Вытащив из карманов отпечатанные на принтере листы с текстом, сатанисты-любители выстроились вокруг горящей пентаграммы и алтаря. Фекла встала рядом с жертвой, вытащила из ножен на поясе длинный нож с костяной рукояткой и положила на алтарь. Мы с Кристианом напряглись: ещё одна старая вещь — сейчас уже пустая, но быстро наполнится силой с первым убийством. Тем временем монотонно, пускай и вразнобой, сектанты начали зачитывать странные слова, гортанные и рычащие звуки, большое количество шипящих, резкие, рубленые слоги. Как будто и в самом деле забытый язык, автору можно было поставить десять баллов за отлично продуманный антураж.
Впрочем, какой-то смысл в звуках был. Рядом с импровизированным алтарём начал появляться туман. Еле заметный, больше похожий на дым от огня, он становился всё плотнее и плотнее, вот протянул свои щупальца к накрытому скатертью верстаку. «Заклинание» зазвучало теперь громче, «жрец» Фекла воздела руки вверх, будто призывая нечто потустороннее. Дальше схватила нож и одним движением перерезала горло жертве.
В то же мгновенье в комнате глухо хлопнуло, яркая вспышка ослепила собравшихся, все сатанисты глотали пыль, упав ниц и чего-то завопив. Все, кроме Феклы, которая осталась стоять. Рукоять ножа у неё в руке отчётливо начала фонить в магическом плане. И почти сразу девушка нанесла удар в кадык сектанту рядом с собой. Профессиональный и сильный удар — проклятый нож сейчас вёл руку девушки, заодно став острым как бритва и придавая телу физической мощи. По-прежнему невидимые, следующие несколько минут мы наблюдали кровавый хаос. Остальные невезучие сатанисты пытались Феклу скрутить, потом убежать — и гибли один за другим, ведь покинуть зал они не могли, проснувшаяся ментальная магия заставила людей больше не видеть дверей. Каждый следующий умирал дольше и хуже предыдущего, последнему Фекла вообще сначала подрезала колени, а дальше потрошила живьём.
Когда затихла агония заключительной жертвы, Фекла со счастливой улыбкой на лице, сбросила перемазанный кровью балахон и закричала:
— Кровь отворит тебе путь и дарует силу. Они сами отдали её добровольно, а такая жертва достойна твоего пути. Приди и исполни!
Девушка с силой ударила ножом в пол в центре пентаграммы — и лезвие вошло в бетон как в масло. Чадящие до этого облитыми бензином тряпками огненные линии вспыхнули ровным фиолетовым светом, потянуло холодом. В зале теперь царил туман. Повсюду, кроме пятачка чистого воздуха внутри пентаграммы. Белый. Чистый. Плотный туман. Ну вот я и увидел живьём, как выглядит карман вне-временья. Хотя нет, мы ещё пока на границе, в облаках белого ничто. Кристиан жестом дал мне понять: не вмешиваться. И лишь когда туман вокруг пентаграммы заволновался и стал краснеть, Кристиан шагнул из тумана в чистое пространство:
— Благодарю за открытую дорогу. Ты, конечно, та ещё дрянь, но в благодарность за помощь твоя смерть будет лёгкой.
— Кто ты… — тут Фекла заметила меня и заорала: — Игорь, ты! Сволочь…
Осеклась и завизжала. Под влиянием тумана мы оба частично изменили облик. Перешли в «боевую» ипостась. У меня глаза горят алым, рот полон острых мелких зубов, ногти на руках стали чуть длиннее, твёрдые как сталь, и острые как нож. У Кристиан глаза светились ржаво-красным огнём, кожа вообще покрылась бордовой чешуёй, способной выдержать удар клинка, пальцы теперь заканчивались каждый длинными звериными когтями.
— Совершенно верно. Если влезаешь в дела нелюдей, стоит заранее поинтересоваться, с кем имеешь дело, — усмехнулся Кристиан.
Дальше одним ударом когтей, помноженных на чудовищную силу демона крови в боевой ипостаси, перерубил Фекле шею. Так что голова покатилась в одну сторону, а тело, фонтанируя кровью, упало на алтарь в ноги самой первой жертве.
— Как и обещал, она не мучилась. Хотя стоило бы её наказать. А теперь… — и Кристиан заорал: — Эрих, вылезай, где ты там. Или я сам пойду искать, а ты меня знаешь, что тогда будет.
Вокруг сейчас простиралась идеально белая равнина до горизонта. Земля похожа на пол, покрытый толстым слоем ваты, рыхлая на вид, но прочная и лишь немного пружинила. Местами к бело-серому небу без солнца вздымались туманные гейзеры или неподвижно в беспорядке стояли кучи тумана. А ещё тут не было вообще никаких запахов, и это заставляло обоняние сбоить, отчего я в первый момент даже словил ароматическую галлюцинацию из грушевого амбре, с примесью кислой капусты. Издалека донёсся леденящий душу вой.
Эрих, ну конечно же, одетый в белоснежную тогу и с римским золотым венком цезаря на голове появился из тумана в сопровождении четырёх огромных псов без кожи и с горящими адскими глазами. Решил уравновесить свою позицию? Кристиан сильнее, зато я, мол, наколдовал себе монстров? Всё-таки он — дилетант. Ну или уверен, что больше него про это место никто не знает. А уж запасов магии тут… С негромким смешком я активировал несколько формул. Первый раз в моей жизни они не стали призраком, а сработали так, как было описано в книгах ходжи Рахима. Кристиан был теперь облачён в воронёный миланский доспех, вершина оружейного искусства эпохи сражений холодным оружием. В руках он держал здоровенный двуручный меч-цвайхендер, причём по кромке лезвия стекали огненные капли. И по тому, как бывший ландскнехт держит эту смертоносную железку, было ясно — пользоваться мечом он умеет. Для меня заклинание подобрало пластинчатый доспех-бахтерец, остроконечный шлем, а в руки — сабля, у которой клинок покрылся инеем. Как раз для стремительного боя, в котором твоё главное преимущество: скорость и манёвренность. Здесь всё это было не иллюзией, я ощущал, как на плечи давит тяжесть доспеха, да и сабля в руке была материальной.
Я бы сначала попробовал поговорить, но Кристин без предупреждения рубанул мечом ближайшего пса. От удара тот с диким визгом и запахом палёного мяса лопнул красными искрами. На белом полотне местной «земли» осталась чёрная подпалина. Я же, ощутив движение сзади, встал рядом с Кристианом спиной к спине. И точно, из тумана на нас полезла непонятная хтонь, что-то вроде мохнатого кальмара с полусотней лап и щупалец.
Я перехватил «кальмара» на подходе, лихо срубив одно щупальце острой как бритва саблей. Потом вторым ударом применил ледяной эффект клинка, от прикосновения лапа покрылась инеем, треснула и разлетелась осколками, словно её макнули в жидкий азот. Я ощутил себя самым настоящим мальчишкой, который попал в сказку и получил волшебный меч. Я танцевал вокруг монстра, вспоминая то, чему меня когда-то учили по приказу ахай Аюржан.
Вначале пошёл неторопливый обмен самыми простыми ударами. Вот монстр махнул чешуйчатым щупальцем в нижнюю позицию, стараясь зацепить мне ноги — в ответ моя сабля уходит остриём вниз, защищая бедро. И сразу же, парировав удар, летит вверх, стараясь срубить верхнюю лапу, не такую бронированную. Сталкивается с чешуёй и птицей летит обратно, чтобы успеть закрыть меня от выпада в горло. А через мгновение клинок снова рвётся в брешь вражеских конечностей и снова отступает в защиту.
Понемногу мы наращивали темп, вплетая самые неожиданные финты и комбинации. Продвинуться к противнику, чтобы достать его глаз концом своего клинка и разорвать дистанцию, вызывая противника на удар, чтобы снова проскочить в брешь в защите. Закрутить очередной финт, захватить в ловушку очередное щупальце и ударом по мягкой части его перерубить. В ответ новая атака монстра, быстрым движением сабли закрыться, а самому стремительно напасть… Какое-то время я наслаждался: противник был силён, но не настолько, чтобы представлять опасность. Обученный мечник и без всякого ускорения мышц и предвидения монстра одолеет. Хотя не будь у меня сабли или же не умей я сражаться холодным оружием, то, наверное, проблемы бы у меня возникли.
Жалко прерывать такой красивый поединок — но пора заканчивать. Я в очередной раз разорвал дистанцию и опробовал ещё одну магическую формулу, подсмотренную у старого перса. Из моей руки ударила молния, испепелив кальмара, и я обернулся посмотреть, как дела у Кристиана… Тут же получил от него укоризненный взгляд и виновато отвёл глаза: действительно, увлёкся. Желательно держать себя в руках и стараться не делать чего-то невозможного в обычной жизни: при таком обилии магии очень уж легко увлечься и потерять человеческий облик. Не зря Кристиан работал только мечом и как человек. Хотя, если судить по двум десяткам подпалин с его стороны, драка вышла жаркой.
