— Здесь больше заслуга госпожи Флэйрин. Она выследила его первой и первой пошла на него, — возразила Ольвия, и когда я увидела меня в свете факела, вскрикнула и бросилась ко мне. Оттолкнула одного из воинов, схватила меня сильной лапой: — Райс, ты весь в крови! На тебе живого места нет, Райс!

— Спокойно, дорогая! — я едва ли не согнулся под тяжестью ее лапы, столь беспощадно опустившейся мне на плечо. — Кровь не моя! Так вышло, что меня слегка забрызгало. Когда голем пнул труп одного мерзавца, брызнуло много крови. Сейчас не время это обсуждать — надо искать Дерхлекса. Кроме него в твоем доме могут быть и другие незваные гости. Давайте, поспешим! — призвал я и первый направился к садовой дорожке.

— Райс, ты, конечно, великолепен, тебя так украшает чужая кровь, — заметила вампирша нагоняя меня. — Но мог бы быть повнимательнее ко мне!

— Прости, дорогая, я вижу, что тебе очень досталось. Платье обгорело, ты вся в саже, но… — замедляя шаг, я взял ее холодную руку и шепнул: — Так ты выглядишь особо соблазнительно. Твою прелестную задницу уже видно из-под того, что называлось юбкой.

— Мой мальчик, а ты мерзавец! — Флэйрин рассмеялась, ущипнув меня за руку. — Пока тебя не было, моя задница заинтересовала многих особо нахальных людей барона. Смотри, мужчины на меня очень падки и могут увести, если тебя не будет рядом.

— Флэй, но ты будешь верна мне, обещай! У меня сегодня и без того очень тяжелый день! — ответил я как бы шутя. Хотя в сказанном имелось не так много шутки.

Когда мы дошли до угла дома, многие из людей барона опередили нас — им не терпелось знать, что я сделал с големом. Тут же послышались возгласы:

— О, Волгарт! Какое чудовище!

— Он еще жив!

— Не подходите! — нервно закричал кто-то со стороны мечников, разводивших по моему совету костры.

— Райс!.. — тихо произнесла госпожа Арэнт, однако ее голос я услышал среди множества гораздо более громких.

— Да, дорогая, — я повернулся к ней.

— Не знаю, на месте ли мое сердце. Я верила, что ты справишься, но страх так метался в груди, что я боялась умереть, не дождавшись тебя! — стоя на задних лапах рядом со мной, она смотрела на поверженного голема, передняя часть которого, проломив забор, оказалась за пределами ее двора. Чудовище было еще живо: пытаясь подняться, вздымало руки, било ими в землю — ледяные осколки тяжелых конечностей разлетались в стороны.

— Сожалею, но твой сад практически уничтожен, — сказал я, хотя Ольвия это видела без меня. Я чувствовал какое сожаление вызывает у нее столь печальная картина.

— Магистр Дерхлекс! Негодяй! Подонок! — встрепенувшись, произнесла графиня, возлагая вину во всем произошедшем на Гархема. — Нужно скорее найти его!

— Этот подлец даже не отважился вступить с нами в бой открыто! — заметил кто-то из людей Лорриса. — Подставил своих, а сам трусливо спрятался.

— Или сбежал через подвал подземным ходом! — предположила Флэйрин.

— К шету голема! Ведите туда, ваше сиятельство! Там же, в подвале Норлак и его люди, если кто-то жив! — воскликнул барон Лоррис.

— Ваша милость! — раздался чей-то надрывный голос из темноты. — Прошу, пощады, ваша милость!

Я повернулся, разглядывая четверых, стоявших на коленях и окруженных мечниками барона. Видимо они были остатки из «Тигров Уэрна», нанятых магистром.

— Прошу, пощады, барон Лоррис! — повторил рыжебородый, явно страдая от кровавой раны в боку. — Мы пытались спасти ваших людей. Были добры с ними как могли. Когда, перед вашим появлением, господин Дерхлекс приказал нам вывести Норлака и Сэтрима и привязать их на виду перед воротами, мы отказались! Не хотели терпеть больше подлости и смертей! И так этого слишком много! Ваша милость, мы не понимали, в какое влезли дело! Прошу, смилуйтесь!

— Свяжите их! Но сначала окажите помощь, перевяжите раны! — распорядился барон Лоррис.

Наверное, нам не стоило выслушивать все эти речи и дожидаться барона — Дерхлекс мог уйти. Если это случиться, то у госпожи Арэнт в ближайшем будущем могут возникнуть непредсказуемые неприятности. Я все это понимал, но Ольвия почему-то задержалась с Лоррисом, потом словно опомнилась и побежала ко входу в дом.

— Господин Лоррис, прошу вас, направьте своих людей, обследовать дом — здесь могут быть наши недруги! — попросил я.

— Только не надо входить в мои покои! — обернувшись, попросила госпожа Арэнт. — И освободите моих слуг — они заперты в хозяйском крыле! Попросите их помочь в обследовании дома!

За Ольвией и Флэйрин я не успевал, они уже сбежали по ступеням в подвал, когда я добрался до фойе. Такая поспешность могла оказаться опасной — мало ли какие сюрпризы приготовил Гархем Дерхлекс. Догоняя их, я думал, что мы допустили немало ошибок. Разумнее было провести часть людей барона через пролом в заборе. Особо были полезны его лучники, которые могли тихо снять магов в беседке и стрелков магистра в окнах второго этажа. И обязательно нужно было организовать засаду у выхода из подземелья — тогда бы этого негодяй никуда не делся. А сейчас у меня не было уверенности, что мы его схватим. Гархем достаточно хитер, чтобы не продумать пути бегства. Увы, вышло, как вышло — столь серьезные затеи не следует делать в спешке.

Когда я одолел половину лестницы к подвалу, то почувствовал неладное — снизу тянуло дымом. Раньше я не мог этого понять, потому как горел сад и костры возле голема. Весь воздух и без того был насыщен дымом. Но сейчас я понял, что вдобавок гарью тянуло из подвала. Когда я сбежал вниз, то увидел догоравшие останки шкафа и двух людей, привязанных к стеллажу с винными бочками. Один из них значительно обгорел и, скорее всего умер, а второй был жив, хотя его тело покрывали значительные ожоги. Он что-то говорил графине через боль, морщась и постанывая. Я видел этого человека прежде. Среди охранников имения Арэнт он выделялся особой статностью. Скорей всего он и был тем самым Норлаком, жизнью которого особо дорожил барон Лоррис.

— Райс, дорогой, пожалуйста, вернись, найди Иветту! — стоя на четырех лапах, прорычала Ольвия. — Она знает, где храниться мои эльфийские снадобья! Скорее, Райс! Мы обязаны помочь Норлаку!

— Мы упустим вашего Дерхлекса! — прошипела Флэйрин, схватив серую тяпку со стеллажа и яростно сбивая пламя.

Я мог лишь догадываться, что здесь произошло: Гархем, убегая через подвал, решил прикончить пленников — ударил разновидностью огненной магии. Нечего сказать — редкий подлец!

— Побегу вперед! Догоните! — решилась Флэйрин.

Прежде чем я успел ее остановить, вампирша скрылась в темноте подземелья.

Багровые отблески заката отгорели на вершинах Карнасских гор. Смеркалось. На востоке над лесом появилась половинка Мельды. Чуть раньше Андра проступила в темнеющем небе. Яркус тихо, вышел из-за колючих кустов барбариса. Хотя лагерь Малгара стоял на возвышении, за которым начинались Темные Земли, Борода хорошо видел его. Видел людей, собравшихся возле повозок и лошадей. И тех, что расхаживали возле костров. Оборотней среди них не было, что не удивительно: еще ночь не вступила в права — превращения обычно случаются ближе к Времени Мечей. А ему, Яркусу, почему-то благоволили боги — он обернулся едва солнце скрылось за горами. Неведомо почему так, но он думал, что сама Наирлесс заступилась за него и просила Мэрэилин, чтобы та насылала на него превращение еще до наступления ночи. Ведь такое уже случалось. Было, когда он даже при свете дня бежал, в старании догнать свою сестру, которую Малгар вез на юго-запад.

Почему боги так добры к нему, оставалось только гадать. Возможно, причина в том, что Яркус усердно молился в последние дни. Случайно увидев жертвенник Аолис у дороги, он положил на него треть кукурузы, купленной близ Старого Калнгара. Треть вскормил своей лошади, и треть съел сам — все по-честному, как любит Небесная Судья. А может боги благоволили ему для того, чтобы он спас Иону, такое тоже возможно, хотя его сестра очень скверно отзывалась о богах, и явно прогневила их.