И я понимала, что его мучает. Болезненное, терзающее чувство несправедливости, звенящее в голове тысячами «если бы только»…

– Ты это имел в виду? Когда сказал, что тебе есть за что винить себя? – положив руку на плечо Ивасаки, спросила я, вспоминая фразу, сказанную им перед азартной игрой.

Он, сморщив нос, кивнул:

– Да.

– Но ты же не виноват. – Я с сочувствием посмотрела на Ивасаки.

– Если бы я работал лучше, этого бы не произошло. Хосино-сан взял бы меня с собой. Или нам не понадобилась бы помощь того информатора. Или же…

Ивасаки, начав громко и торопливо говорить, вдруг затих, а я медленно покачала головой:

– Нет, Ивасаки-сан, твоей вины здесь нет. Я уверена, что ты делал все возможное. Да ты и сам сказал, что был еще новичком. – Я попыталась хоть как-то поддержать Ивасаки, злясь на себя за то, что не могу правильно подобрать слова.

Проклятье, я понимала его, я чувствовала, что Ивасаки терзает чувство вины, притом что в глубине души он знал, что не сделал ничего плохого. Но, даже понимая это, Ивасаки все равно не мог простить себя за то, что не смог предотвратить трагедию.

Внутри перемешалось столько чувств… Я искренне хотела помочь Ивасаки принять случившееся, убедить, что в произошедшем нет его вины, но не могла подобрать слов, которые не звучали бы банально и глупо. Я разочарованно выдохнула.

Хотя Ивасаки, судя по всему, была приятна уже просто моя поддержка. Он на мгновение улыбнулся и все же затем хмуро продолжил:

– Мы поймали этих преступников. А я потом… чувствовал себя разбитым и опустошенным. Не хотел ничего делать, точнее, у меня не было сил. Мне сначала казалось, что я недостоин работать в полиции, называться детективом… Но я не мог позволить себе все бросить. Я ушел из своего отдела, начал расследовать дела об убийствах… И решил, что больше не допущу ошибок. Буду работать так же усердно и самоотверженно, как работал Хосино-сан. Наверное, поэтому я так остро реагировал на Араи.

Ивасаки, проведя ладонями по лицу, устало откинулся на спинку скамьи. Я кивнула, понимая, что он подразумевал под этими словами. Произошедшее со старшим братом Араи напомнило Ивасаки о погибшем друге.

– Поначалу, когда Араи начали подозревать, я считал эту версию глупостью, ведь как брат может убить брата?.. Но мой напарник настаивал, что подобное все же случается, да и не так уж редко, а потому мы прорабатывали и эту версию. И, сама знаешь, нашли улики. Тогда я поверил, что Араи убил родного брата, хотя и не мог понять: как подобное вообще можно совершить? – Ивасаки горько усмехнулся, и на его лице проступило чувство вины. Он наверняка жалел о том, что думал об Араи настолько плохо, обвинял его и, скорее всего, презирал.

– И даже оказавшись в этом месте, я не позволил Араи куда-то от меня деться, потому что хотел посадить его за решетку. Но он… – Ивасаки помедлил. – Араи казался неспособным на убийство. Он даже спас мне жизнь в первом кайдане. Помогал людям во время других страшных историй. И я вдруг понял, что уже не могу относиться к нему как прежде. Понял, что больше не вижу в нем убийцу, все чаще забываю о том, что задержал его когда-то. И я очень надеюсь, что это не очередная моя ошибка… Но все равно этого очень боюсь.

– Так и есть, – коротко отозвалась я. – Это точно не ошибка. Араи-сенсей не то что не мог лишить кого-то жизни… Он не раз здесь рисковал своей ради других.

Ивасаки лишь кивнул. Еще какое-то время мы молча сидели рядом, думая каждый о своем, но потом он встал и протянул мне руку.

– Пойдем обратно. Мы и так уже заставили всех ждать. Они наверняка голодные и злые.

Я коротко рассмеялась. Приняв руку Ивасаки, встала, и мы направились обратно к нашему укрытию. До него мы дошли в уютном молчании, и я успела успокоить заискрившиеся нервы. Я не хотела, чтобы остальные заметили на моем лице отпечаток скорби от воспоминаний о брате и истории Ивасаки.

– Все в порядке? – У входа в наше укрытие стоял Кадзуо.

Прислонившись к стене, он, казалось, просто смотрел на улицу и размышлял, но, увидев нас с Ивасаки, выпрямился и пошел нам навстречу.

– Мы выиграли еду! – радостно объявил Ивасаки, повыше подняв рюкзак с припасами, а затем усмехнулся. – Точнее, я буквально отвоевал ее, но Хината-тян прекрасно выполнила роль группы поддержки.

Я внимательно посмотрела на Ивасаки, а он, все так же весело улыбаясь, прошел в дом. Я направилась следом, но Кадзуо легко коснулся моей руки. Я замерла, оглянулась и, к счастью, сумела сохранить невозмутимое выражение лица.

– Ты в порядке? – спросил он.

Я удивилась: почему Кадзуо решил спросить меня об этом? Все вроде бы как обычно, ничего не произошло…

– Боишься, что я искала минка, а нашла неприятности? Нет, на этот раз обошлось без приключений, – пошутила я.

Уголок его губ дрогнул, Кадзуо, казалось, хотел сказать что-то еще, но не решился. Он несколько секунд молча смотрел на меня, словно пытаясь то ли вспомнить, то ли придумать, что сказать.

Затем, качнув головой, он просто кивнул и шагнул в сторону, собираясь уйти, но тогда уже я коснулась его плеча, и он резко остановился.

– А с тобой… все в порядке? – осторожно спросила я, помедлив, прежде чем опустить руку.

Меня удивило и даже немного насторожило поведение Кадзуо.

Он развернулся и уверенно усмехнулся, а от былого смятения не осталось и следа.

– Конечно. Насколько возможно. Пойду прогуляюсь, раз уж все здесь.

– Подожди, – попросила я, прежде чем Кадзуо ушел. – Ты не хочешь пообедать вместе… со всеми?

– Мне не требуется еда, я ведь икирё, – напомнил Кадзуо, и я поджала губы, коря себя за глупость.

Точно, мы же уже об этом говорили… Да я и сама замечала, что Кадзуо до своего… исчезновения то отказывался от еды, ссылаясь на плохой аппетит, то уходил, чтобы якобы поесть в одиночестве. Араи еще упоминал, что Кадзуо не нужен сон, и этому я даже на секунду позавидовала. Но затем поняла, что сон, пожалуй, один из самых надежных способов хоть ненадолго сбежать из этого проклятого города.

– Да, точно… – смущенно ответила я. – Сон, еда, вода… Что еще тебя отличает от обычных людей?

– Ты очень тактична, как и всегда, – заметил Кадзуо, и я мрачно посмотрела на него.

– Не смотри так, – улыбнулся Кадзуо.

– Как «так»? – с подозрением протянула я, продолжая пристально смотреть на него, но Кадзуо хмыкнул и покачал головой.

– Я слабее ощущаю боль, – ответил он на первый мой вопрос.

Я почувствовала легкое удивление, смешанное со странным облегчением, но не нашла, что сказать, и тут на пороге появился Ивасаки.

– Хината-тян, ты где пропала? – весело спросил он, а потом окинул нас с Кадзуо беглым взглядом. – А, ясно.

С этими словами Ивасаки, не дождавшись моего ответа, скрылся в доме, но я расслышала его голос:

– Не волнуйся, твоя еда тебя дождется. Но лучше не искушай судьбу.

– Я пойду, – тем временем спокойно произнес Кадзуо, и его лицо вмиг стало привычно непроницаемым. – Увидимся позже.

– Хорошо. – Я нарочито безразлично пожала плечами.

Кадзуо отошел на пару шагов от входа в гостиницу, а потом оглянулся, и на мгновение на его лице вместо холодной маски я вновь заметила улыбку.

– Хочу потом кое-что показать тебе…

С этими словами он ушел, а я еще несколько секунд смотрела ему вслед, не понимая, что сейчас произошло и какие именно чувства это у меня вызвало.

На следующий день я вновь отрабатывала с Ивасаки удары, но на этот раз к нам присоединилась Йоко. Она сменила привычный наряд на шорты и рубашку, в которых любая другая девушка чувствовала бы себя в подобном месте куда комфортнее, но я знала, что Йоко предпочла бы остаться в своем ярком платье.