Опешившего парня проигнорировали. Над ним нависла Полина. С минуту они просто смотрели друг на друга.

— Знаешь… последние несколько часов я представляла наш разговор. Каждый раз когда тебя снова вырубали, я думала, о чём могла бы поговорить по пути. Но потом снова просто смотрела. Но сейчас словно бы и сказать нечего… Ты ведь даже не понимал, что творишь в тот момент, да? Мы ни разу не встречались, я где-то далеко. Элиси и команда Бездны для тебя вообще абстрактные персонажи, которых ты бы скорее всего никогда не встретил. А оплата от американцев за помощь почти в твоих руках. Наверное, ты ещё думал, что самый умный, и на тебя не выйдут.

Наташа фыркнула.

— Да это ничтожество и с Ордой бы сделку заключило, если бы за это не прилетало от системы.

Парень подрагивал, но нашёл силы изменить отрицание на попытку раскаянья.

— Я не знал, что американцы так поступят! Я… заботился об интересах Востока…

Полина зажала ему рот сапогом.

— Маска уже прилипла к лицу? Или ты патологический лжец… Алексей… извини, я просто не знаю, что с ним делать.

— Зато знаю я. Мария, он ведь строил свою империю, отталкиваясь от силы?

— Конечно. Язык у него тоже подвешен, но не будь он самым сильным к востоку от Иркутска, никто бы не стал его слушать.

Не хочу я его запирать. И просто убивать не собираюсь. Он должен был понимать, что творит. Так что сомнений не осталось.

— Полина, приготовь барьер на случай, если я не справлюсь. Держите его и заткните чем-нибудь рот.

Королёв замычал, когда ему с силой затолкали валявшуюся неподалёку тряпку, которой похоже протирали скамейки и фонари. Огромный резерв наконец иссяк, и я начал откачивать эфир.

Парень безумно орал и дёргался, но я действовал решительно и быстро. Сначала уменьшить уровень дара и добиться ослабления циркуляции энергии по каналам, а потом резко выкачать всё!

В отличие от получения эфира при убийстве, пришлось тянуть энергию силой — прилагать свою способность и вырывать желаемое у чужой души.

Получилось: Королёв замер, но я ощущал, как безумно колотится его сердце. Серебрякова и её спутники со стороны смотрели с ужасом.

— Вот и первое в истории лишение дара в наказание. Система на такие манипуляции видимо не способна: не может достаточно быстро отобрать всё. Теперь он ваш. А мне, пожалуй, нужно многое обсудить с командой и навестить родителей. Хотя… рано ещё. Вряд ли они дома. Звонить как-то… не то.

Серебрякова понимала ситуацию. Тимура унесли подчинённые полковника ФСБ. Полина молча проводила его взглядом, и я положил руку на её плечо.

Упивающийся силой и властью лишился и того и другого. Теперь он просто обычный человек.

Дальше по списку важных дел была встреча с семьёй. Примчавшийся на машине секретарь Серебряковой всё выяснил через людей, ранее следивших за безопасностью семей Стражей. Семьи Полины и Наташи находились дома, не в силах совладать со случившимся.

Вот мой отец и сестра занимались работой, потому я не торопился. У Акаева вообще не осталось семьи. Поэтому мы продолжили рассказ о произошедшем.

Я показал и артефакт, которым уничтожил Якорь.

Серебрякова недоумённо смотрела на описание. Хорошо её понимаю, ведь там было написано только «Кинжал безграничности», уровень качества S и то, что он одноразово наносит удар «колоссальной мощи». Силы единства он не требовал. Точнее в графе условий к использованию были одни знаки вопроса.

— И у тебя таких ещё три штуки? В теории… все Якори.

— Если успешно применим все… мы победим? — вмешался Алёхин.

Увы, я вынужден был немного испортить предвкушение великой победы.

— Нет, это позволит отсрочить поражение. Чтобы победить, нужно сделать намного больше.

Серебрякова и старшие офицеры удивлённо смотрели на меня, ожидая продолжения.

Уничтожение Якорей считалось невозможным. Но люди надеялись, что в итоге у Орды просто закончатся силы. Или, что боги вступятся.

Увы, единственная реальная стратегия мне была известна от Теодана. Кстати, его следует навестить и разузнать о процессе исцеления.

А пока я начал развёрнутое объяснение.

— Началось вторжение вообще без Якорей. Перестанет расти средний уровень проломов, станет невозможно приводить в мир особенно сильных тварей, а Восходящим потребуется тратить в разы больше энергии на пробитие барьера. При этом они не смогут брать с собой никакие артефакты: ведь защитить их от разрушения сложно. Мы выиграем время и сделаем войну для Непокорных дорогой… так этих четырёхруких тварей называют боги.

— Что если… Непокорные сочтут что штурм выгоден и продолжат давление? — уточнил представитель СПО.

— Значит их расчёт показал, что они видят захват мира окупаемым. Звучит бесчеловечно, но мы для них как проект. Если расчёт покажет, что по итогу они улетят в минус ещё глубже, чем есть, то его свернут. При этом, самое главное, если мы разобщим развёрнутые силы и вернёмся к методичной зачистке проломов, то средний уровень людей будет быстро расти, ведь смертность снизится. Орде для победы придётся собирать более мощный кулак и вместо пленения людей опять воевать на уничтожение. По моей оценке, во время переходного периода при обнуления Таймера Орда нанесёт сокрушительный удар, даже если у них не останется Якорей. А вот что будет потом… зависит от человечества. И да, артефактов нужно больше.

Серебрякова, сведя брови, смотрела на кинжал.

— Нужно… Кольцова сейчас здорово потеряет в авторитете. И поделом, она с управлением артефакторики считает себя пупом земли. Как ты проник к Якорю?

— На одержимом духом монстре-птице и за счёт того, что нас не ждали. Плюс Полина сильна как пространственник и нам благоволила туманная погода. Второй раз не получится. Ты была права, миссия граничила с самоубийством, но судьба любит наглых. Правда если слишком часто испытывать её терпение, то она накажет. В следующий раз придётся штурмовать.

Серебрякова всё понимала — достала планшет и открыла карту мира, покрытую знакомыми областями с разными маркировками. Уровни опасности отмечались как во время боёв на Урале: белый, светло-красный, алый и бордовый. Отдельно пентаграммами были отмечены активные Якори и там, где Орда пыталась их установить или есть подозрение, что попытается.

Картина выглядела печально, больше сказать нечего. Незаселённые, покорённые и эвакуированные районы стали опасной зоной.

— Это ещё будет обсуждаться, но какой Якорь ты планируешь атаковать сейчас? Первый в Туркменистане?

— Подозреваю, там можно встретить Мэль и много сверхопасных тварей. Вероятно, сначала следует уничтожить новый в Алжире. Хотя это очевидно и для врага, и он может перекинуть сильнейших именно туда. Поэтому важна разведка… нужно позвать всех, кто откликнется.

Я ещё окинул взглядом карту. Бордовых зон четыре во вполне понятных местах на полторы сотни километров вокруг Якорей. Угрожающим ярко-красным окрашена вся Южная Африка и обширные зоны на севере континента. Разумеется, Туркменистан и всё рядом, включая частично Азербайджан. Также Норвегия, со Швейцарией, Латвия, целиком Австралия, северная часть Сибири, некоторые части Монголии. Очаги на Аляске, в Канаде и Мексике, а также в Чили и штате Амазонас в Бразилии.

У Исландии и Гренландии шансов не было. К счастью видимо там Якорь ставить нельзя. Или же пока удаётся вовремя бахнуть ядерным ударом.

Менее опасные зоны «второго уровня опасности» окружают красные и накрывают вообще все малонаселённые зоны. Например, вообще всё восточнее Байкала и всё северное побережье.

— Знаю, выглядит ужасно, — сказала Серебрякова. — По факту в первоуровневых зонах всё вполне под контролем. Нулевой уровень только там, где любой пролом будет немедленно ликвидирован и считается, что гражданским ничего не угрожает.

Я понимал это. Цивилизация устояла. Мы теряли контроль над областями, которые были не слишком нужны людям. К сожалению, список стран, прекративших существование пополнялся. И не из-за объединения перед общей угрозой, а потому что всех не сбежавших вырезала или обратила Орда.