Одежда ее и черевьи подсохли, нагрелись на печи, хотя источали запах болота. Одевшись, Агнея переплела косу и снова почувствовала себя почти обычной, благополучной девушкой. Ермолаю явно не хотелось с ней расставаться, но он не пытался ее задержать: понимал, что каждому дорог собственный дом.

Они вышли наружу – Агнея в кожухе, Ермолай только в рубахе.

– Ахти мнеченько, как же я пойду? – Агнея всплеснула руками, оглядывая небольшую поляну, с которой, казалось, нет выхода: все ведущие отсюда тропки сгладил недавний снегопад, лес стоял стеной. – Я и дороги-то не знаю. Хотя бы до ненаглядовской тропы ты проводишь меня?

По ненаглядовской тропе она сумела бы дойти до Милова и одна – верст восемь будет, но совсем не радовалась предстоящей прогулке через лес. И тропу, поди, занесло, да и кто там еще бродит…

– Ну, куда тебе идти! – Ермолай усмехнулся. – Завязнешь сразу. Если двумя ногами, то лыжи надобно. Не бойся: вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око мое над тобою.

«А как же?» – хотела спросить Агнея, но не успела.

Ермолай наклонился, сгорбился… и перед ней появился волк.

«Садись на меня верхом, – сразу в мысли велел он. – Я тебя довезу».

– Ахти мнеченько! – виновато сказала Агнея, понимая, что иного выхода нет. – Не тяжко тебе меня катать? Я ведь девка увесистая!

«Я справлюсь, – глазами сказал ей волк. – Такую овечку всякому волку нести приятно».

Агнея порозовела, подобрала подолы и осторожно села на мохнатую спину.

***

Верст десять до Милова они преодолели еще при свете дня. В белом свете волк не совершал таких прыжков, как в темном, не летал птицей, но бежал без устали, сперва через лес, ловко огибая бурелом и густые заросли, по тропам звериным, по руслам речушек. К Милову Ермолай подобрался со стороны рощи и там перед опушкой остановился.

Агнея сошла с волчьей спины, волнуясь, сделается ли Ермолай человеком, чтобы попрощаться. Из села доносился шум – играли рожки, звенели бубны, на площади перед церковью горел костер, там шло гулянье с плясками. Ну конечно, сегодня второй день Масленицы, когда зятья навещают родителей молодой жены и все родичи, сватья и кумовья ходят по гостям, от одного стола к другому. Только ее, Агнеи, изба и стоит пустая и тихая.

– В село не пойду, – сказал у Агнеи над ухом глухой голос. – Увидит кто-нибудь…

Агнея обернулась. Ермолай стоял у нее за спиной почти вплотную, так что она ощущала его тепло. На нем была только рубаха, в которой он вышел из своей избушки, но он держался уверенно, не собираясь мерзнуть.

– Сегодня – да, пожалуй… – протянула Агнея, понимая, что не сможет объяснить Келерине или Стефаниде, буде они им встретятся, что это за парень, никому не знакомый. – Но когда-нибудь… ты же не будешь весь век от людей прятаться?

– А я им нужен, людям? Я же червь, а не человек, поношение у людей и презрение в народе...

Глубоко посаженные желтовато-серые глаза Ермолая вглядывались в избы села, как в иной мир. Этот мир ему должен казаться куда сложнее, чем лес или даже чем темный свет, где обертыш себя чувствует, как рыба в воде.

– Никакой ты не червь! Ты мне нужен, – тихо, но убежденно ответила Агнея. – Я тоже… Знаю-то я людей много, и у меня… Келерина, моя крестная, и дядька Келесий, и Марианушка, моя сестра крестная, и братец Мартей… Они все люди хорошие. Но я… я тебе верю… как… как будто ты тоже мне брат. Не уходи насовсем, хорошо?

– Ну… – Ермолай смотрел сверху вниз ей в лицо, совсем близко. – Если ты хочешь…

Агнея осторожно подняла руку и коснулась его щеки. Ощутила, что он внутреннее напрягся – от непривычки к чему-то такому. Агнея погладила его по щеке, чувствуя, что ему и тревожно, и приятно. Все же хорошо, что он умеет разговаривать без слов и понимает, что она хочет выразить этим прикосновением.

– Ты обязательно приходи, – настойчиво прошептала она. – Я буду тебя ждать. И не в полонь приходи, а поскорее. В оконце стукни – я буду впредь знать, что это ты.

– Я приду.

– Обещаешь?

– Ну а как же?

Они еще несколько мгновений смотрели друг друга на друга, потом Ермолай наклонился… Агнея закрыла глаза, у нее перехватило дух от ожидания, от ужаса и восторга… Щеки ее коснулась щетинистая щека и нежно об нее потерлась. Агнея засмеялась, не открывая глаз: да он умеет ласкаться только по-волчьи!

Осторожно она обхватила его руками за пояс – умеют ли волки обниматься? – и тоже потерлась лицом об его лицо и шею. Потом отступила. Ермолай тоже сделал шаг назад, склонился к земле… и перед Агнеей очутился волк.

Агнея помахала ему, и он побежал прочь. Оглянулся, Агнея снова помахала и пошла через опушку и выгон к замерзшему ручью, который тек в Оку прямо мимо задов ее огорода. Летом оттуда брали воду на полив и для бани.

Войдя через заднюю клеть в избу, Агнея наткнулась там на Келерину, топившую печь. На скрип двери та вздрогнула и обернулась.

– Агнейка! – Крестная всплеснула руками. – Ты живая! А мы тебя обыскались! С ночи никто не видал, где же ты была?

– Я… у подружек ночевала… – пробормотала Агнея, не привыкшая врать. – Загулялась, устала, заснула… Прости, матушка.

– А я уж с ног сбилась – куда девка подевалась! Видели тебя на горе, а как накатались все – тебя нет!

– Да здесь я…

На счастье Агнеи, у Келерины имелся разговор поважнее ее неловких оправданий.

– И не слышала, что с Минаидой-то? – перебила та невнятное бормотание Агнеи.

– С Минаидой! – Агнея чуть не подпрыгнула.

Вспомнились самые неприятные из ее приключений – и подозрения, которые отступили было, но не забылись.

– Задрал ее зверь!

– Чтооо? – Агнея распахнула глаза. – К-какой-такой зверь?

– Да кто же ведает? Трофим за полночь домой с гулянки пришел – а мать лежит на лавке мертвая! Голова почти отгрызена, вся шея в волчьих зубах! Ну, в следах, будто грыз ее зверь. Что за зверь, как в избу попал! Лицо такое жуткое, глаза выпучены… Само собой, испугаешься, как лежишь у себя дома, а тут тебя волк за шею зубами берет!

– Волк? Видел кто того волка? – с тревогой спросила Агнея.

– Никто не видел! Как он в село-то пробрался бы, в избу? Сам, что ли, дверь открыл? Бабы говорят, нечистый ее прикончил! И то не диво – я давно думала, что знается бабка с нечистым! В селе сколько людей перемерло – одна Минаидушка ходит-цветет! Теперь ей в каждом доме почет и подношения, чего же не цвести! Да не все бабке Масленица…

Агнея села на лавку, потрясенно глядя перед собой. Перед глазами стояло: волк на спине старой кобылы, вцепившийся зубами ей в шею, по черной шкуре ручьями бежит блестящая кровь…

– Теперь и не знаю, когда Трофим захочет свадьбу играть… – озабоченно сказала Келерина. – Хоть она и старуха, давно ей пора к дедам, а все же мать родная, они все по ее воле ходили…

– Это нам без нужды, – пробормотала потрясенная таким исходом Агнея. – Я за Ивашку не пойду.

Она ждала, что крестная начнет спорить и убеждать ее, но та только вздохнула:

– И то правда – ну их. Коли кого нечистый сгубил, в таком родстве добра не будет. Повадится старуха с кладбища домой таскаться, всех изведет. Такие вредные в могиле плохо лежат. А у тебя хозяйство хорошее, сыщем другого какого жениха, не пропадем. Ну, объявилась ты, и слава богу, – опомнилась Келерина. – Мне домой, к нам нынче Дарюся со своим Ивлушкой приехали, его родни навезли любезновской, я только убежала у тебя протопить, а то изба простынет. Ты приходи тоже – там сват Сазонтий такие песни поет, со смеху окочуришься!

– Спасибо тебе, матушка! – Агнея, опомнившись, встала и обняла ее. – Куда б я без вас…

– Эк от тебя лесом пахнет! – Келерина потянула носом. – Ты приходи, не сидит тут одна!

– Я приду, приду! К скотине зайду и приду.

Келерина ушла, Агнея стянула наконец кожух и села на лавку. На родную избу смотрела, как будто видит ее в хрупком сне. Перебивали друг друга множество мыслей и чувств. Минаиду можно больше не бояться – она мертва. Ее убил волк… Ермолай… и не он пробрался в избу, а сама старуха, перекинувшись в вороную кобылу, пробралась на тот свет и пыталась погубить ее, Агнею. Только ли за этим? Не пыталась ли она вывезти с темного света Навею, для того и в кобылу перекинулась? И, видать, не в первый раз она эту дорожку топтала. Еще на прошлое налетие отворила Навее ворота в белый свет, многих людей загубила… Но за то и поплатилась.