Но неловкая улыбка ведьмы была лишь маской, за которой она прятала свою тревогу. София уже была известна на всю Сакуру как питомец одной из самых опасных и отбитых хищниц из всех, которым доводилось учиться в заведении. Драки и интриги сопровождали Шаан повсюду, а от ее питомцев, в число которых входила София, другие хищницы Школы шарахались, словно от прокаженных. А потом Шаан превратилась в гигантскую нагу и убила дракона Арэта, Защитника города, после чего исчезла из Сакуры со всеми подельницами и питомцами. И вот, через несколько дней после этого, София, жившая с Шаан в одной квартире, обнаруживается в строю солдат иномирян.

— Привет.

— О, как я рада тебя видеть! — затараторила София. — Ты не представляешь, как я переживала, думала, что там, в Сакуре, дальше случилось, после того, как мы с Шаан. ну ты поняла.

Обрадованная девушка принялась расспрашивать Эллисон обо всем, что происходило потом в Школе, интересовалась, знает ли она, как у кого дела в их группе, и что сталось со Школой и студентами сейчас. Ведьма отвечала односложно, в основном то немногое, что знала, поскольку Сакура закрылась сразу после сражения с Арэтом, и учащиеся были отпущены по домам до дальнейшего уведомления. С Софией ведьма вела себя настороженно и подозрительно. Человеческая девушка давно перестала быть ланью, а теперь находилась среди вражеских воинов, а на груди у нее висело иномирное оружие. Одно неверное слово, одно неосторожное движение. если София опознает в Эллисон хищницу, то это конец!

Но София ничего не замечала. Ей ведь тоже было трудно в эти дни, вдали от всего знакомого, в новой обстановке среди людей из другого измерения, участвуя в сражении, в котором решается судьба ее мира, и она просто обрадовалась увидев знакомое лицо.

Расспросив Эллисон о происходящем в Сакуре, и так и не добившись внятных ответов, София собралась рассказать о своих приключениях, но ее внезапно прервали автоматные очереди, раздавшиеся со стороны фильтрационного пункта. Оглянувшись с тревогой на лице, София увидела, что столпившиеся гражданские разбегаются с криками, солдаты землян пытаются поддерживать порядок и направить толпу в укрытие в ближайшем здании. Пулеметная башенка на броневике Толика повернулась в сторону звуков стрельбы. Шлем в руках Софии забормотал шипучим и трескучим голосом — кто-то что-то торопливо кричал через рацию.

Человеческая девушка нахмурилась.

— Что-то случилось. Хищники рядом! Или. другие враги! Мне нужно идти.

Она напялила шлем обратно на голову, и у Эллисон мороз пробежал по коже при виде того, как в одно мгновение простая девчонка превратилась в безликого убийцу со змеиными глазами, нарисованными на лицевой пластине.

— А мне что делать?! — нашла в себе силы спросить ведьма.

— Ты прошла уже проверку? Тогда беги вон туда, — София махнула рукой, показывая на вход в магазин, — там тебя встретят и на складе спрячут. Не выходи, пока опасность не минует. солдаты тебе все скажут! Делай, что они говорят и будешь в порядке! А потом приедет эвакуационный автобус и увезет всех в безопасное место. Беги, скорее, Эллисон! Я была рада тебя видеть!

— Я тоже была рада тебя видеть, София, — солгала Эллисон.

Ее бывшая одногруппница развернулась, и, взяв в руки автомат, побежала в ту сторону, откуда доносилась непрекращающаяся стрельба. Облегченно вздохнув, Эллисон тоже заторопилась в направлении магазина, надеясь, что там она наконец-то будет в безопасности. У нее получилось! Она пережила сражение, избежала все опасности, прошла проверку, и теперь осталось только дождаться счастливого автобуса, который заберет ее отсюда. В новом мире она останется на свободе, но что делать дальше это будет уже совсем другая история.

Маятник сражения снова качнулся. Силы Федерации уже почти подошли на помощь к блокированным возле портала войскам Содружества под командованием генерала Робертса. Теперь союзников разделяли лишь несколько улиц, дома на которых все еще удерживали силы Датиана. Это были хищники-гвардейцы перемешанные с солдатами имперцев, плюс некоторое количество имперских клонированных пехотинцев Синтов. Их упорное сопротивление смогло затормозить продвижение федералов, и тогда на пробитие этой последней отчаянной линии обороны бросили тяжелую пехоту.

Большая часть армии Дрейка состояла из обычных солдат, служивших в подразделениях Федерации на различных мирах. Но теперь в бой вышла личная гвардия Стальных Стражей. Те самые отборные подразделения, которые прятались за позывными Сталкер и Охотник. Они все время находились в гуще сражения, но теперь, завершив выполнение других задач и оставив участки своей ответственности регулярным подразделениям, Сталкеры и Охотники переместились для удара в сторону городского портала. На помощь им Дрейк подтянул Титанов и суперов вроде Роксаны и Шаан. Все, что было возможно, он вложил этот удар, зная, что контроль над порталом будет означать практически гарантированное поражение Датиана. Даже сами Стражи, Дрейк и Венди, вступили в бой на этом направлении.

Пока на улицах гремела стрельба, взрывались танки, и Титаны расстреливали и крушили друг друга в ближнем бою, а в небе схлестнулись Роксана и отряд гарпий-наемников, закованные в силовую броню бойцы федералов волной накатились на здания, в которых оборонялись пехотинцы Империи и Датиана.

Легкое огнестрельное оружие с трудом пробивало тяжелые толстые доспехи Охотников, поэтому довольно быстро противники сблизились на короткое расстояние и в коридорах снова вспыхнули кошмарные скоротечные рукопашные схватки. На этот раз преимущество оказалось не на стороне хищников. Клыки и когти не могли ничего сделать против брони, а дробовики, пистолеты-пулеметы и осколочные пушки выкашивали датианцев.

Довольно быстро хищников удалось обратить в бегство, и Охотники прорвались ко второй линии обороны, большей частью состоявшей из имперских стрелков. Здесь дело пошло еще быстрее — тяжи с помощью световых или дымовых гранат мешали врагу вести огонь, быстро преодолевали разделявшее их расстояние, и выбивали легкую пехоту Империи в рукопашном бою.

Несмотря на упорное сопротивление, имперцы оказались сокрушены, и вскоре силы Содружества и Федерации разделяло буквально две улицы.

Тогда командование Империи бросило все оставшиеся силы в мощное контрнаступление, и первым его предвестником стало появление на поле боя элитных сил — Имперского космического десанта в багровых силовых доспехах с ведрами на голове.

Две стальные волны схлестнулись. В каждом доспехе — фанатично преданный своей стороне воин, не готовый отступать даже перед лицом смерти. Пищали сенсоры, мигали красные тревожные отметки на нашлемных дисплеях, выли от перенапряжения сервомоторы доспехов, грохотали ручные автопушки, извергавшие разрывные патроны, трассерами рассекавшие охваченные сражением улицы и помещения, яркими голубыми вспышками взрывались заряды плазмы. В рукопашной использовались клинки, фазовые или из особых композитов. Обе стороны применяли магию, но закаленная демонической энергией броня сдерживала удары. Для воинов Федерации союзный архидемон, Сайтана Оружейница, создавала лучшее демоническое оружие и заколдовывала силовые доспехи так, чтобы они защищали от демонической магии. Рассеянная в воздухе демоническая порча, иллюзии, заклятья Очарования или контроля разума — ничто не страшно носителю доспехов с рогатыми шлемами.

Все это называлось дарами Сайтаны, и с ними федералы могли сражаться даже в Аду. Для бойцов Империи аналогичные дары предоставляли покровительствовавшая Империи четверка Темных Богов, известных как Воитель, Мудрец, Старик и Дама. Если бы Тамита узнала, сколько демонической энергии плещется сейчас на улицах Датиана, она бы взбесилась от ярости.

Четверо имперских десантников осторожно продвигалась по улице. Они держали оружие наготове, сенсоры доспехов безостановочно сканировали окружающее пространство, в поисках засады.

Предыдущая схватка закончилась всего несколько минут назад — десантники разгромили отделение Охотников противника. По рации они слышали, как враги зовут на помощь своих товарищей по всем каналам, но помощь не успела. Короткий штурм закончился, имперцы перебили федералов всех до последнего. Такова судьба тех, кто не верует в Темных Богов! Конечно, они потеряли несколько своих братьев, но главное то, что поле боя осталось за ними.