— Нет, — с улыбкой шепнул я ей в ответ. Когда-то в далеких прежних жизнях я не чуждался заниматься грабежом, но много столетий было прожито после этого: я стал намного добрее к людям, избавился от значительной части грешных устремлений. — Дорогая, честным трудом можно заработать ничуть не меньше и при этом получить гораздо большее удовлетворение, если сама работа по душе.

— Тогда посмотри доски объявлений, — посоветовала мне принцесса, будто я не догадался бы об этом без нее.

— Далеко еще? — раздался за спиной ворчливый голос Олриса.

— Уже пришли, — отозвался я, повернув голову в сторону Дома клана Хартун Тран. — Почти пришли, добавил я. За тем поворотом двести шагов вверх.

В «Вечерней Звезде» меня ожидал маленький сюрприз: за стойкой распорядителя не было Флаймы — там стояла незнакомая девица, лет тридцати, чернявая, наверное, аютанских кровей. Ей что-то объяснял Антагол, нахмурив брови, изо всех сил делая вид строгого господина. Завидев меня, он тут же преобразился, заулыбался и произнес:

— Добрейшего утра, господин Ирринд! Рад вас видеть! — и тут же добавил, повернувшись к пока незнакомой мне девушке: — Смотри, Алдель, это — господин Райсмар Ирринд. С ним будь особо вежлива, старайся, чтобы он всем был доволен.

Я ответил им двоим добродушным кивком и, избегая ненужных вопросов, поспешил к лестнице, пропуская вперед Флэйрин и мага. Показывать своего ученика Олрису я не стал. Не его это было дело, и этот маг не слишком высокого уровня точно ничем не помог бы мне кроме той скромной роли, которую я ему отвел. Погремев ключами, я отпер дверь в свою комнату и сказал:

— Господин Олрис, поступим так: сейчас я лягу на кровать, вы можете тоже лечь или занять место на стуле — как удобно. Как только я выйду из тела, дам вам знать на тонком плане. Вы же незамедлительно разделяйте внимание, берите под контроль мое тело. Помните, время ваше очень ограничено. Особое внимание на сущностей на тонком плане, так чтобы не вышло какого-то опасного подселенца. Ну и все, просто ждите моего возвращения, сохраняя полный контроль, не ослабляя внимания. И не усните, ради богов! — особо предупредил я, потому как похожий случай в моей практике уже был. При чем с человеком, имеющим степень магистра.

— Да все понятно, господин Ирринд. Я свою работу знаю, — отозвался тот, оглядывая комнату. — Пожалуй, лягу рядом с вами на кровать. Чтобы быть ближе к вашему телу — так надежнее.

Последние его слова мне не понравились. Ведь в пределах комнаты нет заметной разницы на тонком плане на каком расстоянии находятся тела. У меня второй раз возникли опасения насчет компетенции этого мага в данном вопросе. Чтобы избежать возможных проблем, я еще раз теперь уже гораздо более подробно проинструктировал его по каждому шагу предстоящей процедуры, рассказал об основных принципах разделения внимания и контроля отставленного тела. Разумеется все это должен был знать даже неопытный маг, но мало ли, что из себя представляет этот Олрис и каковы пробелы в его знаниях.

Мои напутствия дополнила Флэйрин. Скинув с головы аютанский платок, она подошла к магу поближе, наклонилась над ним, сидящим на краю кровати, и сказала с этаким опасным вампирским шелестом в голосе:

— Все это очень важно, господин Олрис. Жизнь и здоровье Райса мне особо дороги. Уж постарайтесь сделать так, чтобы все мы остались довольны.

— Ладно вам, госпожа! Я все понял! Давайте приступим, мне еще нужно успеть в порт к Часу Лилий, — с недовольством сказал маг и лег на кровать, свесив ноги, чтобы не разуваться.

Опустив голову на подушку, я закрыл глаза. Частично вышел на тонкий план и расширил сферу внимания. До комнаты Салгора моя сфера не доставала, но я к этому не стремился. Сейчас было важным проверить, нет ли поблизости опасных сущностей, например, жемчужных подселенецев, рейксов или вилпр. Они встречаются редко, но так часто бывает, что эти хищники появляются всегда очень не вовремя. Астрал был тихим, залитым приятными волнами золотистого света, сгущавшегося ближе к окну. Более тонкие планы так же были чисты, если не считать мелких сущностей и души голубя, похожей на бледное сизое пятнышко.

Я направил внимание на мага, лежавшего рядом со мной, и спросил ментально:

— Готов?

— Да, — отозвался тот. Причем вслух.

— Бери контроль — я выхожу, — сказал я, и полностью выкатился из тела.

Теперь тело Райсмара Ирринда я видел со стороны — второй раз за многие дни своей жизни на Кайлосе. Отчего-то вспомнился первый раз, когда этот парень лежал в траве, пронзенный эльфийскими стрелами, увлажняя землю кровью. Я не дал ему умереть, и теперь я стал им, намереваясь прожить за него долгую жизнь. Важно, чтобы это тело снова не оказалось на краю гибели, тем более не перешло ту, роковую грань. Я полюбил тело Райса. Его полюбила Флэйрин. И госпожа Арэнт, наверное, про прежнему помнила его и любила. Да, это всего лишь тело, которое ничто без души, но мы, люди, так привыкли ассоциировать себя с плотью, что редко кто из нас мыслит иными, более высокими категориями.

Прежде чем отправиться в путь, я просканировал тело Райса. Пока с ним все было хорошо, Олрис держал контроль ровно так, как я его наставлял. Сердце Райсмара изредка вздрагивало, не давая остановиться крови.

Я вылетел в коридор, через дверь. Можно было бы двигаться через стены, но стены более плотная структура, имеющая свои следы на тонком плане, и прохождение через них бывает неприятным. Я не спеша двинулся по коридору к двери в комнату Салгора. Медлил я потому, что хотел убедиться, нет ли вокруг сущностей, представляющих опасность. Пока все было чисто.

Влетев в комнату Салгора, обнаружил его, лежащим на правом боку со страданием, явно отражавшемся на его лице.

Исполняя волю Малгара, Гархем ехал всю ночь и часть дня, покрикивая на возничего. Тот в свою очередь орал на лошадей и пускал в ход кнут. Спешил так магистр потому, что ему требовалось во что бы то ни стало добраться до дома графини раньше ее и успеть устроить там засаду. А для этого нужно было очень серьезно от имени Малгара переговорить со слугами и с охраной особняка Арэнт.

Уже на въезде в Вестейм кони Ольвии еле волочили ноги, и было похоже, что два жеребца падут. К тому же от стремительной скачки расшаталось два задних колеса. Но все это совсем не важно: вряд ли эта карета когда-то потребуется Ольвии — дни ее жизни были сочтены. Дерхлекс это прекрасно понимал, и сейчас главным для него было в точности исполнить волю Малгара. О том, что теперь Гархем скорее всего лишится дохода, позволявшего покупать драгоценные зелья у Ирдемса, магистр старался не думать. Увы, в этой опасной игре он поставил не на ту фигуру и сейчас важно было лишь одно: сохранить свою жизнь — что будет потом, сейчас лучше даже не представлять. А сохранить свою жизнь Дерхлекс мог лишь единственным способом: положив перед Малгаром жизнь его супруги.

В некоторые моменты по дороге к Вестейму на сердце старого магистра даже шевелилась жалость к графине: все-таки она была добра к нему, если не считать некоторых разногласий и их последней большой склоки. Ольвия была неплохим человеком — а неплохих людей не так много среди высшей знати Вестейма. Да, она очень грешна перед мужем: она едва не изменила ему, посещая подругу в Луврии с каким-то капитаном, быть может даже изменила — всех подробностей Гархем не знал; вот и теперь связалась с отъявленным негодяем Райсом, который легко околдовал ее. Но по большему счету это ее дело, ведь у Малгара много любовниц и он не скрывает это даже перед Ольвией. Таковы современные нравы в Вестейме и во всей Арленсии. Уж магистр Дерхлекс за полтора века жизни знал, что жены-аристократки редко бывают верны мужьям, впрочем, как и их мужья этим самым женам.

Въезжая в город, Дерхлекс приоткрыл окно кареты, высунулся и крикнул возничему:

— Эй! Давай в Средний город!

В Среднем городе у Гархема имелось два приятеля — два хороших мага, имеющих приличный боевой опыт еще с заварухи с эльфами при Стейланской башне. Магистр собирался привлечь их, для засады в доме графини, предполагая, что она может явиться не одна, а со своим любовником — Райсом. Каким бы негодяем не был этот Райсмар, надо дать должное — маг он, в самом деле, хороший. Конечно, против него могло бы хватить несколько лучников, расставленных у окон в правильном порядке и пустивших стрелы, когда Райсмар того не ожидает, но с боевыми магами как бы надежнее. А ситуация серьезней не придумаешь, ведь от успеха засады на госпожу Арэнт зависела его, Гархема, жизнь.