– Ярд! – Я оперлась ладонями о стол, вглядываясь в мрачное лицо друга.
– Что? – буркнул он.
– Где Дана? Джиа? Почему ты сидишь тут один и почему так странно себя ведешь?
– Дана узнала, что я пригласил тебя на бал и сбежала.
Я чуть мимо стула не села, мысленно схватившись за голову.
– Узнала?! Как?!
– Я ей сам сказал. Когда она прибежала ко мне.
Впору биться головой о стол. Получается, Дана не пошла на обед, а пошла искать Ярда. Учитывая, что она знает его гораздо лучше, чем я, и нашла его она быстрее. На свою голову. Он, впрочем, тоже хорош – заявить влюбленной девчонке, что пригласил на бал другую.
Р‑р‑р‑р‑р‑р!!!
– Куда она пошла? – спросила я, понимая, что обед мне не светит. Теперь мне нужно найти Дану.
– Какая разница?
– Какая разница?! Она в тебя влюблена.
– А я в тебя! – Ярд рявкнул это так, что в столовой мигом воцарилась невыносимая тишина. Я просто чувствовала, как все взгляды прилипают к нам, один за другим. Исключение составляли, разве что, Люциан, Драконова и компания, хотя даже в исключениях бывают исключения – Клава ехидно ухмылялась, рассматривая нас. Еще ехиднее ухмылялась Аникатия, Лика делала вид, что нас нет.
– Так. Пойдем, – понизив голос, я кивнула на дверь. Знала бы, что все так получится, привязала бы Ярда к кровати ночью, и вовсе не затем, о чем он мечтает. А чтобы сказать, что между нами ничего нет и быть не может, потому что я не создана для отношений, и что ни на какой бал я с ним не пойду.
– Зачем? – Он упрямо посмотрел на меня, будто прочитал все мои мысли, как Валентайн.
– Ну ты же хотел со мной поговорить. Насчет бала.
Это сработало. Забыв про обед, он подхватил сумку и вышел следом за мной. Я так разогналась после устроенного в столовой «спектакля», что остановилась только у дверей, перед выходом в парк, в котором сейчас в танце кружились снежинки – видимо, репетировали перед балом.
– Я не смогу с тобой пойти, Ярд, – сказала без предисловий, как надо было сразу. Увидела, как исказилось лицо парня, и тут же добавила: – Мне сейчас не до отношений. Мне, по большому счету, даже не до бала, и ты как никто другой знаешь, почему.
Ярд сунул руки в карманы, но от меня не укрылось, что он сжал кулаки.
– На бал со мной ты тоже не собираешься, я правильно понял?
– Правильно. Я люблю тебя, Ярд. Ты мой друг. И я не…
– Знаешь, Ленор, могла бы сразу сказать, что тебе от меня нужен только способ спасти подружку, – он скривился. – По крайней мере, так было бы честно. И не нужна мне твоя жалость и твои подачки в виде дружбы. Если бы ты меня любила, ты бы ни за что не сказала такого. Того, что ты сказала сейчас!
Он выпалил все это мне в лицо, а после развернулся, чтобы уйти.
– Ярд! – Я попыталась удержать его за локоть, но он вырвался. Вырвался и процедил:
– Тебе нужно еще скопировать книжку, я помню. Как понадоблюсь – позовешь. Не переживай, я и так все сделаю.
Он быстро направился через холл к коридору, из которого мы только что пришли. Я шагнула было за ним, но услышала хихиканье и обернулась. Рядом с нишей, где на постаменте стоял бюст основателя Академии, обнаружились двое старшекурсниц. Одну из них я видела впервые, а вот вторую, рыжую, узнала сразу. Именно она отправила меня тогда в Портуале, а сейчас откровенно хихикала, глядя на удаляющегося Ярда.
Ну все.
– Привет, девочка с топографическим кретинизмом, – я шагнула к ней, и хихиканье смолкло. Ее брюнетистая подруга тоже перестала ухмыляться и воззрилась на меня. – Что‑то смешное увидела? Не поделишься?
– Привет, неудачница, – усмехнулась она. – Или, правильнее будет сказать, подстилка темной твари?
«Ну как бы подстилке Альгора не положено с однокурсниками через порталы ходить, нужно окружение рангом постарше». – Я вспомнила эту фразу, прозвучавшую перед тем, как меня отправили куда подальше. Буквально. Тогда я не поняла, кто это сказал, зато сейчас осознала отчетливо. И еще вспомнила слова Макса о том, что в их классе учится сестра некоей…
– Асита Соровски? – уточнила я.
Девица изменилась в лице:
– Откуда ты знаешь мое имя?
Да, выдающимися умственными способностями она явно не блещет. Но что самое обидное, в тот раз она показалась мне милой и вполне адекватной.
– От драконоблюда, – перефразировала известную в нашем мире фразочку. – Не переживай, у меня свои информационные каналы.
– Ты что, за мной следишь?! – взвизгнула девица. Ее подружка просто хлопала глазами.
– Предпочитаю знать все о тех, кто мне устраивает подлянки. Это никогда лишним не будет.
Ее лицо исказилось, превращаясь в злобную маску:
– Угрожаешь, Ларо?! Думаешь, я испугаюсь твоего покровителя…
– Думаешь, мне нужен кто‑то, чтобы поставить зарвавшуюся стерву на место? – холодно поинтересовалась я и щелкнула застежками браслетов.
– Асита, пойдем. Пойдем, она ненормальная! – завопила ее подружка, резко дернув рыжую на себя.
Через минуту их и след простыл, а я, полюбовавшись на бюст отца‑основателя, то бишь Драконова – импозантного мужчины в военном мундире, с лихо закрученными усами и густой бородой – направилась уже в сторону аудитории по драконьему языку. Возвращаться на обед уже не было смысла, да и не хотелось: аппетит пропал подчистую. Поэтому я чуть ли не одной из первых заняла место в классе, где должны были скоро начаться занятия и ничуть не удивилась, что Ярд сел отдельно, Дана и Джиа – отдельно.
Мириться сейчас, а главное, мирить их, у меня тоже не было сил, и я решила отложить этот вопрос до вечера. Тем более что после занятий по драконьему языку мне еще предстояли занятия с Валентайном, на которые тоже требуется немало сил. Почему‑то в последние дни я выходила от него такой измочаленной, будто грузовики на плечах таскала, как Чудо‑женщина. И это при том, что он надо мной не издевался, не грузил дополнительно и каких‑то супертяжелых заданий и заклинаний не давал.
Может, все дело было в том, что я собиралась сделать, а может, в чем‑то еще, но думать еще и об этом мне сейчас тоже не хотелось. Поэтому сначала я погрузилась в языковую практику, а потом, наведавшись к себе и немного перекусив, отправилась к нему. По дороге тренировала отключение мыслей, чтобы даже случайно не проболтаться о том, что нам с Ярдом удалось справиться с заклинанием, а на входе в кабинет уже привычно бросила взгляд в сторону шкафа. К счастью, рядом с ним висела картина, и я делала вид, что рассматриваю ее, а на самом деле смотрела на полку.
Мне нужно было на нее смотреть, чтобы удостовериться, что книга на месте, что она никуда не делась, что Валентайн ее не переставил или вовсе не утащил куда‑нибудь еще, и, когда я видела знакомый переплет, я выдыхала. Всегда.
До этого дня.
Потому что сегодня книги на месте не оказалось.
Я просто залипла, потому что судорожно скользила взглядом по полкам в надежде увидеть ее если не там где обычно, то хоть где‑нибудь! Но ничего не находила, и от этого мое сердце провалилось в район пяток и там звонко бренчало, как кошель с монетами. Не представляю, сколько прошло времени, пока я поняла, что откровенно пялюсь на шкаф, а потом медленно перевела взгляд на Валентайна. Он поднялся из‑за стола, не просто поднялся, он успел его обойти и теперь сидел на краю, скептически глядя на меня. Я надеюсь, что скептически, потому что в его взглядах я так и не научилась до конца разбираться, мастер маскировки чувств – это к нему.
– Что‑то потеряла, Лена? – поинтересовался он.
– Я? Нет. С чего ты взял? – Что‑то мне подсказывало, что отпираться уже бессмысленно, но я просто не могла этого не сказать. У меня в голове мысли устроили броуновскую дискотеку и метались в разные стороны, сменяя одна другую с такой сумасшедшей скоростью, что я толком не успевала ни за одну из них ухватиться. Может, оно и к счастью, Валентайн тоже не ухватится. – Мы заниматься будем?
Я прошла к столу и опустилась на свое место, где сидела всегда, пока Валентайн рассказывал теорию. Тот факт, что рядом маячит его бедро, меня здорово нервировал, и я подняла голову:
