему…

Скрывать нюансы я не стал. Это то знание, которое не жаль и передать.

Домой я снова вернулся поздно. Но довольным.

Одно дело договоренности с Ариной, пусть и юной наследницей, другое — с главой боевого крыла. Сильно я старался не обольщаться, но, как ни крути, я в столице всего ничего, а уже обзавелся полезными связями.

Выполнение плана идет куда быстрее, чем ожидалось.

Но и расслабляться ещё рано. Тут, наоборот, надо сжать булки и работать в три раза усерднее, чтобы взять максимум.

Пока есть возможность.

В следующие дни я со всей отдачей погрузился в тему Изменения тела.

Случайность или нет, но все звезды сошлись, и эта тема на меня со всех сторон навалилась. С Аристархом Павловичем просчитывали, как именно его тело Изменять. Со Степан Денисовичем изучали колясочников и парализованных. В субботу на тренировке был сдвоенный урок. К нам с Ариной заглянул сам Владимир Геннадьевич. Который скомандовал дочери зачитать лекцию на тему первичных трансформаций. Что девушка и сделала. Я высказал свои мысли. Мужчина дополнил. Потом было изучение организма подопытной, в смысле, барыни. Возражений со стороны мастера не последовало, в конце он и вовсе свалил.