Вместо того, чтобы очнутся в своём теле, я похоже потерял сознание и снова погрузился в иллюзию. Интересно, что я увижу на этот раз?

Страницы книги стремительно перелистывались в самый конец, незнакомые символы пылали потусторонним серым светом.

Уже привычным образом картинка сменилась — передо мной развернулась грандиознейшая битва в космосе. Магия затмила звёзды, удары способные расколоть континенты заполняли обширное пространство.

Чудовища и люди сражались в колоссальной битве, выходящей за рамки воображения. Я был не наблюдателем — снова принял бой в теле хтонического древнего существа.

— Я не бежал и ошибся, когда ожидал увидеть понятного нам врага. Их магия иная. Природа их силы, её трансформации и правила. Они принесли к нам кусочек разрушенного дома.

В меня врезалась ослепительно яркая комета — все слои защиты, обманки и искажения не сработали. Фрагмент моего тела и души стёрло… точнее, Архонта. Но всё воспринималось так, словно это происходило со мной.

Движимый стремлением защитить привычный уклад жизни и принципиальным нежеланием уступать, я ответил. Послал лучевую атаку, которая, казалось бы, прошла мимо странного человекоподобного создания. Но затем исчезла из реальности и настигла его. От тела осталась лишь серебристая пыль, разносимая по космосу.

А тем временем пал мой союзник. Старика пронзили мечами, его тело покрылось трещинами и взорвалось. Божественность разлетелась на множество осколков, проваливающихся сквозь реальность.

Битва пронеслась перед глазами. Я осознал, что моё тело рассыпается, а древнейшее ядро силы трескается и испускает энергию.

— Я первый раз видел настоящую войну. Такую, где нет места союзам, и не может быть процветающих победителей.

Архонт смог сбежать под конец битвы. Нёсся меж звёзд куда-то вдаль, пока не обнаружил систему, где грань пространства тоньше и осталось достаточно свободного эфира. Умирая, он рухнул на тот самый мёртвый планетоид в кольцах газового гиганта. Разбитая сущность пыталась восстановиться, поглощая окружающую энергию.

Наверное, в этом месте могла бы зародиться некая жизнь: магия порождает самые разные её формы. Но теперь всё стекалось к одной точке.

— Это не конец… знаю… не конец. Но жизнь продолжится в любом случае. Пока не погаснут звёзды… а затем всё повторится. Но этого заката я уже не увижу.

— Да-да… можно больше деталей. Что это вообще за дневник? — вздохнул я про себя, неожиданно осознав, что действительно сказал это.

И к своему удивлению и ужасу, получил ответ.

— Кто ты?

Я молчал, не зная, как реагировать. Неужели архонт… жив?

— Кто ты? — повторил голос. Картинка замерла, я всё так же парил около планетоида, не видя своего тела и источников звука. Иллюзия не получала деталей.

Существо монотонно повторило в третий раз, и я кое-как собрался.

— Алексей. Я получил твои останки… и был уверен, что ты мёртв.

— Кто ты? — повторило существо тем же тоном.

— Я ответил… ты разумен?

— Кто… ты? — механически озвучил голос. Похоже, я общался с эхом осколков памяти.

Очень надеюсь на это. Мне не победить обезумевшего титана, пробудившегося в недрах своего дара.

Мгновение спустя в голову ворвалась невообразимая лавина образов и мыслей. Неразборчивая и непонятная для меня. В груди вспыхнула боль, и я закричал.

Перед глазами всё поплыло: взбунтовавшееся энергетическое ядро пыталось как можно скорее слиться с моим собственным внутренним истоком — стать полноценной частью меня самого.

Я ощутил касание — меня кто-то крепко держал — но я ничего не видел перед собой.

— Лёша, держись! Пожалуйста, ты сможешь! Умоляю тебя!

Не знаю, сколько длился приступ, пока ядро не прекратило попытки ускоренного слияния. В глазах прояснилось, я увидел перед собой заплаканное лицо Наташи, навалившейся сверху и державшей меня. Всё тело болело, я ощущал себя одновременно избитым и могущественным.

Кажется… рано или поздно я поплачусь за такую активность во время слияния.

Дар ненадолго вышел из-под контроля. На мгновение мне показалось, что собственная сила сейчас разорвёт меня изнутри, к счастью нестабильность не дошла до критической точки.

С трудом подняв руки, я обнял девушку и погладил её по голове.

— Всё хорошо. Прости за увиденное.

— Взрыв миновал? Глупая барышня, я же говорил выбросить его наружу! — воскликнул Алистер.

— Откуда такая жестокость? — с трудом усмехнулся я, продолжая успокаивать Наташу.

— Эх, варварское вы племя… сам-то должен понимать, что дар в разнос пошёл! Не знаю, что с тобой происходит, но кажется отдыхать тебе вредно! Стало намного хуже! В следующий раз можешь сделать такой бабах, что пироманты тебе посмертный памятник воздвигнут.

Всё было настолько плохо?.. Хотя, наверное, так и есть.

Неужели это из-за воздействия артефакта, который стабилизировал дар и ускорял процесс слияния? Я начал получать некие части павшего архонта, до которых так и не добрался Атлас. Неужели я рискую повторить его судьбу и стать искалеченной тенью прошлой силы?

Ну уж нет! Как-нибудь разберусь! Мне ещё спасти и защищать Землю!

Жаль, в этом вопросе никто мне не поможет.

Я с трудом успокоил перепуганную рыжую и заверил, что всё хорошо.

— Алистер… он говорит, что в следующий раз ты можешь умереть. Что твоё слияние идёт неправильно.

Правду говорит, но Наташе об этом знать не обязательно.

— С каких пор ты так доверяешь дурному духу. Много он видел Архонтов?

— Не видел, но в основе принципов… — вмешался шарик света и резко сжался, когда на нём сфокусировалась сила бездны. — Хозяин, ну чего ты!

— Много болтаешь и нагнетаешь обстановку, — я вздохнул, и пальцем вытер щёку Наташи. — Мой… уровень слияния резко подскочил. Я стал заметно сильнее, но из-за этого опять устал.

Проблемы будем стараться решать по мере возможности. Сейчас моё внутреннее состояние вновь такое же стабильное. Главное не сжечь себя.

В пещере всё мерцало. Судя по всему, я испустил немного свободного эфира, так что Регалия Восходящего даже зарядилась до предельного состояния. Это позволило в очередной раз усилить Наташу и надоедливого, но весьма полезного духа.

— Настолько ты теперь силён сам? — спросила рыжая.

— Если говорить о безопасном уровне раскрытия силы… победить Оркуса не смогу, но слабого астрарха — вполне. Для успешного прохождения башни нужно больше. Давай лучше расскажу о Земле, там произошло кое-что на редкость положительное.

Следующие два часа пролетели за рассказом и описанием принципов такого вида божеств. Я пересказал происходящее в мире. Пока Земля держалась, и мы не зря сражаемся.

Когда я ощутил, что готов к следующему рывку, мы выдвинулись в холод и буран. Щиты легко сдерживали бушующую стихию и ураганный ветер. Держать их сейчас стало не просто легче… я начал лучше управлять с силой — чётко понимал, как оградить нас от опасностей уровня.

Вскоре путь нам преградил барьер.

— О, хозяин, я знаю, что у вас самая большая дубина… не в том смысле! — зачем-то пояснил дух шутливым тоном. — Но этот замочек я могу вскрыть за пару секунд!

Алистер выпустил ложноножки и впился в барьер. Пять минут возни и ругани на разных языках оказались достаточными, чтобы в крайне плотной стене появилась неровная брешь.

— Пару секунд давно прошло, — не мог я не подшутить над духом.

— Время относительно! После вас! Теперь нужно меньше мозгов и больше мускулов!

За маревом толстенного барьера бурана не было. Зато тут имелось заледеневшее каменистое поле, по которому бродили ледяные големы. Вроде бы и гуманоидные, но тела очень тонкие, а верхние конечности свисают почти до земли. Синеватый лёд пронизывали ярко светившиеся узоры.

— Я справлюсь! Прикрывай меня!

Наташа убежала вперёд, приказав Алистеру помогать. Отсюда было рукой подать до единственного разлома, находившегося посреди каменных конструкций вроде Стоунхенджа. Но мы не стали прорываться, чтобы отнять у башни ещё немного энергии. Для Наташи это бесценный боевой опыт и источник эфира.