— Вот и я, идемте, — Шаан начала двигаться в сторону Сакуры, но остановилась, осознав, что за ней никто не последовал. — Ну? Чего встали?

— Шаан, — заискивающим тоном начала София, — скажи, а можно Эрика пойдет с нами? Она тоже живет в общежитии, только в соседнем здании.

— Можно, не бросим же мы ее тут.

— И ты ее не. ну.

Шаан метнула на Софию гневный взгляд.

— Чего ну ? Говори прямо, не тяни!

— Ты же не съешь ее, правда? Эрика переживает и я тоже, ведь на территории школы у тебя есть право охотиться.

— Когда я решу начать охотиться и соберусь проглотить кого-то, София, то я точно не буду делать этого у тебя на глазах. Тем более ты вроде и так достаточно боишься меня, и дополнительная мотивация пока не требуется. Поэтому сегодня Эрика может пойти с нами, и я обещаю, что ничего ей не сделаю. Довольны?

София глянула на Эрику и та слегка кивнула, хотя взволнованное выражение не сходило с ее лица.

— Да, я верю вам, мисс Шаан.

— Тогда вперед, скоро спать пора, а мы еще тут топчемся.

Эрике понадобилось усилие воли, чтобы переступить через красную черту. Черта была почти невидима в темноте, но каждая девушка в Сакуре быстро училась шестым чувством знать, где она проходит, ведь черта разделяла два мира — спокойной жизни и разрешенной охоты. Правила охоты — закон, который никто и ничто не может отменить. Все обещания, договоренности, устные или письменные, не имеют здесь никакой силы. Ничто не помешает Шаан развернуться через двадцать-тридцать метров, обвить человеческую девушку своими кольцами, разделить свою челюсть, невероятно широко раскрыть рот и затолкать в него кричащую и плачущую Эрику, проглотив ее живьем.

Но Шаан упрямо ползла вперед, мерно покачиваясь из стороны в сторону, а София шла между ними, успокаивающе держа Эрику за руку. Но только когда дверь ее общежития закрылась за ней, второкурсница вздохнула с облегчением.

— Спасибо, Шаан, — искренне поблагодарила София, когда они остались одни.

— Ты знаешь, надеюсь, настанет день, когда ты будешь воспринимать мое поведение как должное, — улыбнулась Шаан, но, вспомнив свой разговор с мисс Кроуфорд, снова помрачнела. — Хотя, возможно, и нет.

Они благополучно добрались до собственного жилища, заперли дверь и опустили роллету. Шаан проверила монитор безопасности и с удовлетворением убедилась, что беспокоиться не о чем. Никому из них не хотелось есть, поэтому девушка и нага просто развалились на диване, включив телевизор на пару часов перед сном.

— Ну, давай, рассказывай, что там за парни? Я сгораю от любопытства!

— О? Это? Ну. — София смутилась и покраснела, вспомнив Маркуса и их общее веселье.

— Колись! — потребовала нага, легонько ткнув ее в бок кончиком хвоста.

Шаан огляделась, чтобы убедиться, что находится в раздевалке одна. У их с Софией группы сейчас свободная пара. Стайки отправились на улицу или в кафетерий, хищницы отправились либо с ними, либо за ними, зорко высматривая, не отделится ли кто от своих одногруппниц по какой-то причине. Шел обычный день в обычной Сакуре, как и всегда.

Шаан решила воспользоваться тем, что их корпус будет практически безлюден и ускользнула из группы, чтобы поставить еще несколько датчиков, расширяя площадь наблюдения. Она была уверена, что многие заметили ее уход. Вчерашние приключения Добыча обсуждала вполголоса, но нага все слышала. Девушки перемыли все косточки вчерашним парням, хихикая и отмачивая шуточкиа, а Эрика рассказала, как София и Шаан провели ее по территории. Непонятно, на что она рассчитывала, но этот подвиг не встретил понимания у стайки.

— Спятила, ты просто спятила! — твердила Виктория, Шауна качала головой, а остальные просто взволновано перешептывались. Слова Эрики не прибавили доверия к наге, и Шаан знала, что на нее будут, как и прежде, смотреть с опасением и страхом.

Плевать! — решила нага, доставая из кармашка очередной шарик-камеру.

Покрутив его в руках, она задумалась ненадолго. Желание защитить Софию приобретало слишком широкий размах. Не становилось ли это навязчивой идеей? Действительно ли нужно придавать такое значение тому, выживет эта девушка или нет? Шаан вспомнила сегодняшнее утро. Пока София возилась на кухне, нага быстро просмотрела вчерашние записи камер, включавшихся при срабатывании датчика движения. И на одной из них наблюдала во всей красе, как прошла успешная охота у одной из кошек со второго курса. Как открылась дверь пустого помещения, и огромная нэко, обернувшаяся в верформу в два раза больше своего обычного размера, втащила внутрь отчаянно, но напрасно сопротивлявшуюся девушку. Не шелохнувшись, Шаан смотрела, как нэко одной рукой зажимала ей рот, а другой срывала одежду и как затем проглатывала ее живьем: рот и глотка хищницы в верформе становились такими же эластичными, как у змей. Закончив свою страшную трапезу, нэко собрала одежду и с трудом вышла из комнаты, ее раздутый живот колыхался, жертва внутри отчаянно барахталась, тщетно пытаясь вырваться. Но это был ее конец. Нэко ускользнет куда-нибудь, чтобы отоспаться и переварить свою добычу, ускоренный метаболизм буквально к концу дня переработает человеческое тело в питательные вещества, равномерно распределив их по поверхности тела. Огромный живот пропадет, и можно будет сбросить верформу, превратившись обратно в милую кошкодевочку с хвостиком и симпатичными ушками. И никто ничего не узнает, кроме Шаан. Нага смотрела на экран, ее глаз нервно дергался, а в висках гулко стучала кровь. Страх за Софию смешивался с возбуждением и азартом, древний инстинкт бушевал, стремясь вырваться из-под контроля.

Она очнулась, когда София позвала ее завтракать, и нажатием пальца отключила просмотр. На кухне София улыбалась и опять щебетала про вчерашнюю прогулку, про то, как она благодарна за помощь Эрике и прочие глупости. Но Шаан, пребывая в дурном расположении духа, наорала на нее из-за какой-то мелочи, и на занятия они шли почти как обычно — мрачная насупленная нага и ее надувшийся от обиды питомец.

Шаан оторвалась от тревожных воспоминаний, снова вернувшись в реальность.

Нет, только не ты! Ни за что! Шариков у меня много, а София только одна!

Она толкнула дверь раздевалки и заползла внутрь. В прошлую пятницу здесь встретили свой конец сразу три девушки, а из хищниц опознали только Умбру. Еще двоих так и не раскрыли, а Черная Мамба никому ничего не скажет, она скорее умрет, но не сдаст своих подельниц.

Найдя подходящее место на потолке, откуда предполагался хороший обзор, Шаан поднялась вверх на своем хвосте, воткнув острие крошечной камеры в мягкий пластик навесной панели. Прозрачный шарик, в котором вращался объектив высокого разрешения с датчиком движения и режимом ночной съемки, будет записывать происходящее на встроенную память и передавать информацию раз в сутки, либо в постоянном онлайн режиме, используя антенну, встроенную в крепежный штырь.

Опустившись, Шаан проверила работоспособность камеры со своего наруча. Маленький экран показывал картинку, значит, камера работала. Нага уже собралась уходить, когда уловила вибрации пола — кто-то шел по коридору за стеной торопливым шагом. Снова глянув на свой наручный монитор, Шаан увидела в объективе одной из камер спешащую девушку. Она регулярно оглядывалась назад, проверяя, нет ли слежки, но практически не смотрела вперед, завернув за угол не убедившись даже, что за ним ее никто не ждет.

Шаан почувствовала, как нарастает возбуждение. Девушка свернула как раз в тот коридор, который вел к раздевалке, где она сейчас находилась. Перед глазами вставала увиденная утром сцена поглощения добычи. Шаан тряхнула головой, отгоняя видение, но оно никак не хотело уходить. Сердце наги учащенно заколотилось, а рот вдруг наполнился слюной, которую она нервно сглотнула.

Уходи , — мысленно взмолилась она к добыче, — Не входи сюда, не искушай меня .

Но ее мольба оказалась напрасна. Шаги раздались уже буквально за дверью, и Шаан нырнула в угол помещения, свернувшись там в клубок. Дверь резко отворилась, и девушка вошла в комнату, даже не заглянув в нее предварительно, иначе увидела бы притаившуюся в углу опасность.