При виде этого зрелища Мирт только вздохнул. Он уже смирился с тем, что именно на наемных бойцов придутся основные потери, о чем по секрету сообщил своим офицерам. Когорты продолжали наступать, подпирая наемников и выдавливая их вперед. Взобравшись вместе с Ироей на крышу дома, лис с удовлетворением убедился, что лучники защитников едва ли сдержат напирающую массу — так или иначе, дикари доберутся до стражников, ровным строем ожидавших их в проломах стен. Основную массу дикарей переколют копьями, потратят на них запас стрел, а затем обученные воины Мирта примутся за дело.

Раздалось тихое бззз и на край крыши вспорхнула Лапис — стройная фея, легко одетая в традиционное для ее народа легкое льняное платье, которое практически ничего не весило, и не мешало феям летать. В бою же Лапис, как и большинство фей, будет полагаться на магию для защиты. Легко, словно балерина, выполняющая танцевальные па, Лапис точно приземлилась на покатый край крыши фермерского дома.

— Посмотри на ЭТО! — с отвращением процедила крылатая женщина, обведя рукой происходящее под стенами города. — Я хоть и не особо сильна в военном деле. Однако даже мне понятно, что такой, с позволения сказать, штурм никуда не годится и не приведет к результативному продвижению! Мы лишь понесем огромные потери таким образом. Мирт, ты должен сделать что-то, чтобы остановить это, пока мы без войск не остались!

— Как ты хочешь, чтобы я это делал? — ворчливо возразил ей Мирт. — Эта толпа не смогла стать дисциплинированным войском за те несколько недель, что мы по-честному и на полном серьезе пытались их обучать, а ты надеешься, что они будут слушать меня сейчас?

Недовольно фыркнув, Лапис сложила тонкие ручонки на груди, поджав губы и отвернувшись, всем своим видом выражая крайнее неудовольствие.

— Не волнуйся об этих ничтожествах, Лапис, — вступила в разговор Ироя. — Они годны лишь на то, чтобы быть смазкой для меча и мишенью для стрел, и они сами выбрали свою судьбу, пренебрежительно относясь к военному делу.

— Но разве попросту положить большую их часть под стрелами это не бесполезное расточительство?

— Наши собственные отряды сблизятся с врагом под их прикрытием, и они-то и будут штурмовать проломы. Кроме того, не забывай, что у нас есть козырные карты — бойцы высоких рангов, которые могут переломить ход сражения своими особыми способностями. Против них стрелы практически бесполезны. Наберись терпения, Лапис! Битва только началась, и нам еще предстоит сделать многое для нашей победы сегодня!

Ухо Мирта дернулось, внимание лиса привлекли тяжелые шаги, послышавшиеся во дворе. Наклонившись, Мирт глянул вниз, где топала громада Кротрикса — крупного и покрытого чешуей четырехметрового ящера. Темно-зеленый, как болотная тина, Кротрикс воплощал мощь каждым движением мускулистых лап, имевших длинные изогнутые когти на пальцах. По контрасту, сама туша Кротрикса казалась (и только казалась) неуклюжей — выступающее пузо делало его похожим на огромную бочку с конечностями. В целом, Кротрикс сильно напоминал вставшего на задние лапы варана, только ссутулившегося. В качестве оружия ящер использовал молот, которым старался оглушать противников, чтобы потом можно было их глотать. Толстая чешуя обеспечивала достаточную защиту против большей части арсенала людей и хищников низкого ранга. Только брюхо, бывшее слишком эластичным, чтобы вмещать в себя проглоченных жертв, оставалось уязвимым, и, по иронии эволюции, встав на задние лапы, антропоморфным ящерам приходилось выставлять его вперед, под удары копий, мечей и стрел. Впрочем, искусственная броня легко решала эту проблему — с шеи Кротрикса свисал на веревках железный щит, такого размера и толщины, что обычный человек с трудом мог бы его поднять.

Рядом с Кротриксом неслышно крался последний из соратников Мирта — волк Маки. Он примкнул к ватаге одним из первых, но всегда оставался на третьих ролях, выступая лишь в качестве хорошего бойца. Маки носил кожаную броню, достаточно свободную, чтобы не стеснять его в верформе, и орудовал двумя мечами, которыми ловко управлялся в бою. Шерсть этого антропоморфа была иссиня-черной, только белки глаз и зубы выделялись на его морде.

Маки поднял руку, указывая в сторону одного из проломов.

— Прорываются.

Мирт глянул в указанном направлении, и увидел, что, действительно, не всем дикарям полностью чуждо благоразумие и чувство самосохранения. Некоторые из них поднимали над головой щиты, защищаясь от стрел и, сбиваясь в кучи, отдаленно напоминавшие когорты воинов Мирта, стали нести меньше потерь, и продвинулись практически вплотную к пролому в крепостной стене, где их уже встречали городские стражники с длинными копьями.

— Ироя, Лапис! Пора идти в бой! — воскликнул Мирт, ловко спрыгивая с крыши.

Амазонка последовала его примеру, фея спорхнула вниз, несколько раз взмахнув стрекозиными крыльями.

— Приготовиться! — кричал Мирт, пробегая мимо своих воинов, вплотную следовавших за дикарями. — Вот тот миг, которого мы ждали так долго! Час настал, покажем Роланду, почему хищники, а не люди, правят Карвонной! Перебьем тех, кто посмеет сопротивляться, и весь город, полный богатств, красивых женщин и питательной добычи будет наш!

Эффект от ободряющей речи немного смазался из-за стонов раненых, валявшихся под ногами наступающих. Лучники обороняющихся довольно сильно потрепали ряды дикарей. Мертвые и раненые усеивали подступы к городу, но воинство Мирта не замедляло шаг. Средневековая медицина могла помочь только одному виду раненых в бою — тем, кто доживет до оказания медицинской помощи через несколько часов, а тратить драгоценное волшебство немногочисленных магов на исцеление одноразовых наемных солдат Мирт не собирался.

Лис и четверо его соратников быстро преодолели расстояние до пролома. Лишь Ироя ненадолго замедлила шаг, чтобы зычным голосом выкрикнуть несколько команд десятницам отряда амазонок, который она возглавляла. Ответом ей стало восторженное гиканье — уверенные в своих силах и покровительстве Артемиды воительницы предвкушали разгром врага и скорую победу. Сегодня вечером в захваченном городе они будут насиловать привлекательных юношей, а потом поглощать их, насыщая свои тела, и впитывая мужскую силу, увеличивая свою собственную.

Через минуту Мирт, и его верные соратники сходу врубились в уже кипящую рукопашную схватку, а следом через пролом уже перелезали первые ряды хорошо подготовленных, вооруженных, жаждущих победы и плоти поверженных врагов, хищников. Сражение за Блейдвелл вступило в горячую фазу.

Едва приблизившись к пролому, Мирт понял, почему штурм так быстро забуксовал — защитники успели возвести баррикады, утыканные кольями и прутами, на которые с легкостью напарывалась легкая пехота дикарей. Укрываясь за баррикадами, стражники Блейдвелла усердно работали копьями, стараясь проткнуть нападающих, а засевшие на крышах домов лучники стреляли в задние ряды хищников прямой наводкой, а не навесом, как раньше.

Чтобы продвинуться дальше, ситуацию следовало немедленно менять. К счастью, еще до того, как Мирт пришел к какому-то тактическому решению, проблема разрешилась сама собой — Кротрикс, разогнавшийся на бегу, не собирался останавливаться. Его массивная четырехметровая туша врезалась в баррикады, разбросав их в стороны. Стражники отпрянули назад, уклоняясь. Повезло не всем — уже слышались крики раненых людей, придавленных собственными защитными сооружениями.

— Отлично! Все вперед! — взревел Мирт, перепрыгнув обломки одной из баррикад, и ворвавшись на городскую улицу следом за ящером.

Как раз вовремя! Ближайший к Кротриксу стражник отвел назад для удара длинное копье, которым был вооружен, собираясь попробовать чешую земноводного хищника на прочность. Ударом меча сверху вниз, Мирт успел парировать выпад, практически перерубив древко копья пополам. Затем поперечным ударом полоснул ошеломленного стражника по груди, лезвие меча из современной композитной стали легко прорезало железную кольчугу.