Не потому что это было странно… Хотя нет, это было странно! Что я совершенно точно не могла себе представить – так это вот таких уютных семейных посиделок с Валентайном. До этой минуты.

Когда мне это удалось, и я наконец‑то перестала себе напоминать оголенный провод, я колупнулась в своей виритте и принялась повторять кое‑что по драконьему языку. До завтра мне еще надо было подготовиться к важному тесту, и я читала, читала и читала, пока сквозь времена не услышала:

– Кажется, Ленор давно уже не с нами. – Голос принадлежал Валентайну, и я вскинула голову.

– Это кто еще первый стал не с нами, – парировала, глядя на него и на брата.

– А мы все съели и выпили, – довольно заявил Макс. Таким довольным я его не видела… ладно, ни разу! Надо было слушать, о чем они говорят с Валентайном.

– Рада за вас.

– И, пожалуй, я даже пойду домой, – сообщил Макс, подмигнув… архимагу!

Э‑э‑э‑то что за мужской заговор?!

– Мы тоже пойдем. – Валентайн легко коснулся моего плеча. – Такой чудесный вечер, не прогуляться просто невозможно.

Я вам скажу, что невозможно! Точнее, кто здесь невозможный! Это вы, архимаг.

«Правда?» – тут же прозвучало у меня в голове.

Правдее некуда!

Мы поднялись все вместе, при этом Валентайн успел отодвинуть мне стул. Я поблагодарила тэрну Хлит за гостеприимство, она пожелала мне доброго вечера. Кажется, хозяйка единственная совершенно спокойно восприняла тот факт, что в ее ранховой появился Валентайн Альгор.

После чего мы все втроем вышли на улицу, и Валентайн отступил, чтобы дать мне попрощаться с Максом.

– Так значит, Люциан действительно не твой, – протянул Макс задумчиво.

– Не мой, – отмахнулась я. Вот про Люциана сейчас совершенно не в тему было говорить.

– Но он так не считает, Лен. Стал бы он иначе со всем этим заморачиваться, устраивать нам встречи и все такое. В частности, платить моему соглядатаю, чтобы он исчез. Не представляю, сколько он ему вообще магии отвалил.

Я замерла.

– Он – что?

– Подкупил он его, вот что. Или ты думаешь, он его конфеткой поманил?

Я прикрыла глаза. Вот же драхство! Не надо было его просить. Вообще ни о чем!

Ладно, потом разберусь.

– Главное, что мы с тобой увиделись. – Я обняла Макса и тут же быстро его отпустила. – И что сможем общаться.

– Угу‑угу. Но про Люциана ты все‑таки подумай. Сдается мне, твой принц не из тех, кто так просто сдается.

– Он не мой! – повторила я, обернулась на Валентайна и добавила уже тише: – Ты же сам все видел.

Макс пожал плечами, приподнял брови:

– Ну да, он классный. И явно в тебе заинтересован.

– Но?

– Ты уже большая девочка, Ленор. Вот и думай сама.

Макс помахал мне рукой и направился в сторону Алой площади, на ходу набирая что‑то на виритте и удерживая подмышкой подарки. Я посмотрела ему вслед, покачала головой – вот и что он имел в виду, когда сказал: «Думай сама?» – развернулась и направилась к Валентайну. Чтобы выдохнуть, наконец‑то уже не мысленно:

– Что это только что было?!

Валентайн, как ни в чем не бывало, взял меня под руку.

– Пройдемся, Лена?

– Пройдемся! Если ты ответишь на вопрос. С какой радости я тебя вижу на встрече с моим братом? С какой радости ты даришь ему подарки и ведешь себя, так, как… как…

– Как будто мы встречаемся? – подсказал Валентайн.

Я подвисла.

– Как будто у нас отношения? Как будто мы пара? В вашем мире не принято дарить подарки на личные праздники? Знакомиться с близкими людьми? Гулять по улицам просто так?

Пока я ловила свою челюсть в полете, он продолжил:

– Да, я хотел пообщаться с твоим братом и узнать его поближе.

– По‑моему, ты хотел завоевать его доверие!

– Что в этом плохого? Тем более что общаться с твоим братом одно удовольствие. Мне, знаешь ли, приятно, когда на меня смотрят как на интересного собеседника, а не как на темного архимага.

Моя челюсть потяжелела еще сильнее.

– Так что, Лена, мы прогуляемся? – Он вопросительно смотрел на меня, ожидая ответа, а я… я окончательно растерялась. Я настолько привыкла, что Валентайн очень любит контролировать каждый мой шаг, что как‑то не подумала обо всем том, о чем он сказал только что. О том, что это в самом деле нормально. Для нормальных отношений – просто зайти и поздравить моего брата с прошедшим днем рождения, принести ему подарок. Ладно, на сумму магии мы не смотрим, у меня до сих пор голова от его цены кружится, хотя я ее только мысленно представляю. Но в целом – это нормально. Нормально пригласить свою девушку вечером на прогулку. Нормально хотеть пообщаться с самым близким для нее человеком.

Безо всяких «но» и этих магических штучек.

Нормальная жизнь. Это называется нормальная жизнь, Лена. И у тебя она когда‑то была. А вот у Валентайна – не факт. Тем ценнее то, что он сейчас делает. То, что он сейчас делает для нас, как для пары. Да и вообще. В целом.

– Прогуляемся, – я приняла его руку, и мы, не сговариваясь, направились в сторону Алой площади.

Летнее тепло окутало город. Несмотря на камень, в который были закованы ближайшие улочки, с соседних доносились запахи цветения, под ногами белели крохотные осевшие лепестки. Иногда белели, иногда сиреневели, иногда алели. Самое время, чтобы гулять и наслаждаться раскрывающейся природой и раскрывающимися отношениями. Просто вот тут уже я… не привыкла. То, что было у меня с Земсковым – пародия, он меня особо и не звал никуда. Так получилось, что я ему и понравилась, и надоела очень быстро. Про Люциана вообще молчу. Ну а нормальные отношения – они, наверное, именно такие, да. Когда мужчина неожиданно приходит за тобой в кафе, и вы потом идете вместе по улицам, мимо проходят люди, и те, кто его узнает, просто таращат глаза, а те, кто никого и ничего не видит, спеша по своим делам и к семье – просто пробегают мимо. Мягким уютным теплом расцвечивают сумерки фонари, вокруг которых кружат мотыльки, вспыхивают окна, гаснут витрины.

– Странно, – призналась я.

– Что именно?

– Странно… вот это вот все. Я никогда не думала, что буду просто так идти с тобой по улице, не думая ни о чем. Ни о темной магии, ни о твоем отце, ни даже об экзаменах… просто идти. Если ты понимаешь, о чем я.

– Еще как понимаю, Лена, – Валентайн усмехнулся. Несмотря на жару, он был в черном костюме, только на жилете поблескивали серебром пуговицы и кайма. – Я тоже себе такого не представлял. Не представлял, что такое возможно.

Я улыбнулась.

– Почему?

– Не думаю, что стоит это объяснять. Достаточно посмотреть на кого‑то… – Валентайн перевел взгляд на первого попавшегося прохожего. Тот почувствовал это, поднял глаза и изменился в лице.

– Ладно, как девушка, из‑за которой отменили выездной урок истории к алтарю Горрахона, я тебя прекрасно понимаю.

Валентайн хмыкнул:

– Поверь, вы ничего особо не потеряли.

– Верю. Но я очень хорошо тебя понимаю, просто… разве тебе никогда раньше и ни с кем не хотелось вот так пройтись?

Валентайн пожал плечами.

– Нет? Даже с Эстре?

– Снова ревнуешь, Лена? – Уголки его губ дрогнули.

– Нет! – возмутилась я. – Просто вы же были друзьями. В моем мире с друзьями принято проводить время и гулять.

– Даже если бы твой друг был сыном угрозы мирового масштаба?

– Лично мне было бы все равно, – теперь уже плечами пожала я. – Но я тебя поняла. Тему закрываем.

– Я не хочу ее закрывать. – Он неожиданно остановился, заключил мои ладони в свои. – Я хочу, чтобы ты поняла, что у меня никогда, ни к кому не было таких чувств, как к тебе.

Пока я приходила в себя от его предыдущих слов, он добавил:

– Я хочу насладиться каждым мгновением, каждым днем, каждой возможностью, пока мы вместе.