Толпа ахнула. Больше всего потрясенной выглядела Клавдия, хотя могу и ошибаться. У меня не было под рукой такого прибора как стремномер (или стремноном?), и заклинания похожего я не знала. Пока. Надо будет поискать.

– Не представляю, что скажет Люциан… – донеслось откуда‑то возбужденное.

– А мне интересно, что скажет Женевьев.

Тут все почему‑то посмотрели на меня. Ну ладно, понятно почему, в меня ткнули пальцем: Клавдия, которая о чем‑то откровенно шепталась с другой фрейлиной.

– Ларо, а ты ничего сказать не хочешь? – ехидно поинтересовалась какая‑то незнакомая старшекурсница.

«Идите в жопу» звучало недипломатично, поэтому я покачала головой. Собиралась уже отвернуться, когда услышала:

– Что она вообще тут делает?

– Ну как бы подстилке Альгора не положено с однокурсниками через порталы ходить, нужно окружение рангом повыше.

Я так и не поняла, кто это сказал. Точно не Клава, но кто‑то из адепток‑старшекурсниц. В этот момент я осознала две вещи: если хочется кого‑то послать в жопу, надо посылать – потому что все они собрались здесь явно не просто так. И второе: стоять в этой расчудесной компании мне резко расхотелось. Поэтому я развернулась и ушла, устроилась на скамеечке и принялась гуглить, то есть эвилить, кто такая Женевьев.

Может, зря конечно. Может, стоило снять браслеты и попытаться проверить, артефакт я все‑таки или просто имею внутри себя спонтанную спящую темную магию. Может быть, я так и сделала бы. Если бы не Валентайн. Если бы не его отец. Если бы не еще много бы: откуда я знаю, что вообще может произойти, когда во мне в следующий раз проснется магия темных драконов?

Поэтому я сидела и читала про невесту Сезара. Женевьев закончила Академию в этом году. Ее семья была одной из сильнейших, ее называли королевской даже несмотря на то, что правил Ферган. Отец Женевьев был примерно равен ему по силе (плюс‑минус), и объединения двух сильнейших фамилий ждала чуть ли не вся Даррания.

Хрупкая светловолосая принцесса ничем не напоминала ту, что может жахнуть в случае, если узнает о перекинутой через плечо Драконовой, с другой стороны, кто из нас напоминает? Я вот, например, тоже мелкая и тощая, но если сниму браслеты… В общем‑то, Женевьев отмечали не только за силу крови, но и за ее доброе сердце. Она занималась благотворительностью из собственных средств (читай за счет собственной магии) организовала детскую школу‑приют, которую курировала лично.

С Сезаром их ожидал договорной политический брак, но, насколько я поняла, они действительно встречались. По крайней мере, местный Фейсбукограм показывал вполне милые их «фоточки» на прошлом зимнем балу, на выпускном балу принцессы, в городе, куда они выбирались вместе, а еще возле приюта.

Они стояли вдвоем, улыбаясь собравшимся рядом с ними детям. Явно счастливым, и в целом от этого запечатленного с помощью магии изображения веяло солнечным теплом. В кадр попала еще молоденькая воспитательница, подхватывающая на руки совсем крохотную девчушку, и это тоже было очень мило.

Я так зачиталась про будущую королеву, что не заметила, как открыли портал. К счастью, обернулась на возбужденные голоса и, быстро подхватив сумку, побежала туда. Порталов на мою беду оказалось несколько, и в какую очередь становиться мне, я вообще категорически не понимала.

– Тебе куда? – поинтересовалась миловидная рыжеволосая девушка, которая стояла в самом конце очереди.

– Мне на Центральный Хэвенсградский.

– Это туда, – она ткнула в самую быстро двигающуюся очередь.

– Спасибо.

Девушка пожала плечами и шагнула в свой. Я же быстро добежала до указанного, встала в самый конец. На меня обернулись стоящие впереди парни‑близнецы, светловолосые настолько, что проще было бы назвать их снежноволосыми, но ничего не сказали. Они ушли в портал, следом за ними шагнула я… и поняла, что это точно не Центральный Хэвенсградский. Потому что в довольно просторном зале несмотря на многочисленные пылающие под потолком сферы царил полумрак, а за окнами вовсю мело. Снега в вечерних сумерках было столько, что из‑за этого высоченные окна зала казались отрезанными от мира. За моей спиной громыхнуло смехом, я обернулась…

И портал в Академию схлопнулся прямо перед моим носом.

Близнецы, которые шли передо мной, уже скрылись в дверях, ни разу не обернувшись, ко мне же подошла девушка в светло‑зеленой форме.

– Тэри, – недовольно произнесла она, – не стойте в зоне открытия портала, нам нужно провести разрядку магического фона перед следующим.

Тэри, мысленно вспомнив всех добрых старшекурсников, отправивших ее неведомо куда, добрым словом, прошла в зал и огляделась. Сам по себе он напоминал вокзал (взять тот же Московский) с зонами ожидания, сувенирными отделами, всякими местами для перекуса и прочей радостью. Вот только выходов на перрон не было, вместо них – портальные зоны. Неподалеку от места, откуда я отошла, в воздухе полыхнуло и раскрылся портал.

– Принимается переход из Нуаринга, – прорычало по залу.

М‑да. А я, похоже…

«Добро пожаловать в Портуале», – мерцала вывеска над дверями, ведущими вот в ту снежную жуть. То есть не жуть, конечно же, уютный зимний вечер. Если у тебя есть как минимум курточка, а желательно – пуховик, как у Кенни*.

Благо хоть я успела немного покопаться в местном мироустройстве и поняла, что оказалась на Севере. То есть там, где совсем неподалеку от городка, в горах находится еще одна академия. Ну вау, что уж там. Получается, что меня отправили в самый удаленный от Хэвенсграда портал, а я, умница такая, даже не удосужилась проверить или переспросить. Правда, не факт, что мне бы другие сказали правду.

Мысленно ругнувшись еще пару раз, я огляделась повнимательнее: там, где стояла я, был принимающий зал. Зал отправных порталов располагался справа, по соседству, и, к моему несказанному счастью, выходить и тащиться через заснеженную улицу ко входу было не надо, можно пройти насквозь.

Что я и сделала. Еще бы тут расписание найти… и кассы. Вообще будет счастье века. Ладно хоть переживать не надо по поводу оплаты за билет, или как это у них тут называется. Спасибо Валентайновым денежкам, то есть Валентайновой магии. Мне, конечно, должны были выдать законное от Хитара, но до Хитара я еще не добралась, а когда доберусь…

Уй, чтоб вас!

Такая мысль посетила меня, когда я все‑таки нашла расписание. В старинном бронзовом обрамлении в зале на постаменте стояло нечто, напоминающее не то голографический лист бумаги, не то дисплей навигатора в торговом центре. На нем я и увидела, что портал в Хэвенсград только что закрылся, а следующий будет через два часа. То есть ближе к ночи.

Про регулярные рейсы в столицу в Даррании, видимо, тоже не слышали. Либо же направление не пользовалось спросом перед выходными. Оставив в покое местный информационный стенд, я направилась к кассам.

– Мне нужно в Хэвенсград, – сказала я, поправляя сумку на плече, женщине в очках и в такой же светло‑зеленой форме, в какой была та, что прогоняла меня из зоны открытия порталов.

– Сожалею, – она оглядела меня с головы до ног, – но дешевых билетов нет.

Да, мне однозначно надо менять гардероб. Хотя я вообще‑то в форме. Во всех смыслах.

– Мне можно недешевый, – сказала я.

Кассир поправила очки.

– Девочка, остались только самые дорогие. Первое и второе место.

Про порталы я не то чтобы много знала, но исходя изо всего изученного и уже имеющейся у меня информации могла предположить. Создаются они с помощью магического разрыва пространства в двух точках, и это в свою очередь порождает очень сильный магический фон в месте разрыва. Проход первым и вторым, очевидно, считается чем‑то вроде местного бизнес‑класса, и не только потому что ты проходишь первым, но и потому что в момент разрыва колебания магического фона сведены к минимуму, а дальше с каждой секундой они идут по нарастающей. Поэтому и нельзя один портал держать бесконечно, поэтому не получится открыть следующий за закрывшимся портал в Хэвенсград из Портуале через пять секунд, может произойти магическая неприятность. И проходить первыми лучше исключительно потому, чтобы особо чувствительным не сделать потом буэ из‑за давления магически концентрированного колебания.