— Он же из-за меня, да? — еле слышно прошептала Алиса, не замечая, как из глаз капают слёзы. — Он же решил стать героем, который борется с преступниками, чтобы понравиться мне?

Я обнял девушку и сказал:

— Нет. Не из-за тебя. Каждый отвечает за свои поступки сам. Я подозреваю, что именно к Марику с предложением стать вампиром неведомый нам пока создатель пришёл, потому что его притянуло к тебе. Или ко мне, ведь это я как бы мешал Марику завоевать твоё внимание? Но вот дальше эту тётку на жертву он выбирал только сам, с холодной головой, а вовсе не в эйфории от прикосновения к магии. Она же всем жизнь портит, без неё будет лучше, и мне польза? Нет, ты была для Марика лишь поводом договориться с совестью: «не для себя стараюсь». А делал он всё по своему желанию. Пошли. Звоню майору Яковлеву.

В подвале ещё работала бригада криминалистов, когда в машине Мансура Ахматовича мы на четверых устроили совещание.

— Спасибо, Игорь Данилович. В подвале и в квартире осталось несколько отпечатков. И почерк однозначно позволяет привязать нашего… маньяка. Мы его найдём.

— Я вам скажу имя. Марик, — я вздохнул, дальше продиктовал адрес и остальные данные. — И это наша большая проблема.

— Вы его видели? — встрепенулся Мансур Ахматович. — Опознали и поехали за доказательствами?

— Почти. Я его видел вчера днём. И не мог в нём сразу опознать вампира, понимаете? Если бы не одна его ошибка, по которой я его заподозрил… Это не случайный вампир. Это искусственное создание. Кто-то решил изготовить себе неуязвимого бойца, а дальше пошло не так. Марик узнал откуда-то способ порвать поводок управления. В подвале он для этого и убивал, чтобы освободиться. Жив его хозяин или нет, будем искать потом. Сейчас нам нужно…

— Обезвредить сошедшую с ума боевую машину, — сказал Яковлев. — Дожил. Нет, ну ведь кино натуральное, скажи кому постороннему, сразу психом посчитают.

— Лучше психом, зато живым, — отрезал я. — Просто послать группу захвата, даже с оберегами — он их порвёт. Как вариант расстрелять его подъезд из танка. Ещё можно ударить по квартире из ПТУРа, одновременно высадив выше и ниже штурмовые группы с приказом закидать гранатами и расстрелять всё подозрительное.

— Это вы так шутите? — поперхнулся майор. — Да, из танка и остальное — не вариант.

— Снайпер тоже на крайний случай, вы говорили, Игорь Данилович, — добавил Мансур Ахматович.

— Алексей Демидович, вы готовы принять мой план, пусть и странный?

— Да. Считайте что тем, как вы за месяц нашли убийцу, вы заработали моё доверие.

— Хорошо. Тянуть нельзя, пока Марик не догадался, что его раскрыли. Дайте мне день на подготовку ловушки. И послезавтра попробуем его выманить.

Когда майор вышел из салона, перед тем как выйти из машины следом, я спросил:

— Мансур Ахматович, у вас найдутся три тупых и злобных барана, которых не жалко для провокации? Составить декорацию для нашего супергероя.

— Вы хотите сыграть на его фетише по борьбе с преступностью?

— Да. Он так долго убеждал себя, что убивает не из удовольствия, а по справедливости, что пока в это верит. У меня есть знакомая. Не из охотников, но знает про нас. Я ей объясню, вампир ничего опасного для себя не заметит. Разыграем сцену, как негодяи напали на беззащитную девушку. Я потому и сказал «не жалко». Нападать они должны по-настоящему, и огребут, скорее всего, тоже по-настоящему.

— Я найду.

Когда мы сели уже в нашу машину, Алиса с беспокойством спросила:

— Ты на самом деле хочешь вмешать Яну? Ты готов ей рискнуть?

— Я боюсь за Яну, но она единственная, кто нам подойдёт. Ты же понимаешь, что Марик на кого попало не отреагирует? А вот если нападут на тебя… При этом он перейдёт в форму вампира, в виде человека ему с тремя гопниками не справится. Да и привык он наверняка чуть что решать дело дракой и силой. Во-первых, ты не испугаешь как надо. И знаешь про ловушку, и знаешь, что это Марик. Во-вторых, нам надо, чтобы он перешёл в форму демона, иначе я не уверен, что ты сможешь его выпить. Но тогда он почует, что ты тоже нелюдь, и не попадёт в засаду с «беззащитной жертвой».

— Почему именно Яна? Колечко… там же моя кровь!

— Да. Мы легко повесим на оберег твою ауру.

— Хорошо. Но на Яну не давить и не уговаривать специально.

— Не буду. Но надеюсь, она согласится. У нас мало времени. По-дурацки вышло, но помнишь ты сказала, как Фекла единственная, кто пошла проведать Марика? Когда все думали, что он после драки дома отлёживается? Она же его любит по-настоящему. Только эта любовь и держала Марика последний месяц, я видел в его воспоминаниях, он с ней единственной по-настоящему нежен. Но он всё равно уже на грани. Ещё пара недель — и Марик сорвётся, он как наркоман со стажем уже почти не может без постоянной подпитки насилием. Первой убьёт Феклу, причём даже не хочу думать как. А потом пойдёт убивать всех без разбора. И обещаю, Яной я рисковать не буду.

— Ладно, ладно, поняла, не нагнетай. Всё равно за Яну страшно.

Удачно, Яна оказалась дома, а не убежала куда-то с Матвеем. Немного удивилась, когда мы попросили её прогуляться, но пошла. Несмотря на середину дня первого января, народу в парке, оказалось немало. Кто-то торопливо почти бежал, пересекая парк насквозь, другие медленно вышагивали по аллеям. А ещё повсюду витало ощущение праздника и длинных каникул. Деревья по бокам аллеи важно замерли в нарядных снежных платьях, укутанные в расписные шали новогодних гирлянд, флажков и украшений, покрытые инеем ветви сверкали хрусталём в солнечных лучах. Кустарники рядом с ними, словно гвардейцы в огромных мохнатых белых шапках, застыли в ожидании рождественской полуночи и Старого Нового Года. Так и хотелось плюнуть на всё и просто гулять и отдыхать

Мы вышли на немноголюдную аллею, и я начал излагать Яне аналог версии, которую скормил полицейскому майору и Мансуру Ахматовичу. Потом рассказал и про охоту на вампира. К моему приятному удивлению, радостного энтузиазма по поводу «наконец-то мистика» у Яны не возникло. Наоборот, она слушала предельно серьёзно и внимательно. Всё-таки Матвей на неё очень хорошо влияет. Когда я закончил, сказала:

— Вы потому мне и оберег подарили, хотя до этого от меня всё скрывали. И сейчас вам нужна моя помощь.

— Да, — вздохнул я, — но это опасно. Нам нужно выманить вампира. Демоны крови питаются страхом, болью и неприятностями. Девушка, которую хотят ограбить уличные гопники — для него изысканный десерт. При этом нам нужно привлечь его внимание, то есть на жертву придётся вешать что-то вроде усилителя эмоций, который приманит демона издалека. Но кому попало его тоже не наденешь. На тебе оберег, который уже стал частью твоей ауры.

— Я поняла. Как прибор-надстройка. И вы опасаетесь, что вампир…

— Нет. Чтобы вампир поверил, всё будет всерьёз. Гнаться, пытаться ограбить и изнасиловать тебя будут по-настоящему. Чтобы вампир нас с Алисой не учуял, мы не можем быть слишком близко к месту засады, и есть немалый шанс, что если тебя догонят, мы не успеем бандитов остановить.

На самом деле действительно серьёзной травмы я для Яны не допущу, пусть лучше вампир убежит. Однако ей этого не скажу, бояться приманка должна всерьёз. Как никогда не скажу Алисе, что гопников-грабителей я тоже списываю, если останутся живы — их счастье. Потому и просил подыскать реальных идиотов-отморозков, которых не жалко, зато жаждой «догнать и убить Алису» чтобы горели на всю округу.

— Ну это не самое страшное, а бегаю я быстро, — хищно улыбнулась Яна. — Когда?

— Завтра вечером. Я позвоню и предупрежу заранее.

Всю дорогу до дома Алиса молчала, и за это я ей был очень благодарен.

Приятно ходить по городу тихими ночами, из улицы в улицу, забираясь в самые глухие углы. Идёшь — точно на крыльях несёшься, один, как луна в небе, перед тобою ползёт твоя тень, гасит искры света на снегу, смешно тычется в тумбы и заборы. Но это если спокойные улицы, и ты точно знаешь — в любой момент волен уйти от ночной тишины и пустоты туда, где гудит толпа и мчаться по проспекту автомобили. Здесь же и сейчас город спал, пустынные улицы спального района смотрели мертво. Ни единого звука, ни единого живого существа, кроме боязливо озирающихся котов. Даже бродячие собаки — и те спали на люках теплотрассы, свернувшись калачиком и вздрагивая от холода.