– Давай проясним, Люциан. – Камень мог отражать интонации, поэтому сейчас тихий «голос» отца был угрожающим. – Ты приходишь ко мне только затем, чтобы выставить условия? После того, как вчера в открытую заявил, что тебе плевать на семью, плевать на положение в обществе, плевать на дипломатию и в целом – на меня и на мои слова. Это так?

– Мне не плевать на дипломатию. На себя мне не плевать больше, чем на дипломатию, и Женевьев не входит в мои планы.

– А кто входит? Ленор Ларо? Любовница Валентайна Альгора?

Несмотря на то, что он уже знал от нее, от отца прозвучало как пощечина. На достигнутом Ферган не остановился:

– Я долгие годы спускал тебе твои выходки, Люциан. Спускал в память о твоей матери, которая была мне безумно дорога. Которую я любил. Но сейчас, сегодня этому пришел конец. Мне надоело, что мои сыновья путают себя с простолюдинами – заметь, даже не с драконами из обедневших семей, именно с простолюдинами, которые считают, что могут распоряжаться своей жизнью и своей репутацией, как им вздумается. Ты натворил достаточно, чтобы лишиться титула и фамилии навсегда, и все же я дал тебе второй шанс. Не просто второй шанс, я дал тебе возможность стать тэрн‑архом в будущем. На что ты хочешь его спустить?! На Ленор Ларо?!

«На Лену, – подумал Люциан. – Ее зовут Лена».

Там, в Академии его накрыло так, что он просто сразу построил портал сюда. Плевать ему было на допуск к экзаменам, на то, что об этом прогуле опять настучат папочке. Этот допуск ему не сдался. Он с закрытыми глазами после десяти бутылок дорнар‑оррхар сделает все то, над чем все остальные будут пыхтеть.

Накрывшая его ярость была такой темной, что впору было задуматься о передающейся загадочными способами магии – той самой, из‑за которой у них с Леной произошел разлад. Но было и еще кое‑что, помимо этой внутренней тьмы, была какая‑то странная, щемящая, выматывающая злость и отчаяние. Невыносимой была сама мысль о том, что она с Альгором. Раньше он тоже думал об этом, но совершенно в другом ключе, по‑другому, и злость эта была другой. Сопровождалась желанием отомстить, сделать больно, ударить в ответ. Сейчас ничего этого не было, он вообще не представлял, что делать дальше. Ну или представлял, но смутно. В этом «смутно» как раз родилась идея поговорить с отцом.

Только Ферган мог прекратить это безумие.

Ей нельзя быть рядом с Альгором! В качестве ученицы – да, может быть, но не как… его женщина.

Люциан сжал зубы:

– Она была моей невестой.

– Вот именно. Была, – Ферган хмыкнул. Из камня это прозвучало вполне знакомо, а вот у дракона из носа вырвались струйки дыма. – Была твоей прихотью. Очередной. И сейчас все так же. Как только ты снова ее получишь, Люциан, эта девчонка станет тебе не нужна.

– Это не так! – рыкнул Люциан, но тут же сбавил тон. – Да, я понимаю, о чем ты. Я понимаю, как я себя вел, как все это выглядело… но сейчас все иначе, отец. Я действительно всерьез заинтересован в ней. Я не отказываюсь от семьи, я не отказываюсь от твоих перспектив. Просто эти перспективы я вижу с ней.

– С любовницей Валентайна Альгора.

– Хватит это повторять! – Он сжал кулаки.

– Буду повторять столько, пока до тебя не дойдет! – громыхнул Ферган. – Эта девчонка могла подойти тебе, когда ты не был наследным принцем. Хотя я был уверен в том, что ты наиграешься, и оказался прав. Но наследному принцу никогда не подойдет обычная женщина! Тем более женщина, вступившая в любовную связь с темным. Это не просто скандал, это крушение всех устоев нашего мира.

– Так же, как они сокрушились, когда ты женился на Тэйрен Ниихтарн?! – Люциан усмехнулся.

Глаза отца полыхнули золотым пламенем, от волны силы и ярости дракона заломило виски. Тем не менее, когда отец заговорил, голос его звучал спокойно:

– Да. Именно так. Я прекрасно вижу, к чему все идет, и повторить мою историю я тебе не позволю, Люциан. Не за всех женщин стоит бороться, некоторых лучше сразу вышвырнуть из своей жизни. А лучше – еще задолго до этого обходить стороной.

– Со знанием дела говоришь, – процедил Люциан. Им снова овладела нездоровая злость, справиться с которой было ему не под силу. Особенно сейчас, когда он уже почти представлял Лену своей. Когда он почти пропускал ее пряди сквозь пальцы – в своем сознании, когда срывал стоны с припухших губ. Все это отдать Альгору?! Ну уж нет. Озарение пришло внезапно, накрыло его с головой. – Я не откажусь от Ленор Ларо, отец. Что бы ты мне ни говорил. Но мы можем договориться.

Собиравшийся что‑то прорычать Ферган снова выпустил дым из ноздрей. Медленно кивнул.

– Ты запретишь им с Альгором быть вместе, и тогда я женюсь на Женевьев. Ты получишь свой идеальный брак, поддержку ее отца. Ленор будет моей неофициально. Я получу ее на своих условиях.

– У меня к тебе встречное, предложение, Люциан, – тут же отозвался отец. – Ты женишься на Женевьев, а я не трогаю Ленор Ларо. Позволяю ей остаться в Академии, позволяю ей спокойно учиться и жить в Даррании. Не высылаю ее в Мертвые земли, где ей самое место.

В первый момент можно было подумать, что камень сломался. Если бы Люциан не знал, что вывести роаран из строя можно, только раскрошив силой дракона.

– Ты угрожаешь мне ей? – очень тихо спросил он.

– Нет, я ставлю тебя в известность, как своего наследника. Ленор Ларо – ходячая угроза всему, что мы долгие годы взращивали. Мировому порядку. Светлой магии. Нашей жизни и содружеству с людьми. Даже моему сыну. Посмотри, во что ты превратился из‑за нее, Люциан. Ты всегда был взбалмошным, но ты никогда не был подлым. Ты никогда не пытался давить, играть и манипулировать другими ради своих интересов. Она как яд, который отравляет все вокруг, и самое место ей – там, где она и находится. Рядом с Альгором. Я не закончил! – Отец перебил его еще до того, как он успел выдохнуть первый звук. – То, что началось с ее появлением в Академии – это цветочки по сравнению с тем, что может быть. И как правитель я буду любыми способами избавляться от угрозы, которая способна изнутри разрушить мою страну, мое общество, моих подданных и моего сына. У тебя есть время до выходных, когда будет объявлена помолвка Сезара и Софии Драконовой. Отец Женевьев не в курсе твоего отказа, поэтому я снова даю тебе еще одну возможность и время подумать.

– Чем ты лучше меня? – усмехнулся Люциан. – Зачитал мне тут мораль о манипуляциях, а сам?

– Я правитель. – Камень даже завибрировал, как и стены – от рычания. – И если ты меня плохо слушал, это твои проблемы. Но в одном ты прав. Мы с тобой действительно очень похожи. Я тоже не хотел никого слушать и слышать. Я тоже не хотел ничего знать, когда появилась Тэйрен. Я сходил по ней с ума, забыв о том, кто я, какой на мне долг, о том, что несмотря на все, она несет в себе угрозу. Страшную угрозу. Я впустил эту угрозу в наш род и до сих пор расплачиваюсь за это. За это заплатили мои родители. Жизнями.

– Что?!

– Об этом не знает никто, – Ферган понизил «голос», хотя они находились под мощнейшим cubrire silencial. – Когда сила Тэйрен вышла из‑под контроля, хотя я бы сказал – когда проявилась ее истинная сущность, мне и родителям пришлось объединить силы, чтобы вышвырнуть ее из Даррании. Чтобы справиться с ней. Ты никогда не видел темного наследника в полной мощи боевой силы? Я видел. И эта женщина, которую я называл любимой, эта женщина, которая родила мне сына, убила моих отца и мать. У меня на глазах. Мне не хватило сил ее убить, но, к счастью, хватило отправить ее туда, где ей самое место. В самое сердце Темных земель.

Отец замолчал, но Люциан не представлял, что сказать. Для всех бабушка и дед выбрали существование в драконоформе и ушли на Драконьи острова – туда, где общество состояло только лишь из драконов, совершивших безвозвратный полный оборот. Что ж, в таком случае неудивительно, что отец издал закон, отменяющий возможность полного оборота лишь по решению главы рода и полностью взял этот процесс под свой контроль. Боялся, что рано или поздно эта история вскроется?