Шаан хлестким ударом сбросила со стола ланчбокс этой нэко и, схватив ее за грудки одной рукой, притянула к себе.

— Да? А не то, блять, что?

— Н-ничего. Простите. — пролепетала перепуганная девушка, тут же стушевавшись перед Оранжевой хищницей.

— То-то же.

Шаан отшвырнула нэко от себя, позволив той плюхнуться обратно на лавочку и, резко развернувшись, направилась прямиком к столику Софии. Вся столовая в гробовом молчании следила за тем, как она уверенно приближается к ланям.

— Бери свой поднос, — скомандовала Шаан. — и двигай за мой столик. Отныне ты будешь питаться там.

София оглянулась на тот угол зала, в котором кучковались хищницы, и встретилась с взглядами десятков пар голодных глаз.

— Ч-что? Но Шаан.

— Марш, кому сказала!

И Шаан потащила едва успевшую подхватить свой поднос Софию в сторону столика, за которым сидели остальные участницы Церемониального клуба. Пока они шли, множество хищных взглядов провожали человеческую девушку, ведомую все глубже вглубь их территории.

— Садись, — Шаан показала на место между собой и Амелией. София послушно села, поставив поднос.

— Здрасьте, — выдавила она.

Амелия оказалась слева от нее, еще левее сидела неразлучная с ней Нагиса. Справа — Шаан и Джаана. Напротив — Кинзе, Ванесса и Умбра. Глаза Умбры фиолетовыми зрачками вперились в девушку-Добычу, такую красивую, здоровую и аппетитную. Сердце Софии, казалось, ушло в пятки. Ведь это же та самая ужасная, безжалостная и смертоносная Черная Мамба! Если она решит, что ты ее обед — тебе конец. Никому еще не удалось убежать от нее, только отсрочить неизбежное. Говорят, что она думает об охоте всегда. Даже когда она только-только кого-то съела — все равно смотрит на всех вокруг оценивающе, заранее подбирая кандидатку на роль следующей жертвы. Но в этот момент раздалось угрожающее рычание Шаан, и Умбра торопливо отвела взгляд.

— Все нормально, все хорошо, — пробормотала она.

— Ешь, — скомандовала своей подопечной Шаан, беря в руки столовые приборы.

София честно постаралась последовать этому приказу, молясь про себя, чтобы кусок еды не застрял у нее в горле.

Пару дней спустя положение Шаан и Софии все еще оставалось неопределенным. Более того, оно, по всей видимости, неуклонно менялось в худшую сторону. Нага рассчитывала, что если София будет сидеть за столиком хищниц в столовой, то это пошлет ясный сигнал о том, что она находится под покровительством. Однако единственным и наступившим немедленно результатом стало заметное отчуждение, возникшее в ее стайке. И без того неоднозначное отношение к питомцу превратилось в подозрительность. Только Эрика осталась все такой же дружелюбной, убедившись, что Шаан можно до определенной степени доверять.

Об этом нага размышляла, в очередной раз сидя рядом с Софией в столовой. Украдкой она поглядывала на то, как девушка себя ведет. Та все еще не привыкла к хищницам — София держалась за столом тише воды и ниже травы, не смея заговаривать первой и отвечая на вопросы односложными фразами. Лишь присутствие Амелии помогало ей держать себя в руках. Когда другая человеческая девушка общалась с ней, стараясь подбодрить, София слабо, но благодарно улыбалась ей в ответ. Шаан же старалась вести себя отстраненно, не влезая в их разговоры, чтобы подопечная приучалась обходиться самостоятельно.

Хуже всего было то, что другие охотницы по-прежнему заглядывались на Софию. Слегка рассеянная девушка, у которой не очень много подруг, и к кому собственная стайка относится с легкой прохладцей, смело могла считаться обреченной. Возможно, явная демонстрация дружбы с хищницей и могла бы отпугнуть охотниц, но поставленные мисс Кроуфорд условия сделали невозможным постоянное нахождение Шаан рядом. Бессильно скрипя зубами от злости, нага продолжала замечать заинтересованные взгляды, которые доставались Софии от других охотниц. А может, это паранойя? Но лучше перебдеть, чем недобдеть, решила Шаан и продолжала обдумывать варианты защиты своей подруги.

Прецедент был перед глазами. Амелия, хоть и состояла теперь в стайке, могла бы передвигаться по коридорам Сакуры одна, если бы захотела. После того, что случилось с Амуной, посмевшей атаковать питомца Нагисы, больше не находилось желающих проверять, на что готова пойти ради этой девушки ламия и ее плотоядные подруги. Нагису преподаватели не ограничивали ничем, и постоянное присутствие рядом с Амелией ламии быстро охлаждало любые горячие головы. В беседах с другими хищницами подруги Нагисы ясно дали понять, что от Амелии лучше держаться подальше. Кинзе внушила эту мысль большинству кошек, Умбра и Ванесса публично и неоднократно заявляли о покровительстве питомцу их подруги Нагисы. Никто не хотел превращать свою жизнь в боль, ссорясь с помощницами преподавателей, одна из которых — широко известная безжалостная хищница. Разумеется, в Сакуре было предостаточно хищниц, которым не страшны угрозы наг или таких, кто мог бы поймать девушку скрытно, не опасаясь обнаружения и мести. Существа, обладавшие врожденной магией иллюзий или идеальными способностями к мимикрии, могли прятаться среди людей, оставаясь скрытыми, но при этом зачастую очень и очень могущественными. Но ради чего им идти даже на гипотетический конфликт? В школе полно куда более легких целей. София, например.

Всех этих привилегий Шаан была лишена. У нее не было возможности постоянно находиться рядом с Софией, демонстрируя свое присутствие, отчего многим казалось, что нага и ее соседка по общежитию не так-то и близки на самом деле. И Шаан не могла попросить своих товарок публично заступиться за Софию — для этого ни она, ни девушка не были с ними достаточно дружны. Шаан вынужденно общалась с Нагисой и ее подругами, на самом же деле хищницы-людоедки вызывали у нее хорошо скрываемое отвращение. Из-за этого зеленая нага и компания монстродевушек так и не сблизились до настоящей дружбы, оставаясь скорее знакомыми. Рассчитывать на то, что Умбра, Ванесса и остальные согласятся второй раз за месяц надавить авторитетом, чтобы обезопасить питомца знакомой, не приходилось.

Осознав, что в защите Софии ей придется рассчитывать только на собственные силы, Шаан сосредоточилась на размышлениях о том, как это можно осуществить. Пример Амелии все так же был перед глазами. Разложив ее ситуацию на составные части, нага решила, что ей удалось определить две основные причины, которые защищали эту белокурую девушку — авторитет ее защитниц и страх перед ними. У Шаан не было ни того, ни другого. Ее боялись только лани, да и те будут страшиться лишь до тех пор, пока не осознают, что Шаан вообще не собирается начинать охотиться. С хищницами это и подавно было основным недостатком. Единственным законным способом справляться с обидчицами было их поедание. Отказываясь от этой возможности, нага переходила в разряд безопасных. Ее физическая сила и показная суровость становились бесполезны. Шаан не могла просто убивать противниц — это гарантированное наказание смертью согласно суровому Закону Защитницы. Нелетальные методы воздействия еще менее эффективны. Постоянные драки рано или поздно начнут наказываться Предупреждениями, невзирая на всю лояльность деканата. Наберешь пять Предупреждений и прощай школа — София останется совсем одна. Мысли наги бились в голове, словно птицы в силке, стремясь найти приемлемый компромисс между этими тремя условиями.

Думая обо всем этом, Шаан механически жевала, забрасывая в рот одну ложку каши с мясом за другой. Она даже не замечала вкуса еды, которой для ее огромного тела требовалось значительно больше, чем для человека. Глаза наги обегали ряды столиков, пока не уперлись в Литту, ту самую нэко, с которой она повздорила два дня назад. У скандала в столовой были многочисленные свидетели, но все обошлось без Предупреждения. Преподаватели тогда не присутствовали, и потому Шаан не стали наказывать заочно, делая очередное одолжение дочке богатого клана. Но в этот раз в столовой присутствовало несколько преподавателей, включая мисс Кроуфорд, чья пара как раз завершилась перед обеденным перерывом. Теперь и они смотрят, наблюдая за порядком.