— То, что вы с Соулой решите. Мои принципы вы знаете — никакого принуждения и рабства. Но местных тонкостей я не знаю. Встреченные нами раньше наложницы с завидным упорством хотели меня убить…

— У каждой своя история, — ответил солнечный. — Кто-то шёл сюда сам, кто-то стал заложником политики Эхмеи. Ему ведь не скажешь «нет».

— Да тут и бывших рабов с нижних островов полно. Или у вас здесь живут орки? — спросила Лина.

Спуск на нижние этажи города был тихим. Даже, пожалуй, болезненно тихим. Местные архоны не появлялись. Спуск по широкой лестнице был намного более быстрым, чем подъём окольными путями. Да и, следует отдать должное, Шангри-Ла был действительно очень красив.

На лестнице третьего я увидел первые следы недавней стычки. Множество тел изменённых зомби, среди которых встречалась и высшая нежить. Несколько мертвецов склонились перед Сатокой — вернее, перед сидевшим у неё на плече Эдельвейсом.

Основной удар пришёлся по нежити, благодаря чему удалось сохранить большую часть жизней жителей города. Вряд ли можно назвать это восстание бескровным, но без столкновений с полноценным войском, ангелоидами и жрецами лже-бога, пострадали очень немногие.

Судя по тому, что по улице вспыхивал то и дело солнечный свет целительной магии, а люди больше не собирались в большие группы, а открыто ходили по улицам и пытались помогать раненым, фаза противостояния была закончена и здесь.

Соула первой увидела нашу процессию и ринулась к нам от самого крупного скопления местных.

— Альтаир! — воскликнула девушка при нашем появлении. — У вас получилось?

— Как видишь, — сказал я. — Не забудь сходить наверх к алтарю. Навыки лишними не бывают.

— В покоях Эхмеи? — опешила она. — Ещё спрашиваешь! Уже бегу!

— А что это за люди? Они тебя, часом, не объявили новым Эхмеей? Имя подходит.

— Пф! — скривилась девушка. — Имя моего дома названо так в честь звезды, которую почитали ещё мои предки. Мы не виноваты, что узурпатор тоже его взял.

— Ага, мы тебе верим, — тихо произнесла сонная Хина.

Соула вспыхнула, но я не дал разгореться возможному конфликту:

— Мне нужен корабль вниз. Ганц, Соула, сможете организовать?

— Ха! — переключилась солнечная на меня. — Хочешь меня обидеть? Здесь как раз стоит мой новый корабль! Место твоего капитана уже занято! Мной!

— Я думал, ты останешься здесь, наводить порядок в королевстве?

— Не-а, мне лень, — просияла девушка. — Я привыкла быть вольной птицей. А здесь после Эхмеи разгребать бардак придётся столетия!

— Днище поднимется раньше, — буркнул глядя куда-то в сторону мрачный Тео.

— Граждане Монорельса выберут представителей и проведут голосование. Так решил народ Корфии и Шангри Ла. Потом вопрос дойдёт и до остальных островов.

— Тогда веди к своему кораблю, — кивнул я.

— Его уже подгоняют на второй этаж, — мечтательно улыбнулась девушка. — Я знала, что ты захочешь улететь отсюда как можно скорей.

— УРРА!!! Слава Свободному Монорельсу!

— Да здравствует СВОБОДА!!

Нас оглушили хлопки и крики множества разумных. Едва мы появились на лестнице второго, вокруг все звуки захлебнулись в радости толпы.

Только здесь я ощутил, что не только добыл ценный осколок силы, но и действительно привёл всех этих разумных к свободе от многолетней промывки разума хаоситом. Может быть даже и стоило бы остаться здесь чуть подольше. Любопытно, как сложится судьба некогда самой могущественной фракции этого мира.

Но сейчас важнее было понять, что будет делать солнечный флот, который находится на границах Монорельса, в нижних разбитых островах. Где-то там в любой момент могли напасть как минимум, химерологи. Тёмные без приказа Эдельвейса точно не атакуют, но от Цеха можно было ожидать всё, что угодно.

— Почему твой корабль так похож на анубисатский галеон? — не удержался от подколки Ганц.

— Это подарок, Менкаура! — ответила Соула.

— А дом Самонту знает об этом подарке?

Девушка прикинула.

— Да, наверное, уже знает.

— Ты лучше скажи, на кой нам такое огромное судно? Ты вообще можешь им управлять в одиночку? — спросил я.

— Конечно! Это же анубисаты. Здесь полно нежити!

— Хм, хилые они какие-то, — послышался голос Эдельвейса. — Может, провести им эволюцию в высших умертвий или хотя бы рыцарей смерти?

— Не трогай моё имущество! — возмутилась Соула. — Хотя… в истервисов сможешь?

— Не, для этого ещё маг огня нужен и форма… или маг с аспектом металла… — задумался кот.

— Ну, маг огня у вас есть, — напомнил о себе Тео. Мрачность его никуда не делась. Сейчас он играл с новой способностью и призывал белый огонь.

Под радостные возгласы толпы, корабль поднялся с каменной мостовой столицы.

— Жаль, что уезжаем, — неожиданно выдал Ганц. — Ты ведь получается столицу только с дерьмовой стороны видел. Вообще… здесь красиво.

— Это я заметил. Ничего, ещё вернёмся, — ответил я. — Но мне не нравится вся эта история с Меасом.

— Проблем с осколком быть не должно, — сказал Эдельвейс. — Я уже распорядился, чтобы его доставили поближе. У меня дома, в Тиши ты был. Если хочешь, могу притащить его сам даже раньше через тень.

— Насколько это безопасно?

— Я ещё не успел протестировать этот навык как следует. Но вообще у тени есть свои подводные камни.

— Тогда не нужно. Сперва в любом случае отправимся домой и, как сказал Тео, если по пути будут незнакомые архипелаги — совершим паломничество к алтарю.

— Могу скорректировать маршрут к Эниранду, чтобы посетить побольше.

— Только не сильно. Без крюков.

Девушка шутливо подняла вверх и в сторону два пальца — видимо какое-то местное приветствие.

— А где старый корабль? — спросила Лина.

— В трюме этого, конечно, — хмыкнула Соула. — Всё своё ношу с собой!

— Я спать, — буркнула Хина и, не дожидаясь ответа, направилась в свою комнату.

Я смотрел вниз из окна, на удаляющуюся столицу. Издали она походила на зеленеющий и утопающий в роскоши город-фонтан. Хотя жары здесь было слишком много.

— Зря вы не остались. Кому-то нужно всё это разгребать.

— На солнечных острвах это так не делается, — медленно произнёс Ганц. — У нас нет закона о том, что делать в случае падения вершителя. Власть автоматически переходит к старшим иерархам, но большинство из них сбросит народ. Без Эхмеи удержать власть им будет сложно. Разве что анубисаты с их кастами примут всё как есть. Правда, сами сразу заявят о выходе из Монорельса и нейтральном статусе.

— А здесь, в столице?

— Я Менкаура, друг, — вздохнул Ганц. — Впереди меня стоят мои родственники. Всё захваченное мной — принадлежит дому. А у нас… сложные отношения.

— Если нужна помощь — говори.

— Нет, всё нормально, — отмахнулся солнечный. — Я никогда и не стремился к власти. По крайней мере, сперва давай закончим, что начали. Найдём твой последний кубик, а затем ты починишь мир и разгонишь мёртвую магию с Днища.

— А ты? — обратился я к Соуле. — Тоже клан не позволит?

— У нас в клане полная эмпатократия, Альтаир, — отмахнулась Соула. — Свои меня поддержат всегда. Но сейчас интереснее другое. Поверь, Альтаир, я своего никогда не упущу.

— Другое?

— Ну, у нас тут исторические события всё-таки. Свергаем ложных богов, планируем спасти мир. Теперь вот собираемся посетить земли тёмной фракции. Я просто обязана хапануть пару способностей с нижних островов!

— Вам виднее, — пожал я плечами.

Жаль. Можно было бы хвастаться, что приложил руку ко всей власти этого мира, кроме Цеха. Те даже отдали мне свой фрагмент, чтобы я к ним в гости не пришёл за ним. Хотя, они наверняка тоже что-то задумали…

Мы пролетели через облака и начали быстро переходить в безвоздушное пространство. Как и прежде, чернота поглотила нас, когда мы вышли из пузыря атмосферы, удерживаемой магией.

Над головой и на стенах было много чёрно–золотых цветов. Редкое сочетание на верхних островах, присущее только анубисатам.