Единственный вариант — это полностью раскрыть силу. Но Мэль опасалась так рисковать, хотя и рассматривала варианты противодействия. Пыталась придумать план похитрее — с учётом возможности применить силы человечества. Увы, из-за башни штурм был невозможен. Единицы в мире могли подойти к дьявольской конструкции настолько близко, не попав под контроль домена.

Пришедших штурмовать завалят числом. У Орды огромный ресурс «мяса», а способных в одиночку эффективно сражаться с толпой — не так много.

Мэль волновалась и за Алексея. На самом деле она очень хотела услышать о его желании сбежать. Но в мыслях даже не возникало идеи пытаться давить или манипулировать. Господин сделал выбор. Если он желает совершить невозможное, её обязанность — помочь.

«Мэль, приём! Срочное дело!» — телепатическое сообщение пришло через артефакт, прицепленный к одежде. Клавдия, находившаяся на базе, казалось, пребывала в панике.

— Орда опять что-то выкинула? — без удивления спросила демоница, со вздохом отрываясь от изготовления особого кинжала для будущих сражений.

«Нет, боги послали эмиссаров! Пришло системное сообщение!»

Мэль на мгновение замерла — лицо помрачнело.

— Наверняка скоро прибудут сюда. Сразу предупреди меня и пока не отвлекай.

Демоница максимально быстро закончила работу над чёрным артефактом, покрытым алыми рунами, из-за которого духи старались держаться от мастерской подальше. Мэль стремительно втягивала окружающую энергию и собирала вещи, которые считала нужными.

Времени немного не хватило. Неподалёку открылся телепорт: слабая вспышка света прожгла в развесистых кронах невысоких деревьев дыру, через которую к ней спустились четверо магов.

— Мэльтариэль, не смей сбегать: мы всё равно настигнем тебя.

— По мою душу послали свору псов. Ничего нового. Я вполне понимаю вас: сама ненавижу предателей. Слышали, что я сделала с Геспером?

Лица всей четвёрки помрачнели. Остроухий мужчина, окружённый световым ореолом, словно хотел взглядом сжечь ненавистного демона. Его собрат положил руку на эфес меча.

— Достопочтенный Геспер был верен великому богу Орионею.

— С каких пор он стал «великим»? Ему ох как далеко до этого статуса — он бог предела и едва ли шагнёт дальше, — снова усмехнулась Мэль, медленно отходя в сторону орудия. Тонкий луч света сломал ножки стола, и артефакт упал на землю. — О, это ведь моя игрушка. Решили украсть.

— Всё здесь принадлежит богам, включая тебя, падшая, — прошипел первый говоривший.

Другие эмиссары, выглядевшие как обычные люди, просто внимательно наблюдали, но были готовы помешать Мэль сделать что угодно. Демоница тем временем подняла руки и отошла в сторону, как будто боится взрыва артефакта.

Такое развитие событий было предсказуемым, хотя она рассчитывала, что если боги не послали никого после событий около Атлантиды, то вмешиваться в ближайшее время не станут.

На заключительных этапах порой посылали эмиссаров. Они были в меру ценны и абсолютно верны покровителям, но высоким уровнем силы не обладали. Задача в мирах всегда была одна — направить заключительную фазу. Помочь сохранить лучших одарённых для эвакуации и нанести Орде максимальный урон, невзирая на ущерб миру. Заодно они могли сами нарастить немного силы и получить больше реального боевого опыта в мирах, где происходит вторжение.

Система осады Орды старалась перехватить порталы, а не помешать. В среднем, около третьей части пришедших не вышли из портала. Запускать переходную фазу для установления безопасного канала не требовалось.

Мэль стремительно перестраивала планы, в которых теперь участвовала критическая переменная.

[13 октября]

Мэль смотрела на четвёрку эмиссаров богов, зависших над сожжённым участком леса. Они не пытались её окружить и пока не направляли оружие. Им это не требовалось. Пусть каждый существенно уступал ей в силе, битва вышла бы разрушительной и закончилась бы плохо для всех сторон.

— Всё принадлежит богам? — Мэль усмехнулась, иронично повторив фразу одного из эмиссаров. — Алчность и раздутое эго — это обычные черты паразитов. А историю вы, наверное, не знаете. Геспер умирал несколько недель, послужив для меня лучшим из источников энергии для восстановления. Я тогда тоже едва не нарушила приказ — выжила на одной воле.

Кажется, вот-вот должна была разгореться битва, и слово взял крепкий мужчина, чьё тело почти не скрывала броня.

— Падший демон, прекращай источать ересь, или мы уничтожим тебя немедленно. Мы этого не сделали лишь потому, что ты — оружие против Орды. Милостью владыки Эсхария нам велено использовать тебя и передать, что за помощь ты получишь безболезненную смерть.

Мэль фыркнула и применила один из вариантов легенды, оговорённой с Алексеем.

— На всё воля богов, да? Мне не нужна эта милость. Я свою задачу выполнила и предпочту погибнуть в битве.

— Смерть в битве во искупление преступлений — лучший из вариантов, на который ты можешь рассчитывать. Но твоё слово более ничего не стоит, падшая. Надень это, или милость для тебя закончится.

— Лучше надеть силой, — негромко сказал остроухий, вытащив из-под одежд грубый на вид кожаный ошейник с большой бляшкой.

Демоница тут же сделала ещё несколько шагов в сторону, изобразив испуг.

— Она с самого начала планировала просто сбежать, как представится возможность. У демонов нет господ, — в отвращении сморщился другой посланник.

Мэль всем своим видом выражала нежелание делать это и попыталась прибегнуть к логике.

— Вы же понимаете, что я не надену на себя эту дрянь? Лучше умру прямо сейчас, чем хотя бы секунду буду служить паразитам. Но это неэффективно. Нужно в течение дня уничтожить частично готовый Якорь в зоне контроля Фазовой башни. Вместе мы имеем хороший шанс справиться.

— Мы не торгуемся, демон! — остроухий вспыхнул яркой аурой, полной божественной силы, которой он был наделён как младший посланник бога. Выдержать он был способен лишь капли, а пополнить резервы здесь, в далёком мире, не мог. Однако зрелище выглядело впечатляющим, и Мэль сделала ещё несколько шагов. — Пади ниц и благодари за каждое мгновение жизни! Грызи шеи Непокорных, пока не сломаешь зубы, и умри во тьме! У тебя нет иной судьбы.

Демоница несколько секунд изображала страх. Ещё один небольшой шаг в сторону — и выражение на её лице резко сменилось надменной усмешкой. Она показала эмиссарам средний палец — вполне знакомый жест и для их мира.

— Не попадайтесь мне на глаза, дворняги.

Под ногами вспыхнула великолепно сокрытая в земле магическая печать: выстрелившие из земли чёрные шипы закрыли её от первых атак посланников.

Блокировка пространственных переходов не выдержала — стационарная платформа перенесла Мэль в неизвестном направлении и тут же разрушилась. Мгновение спустя землю разорвало магическими ударами, уничтожив небольшой участок рощи. Навес поблизости вспыхнул, ударная волна перевернула столы, рассыпав ценные материалы и инструменты.

— Нужно объявить её в розыск. Падшая не должна уйти, — спокойно сказал посланник Эсхария. — А вам надобно успокоиться и не принимать слова еретиков близко к сердцу.

— Она нас оскорбила и должна гореть в муках, — прошипел «эльф».

— Тем интереснее охота. Зверь, загнанный в угол, опасен вдвойне. Если ей нечего будет терять, она обратит против нас все силы. В таком случае смертей неизбежать. Сначала нужно взять мир под контроль.

Эмиссар Эсхария посмотрел вниз: там по земле скакал дух, похожий на оленя, источая силу и недовольство. Участок его рощи самым варварским образом выжгли.

— Сгинь с глаз, — посланный богами махнул рукой, и волна света обрушилась на древнего лесного духа.

Искалеченное призрачное тело отбросило прочь — ещё один участок леса вспыхнул. Магическое дерево почти не горело и обладало высочайшей прочностью. Однако перед силой, пропитанной божественной стихией, устоять не могло.